На один укус - Амалия Мо

– Смотря с кем, Каяна. Смотря с кем… – задумчиво произнёс первокровный.

Его рука сместилась к моей талии, притягивая ближе.

– Признайся, Каяна… ты правда хочешь меня или ты хочешь, чтобы он это знал?

– Встречный вопрос: ты хочешь меня или позлить своего брата?

Демиан рассмеялся, негромко, но с такой насыщенной, бархатистой интонацией, что у меня по коже пробежали мурашки. Смех был искренним и опасным одновременно, будто он сам удивился, как глубоко мы зашли в этой игре.

Он остановился рядом, слишком близко, и пристально заглянул мне в глаза – так, будто хотел увидеть во мне ответ.

– Пообещай, Каяна, что это не будет в первый и последний раз, – прошептал он.

– Что именно, Демиан? – я изогнула бровь, не отступая, но и не сокращая расстояние, держась на острие между насмешкой и дыханием, которое уже перехватывало.

Он ничего не ответил, а затем, окончательно потеряв терпение, впился в мои губы. Без предупреждения, без колебаний.

Поцелуй был горячим, полным накопленного напряжения, настойчивым и требовательным. Его рука скользнула по моей спине, притягивая ближе, а сам он повёл меня назад, пока мои ягодицы не упёрлись во что-то твёрдое.

Это был стол. Я почувствовала под ладонями прохладу гладкой столешницы, а в следующий миг лёгкий звук, с которым он смахнул всё, что лежало на поверхности.

Никакой осторожности. Только желание, только импульс, только он – когда уложил меня, накрывая собой и не давая ни единого шанса задуматься, правильно это или нет.

Руки потянулись к бретелькам платья, аккуратно спуская их с плеч. Воздух в оранжерее тепло касался кожи, но я всё равно задрожала от переполняющих ощущений.

Впервые за долгое время меня касался другой мужчина… И… мне нравилось это чувство, заставляющее забыть обо всём на свете и провалиться в другую реальность.

Губы Демиана коснулись шеи, нежно блуждая языком по чувствительным участкам. Откинув голову назад, я застонала, ожидая большего, но… что-то странное поднималось внутри.

Сначала я подумала, что это волнение и приятный трепет, но, когда боль в груди переступила через порог терпимого, я резко оттолкнула Демиана.

Согнувшись пополам, я сползла со стола, сжимая грудь рукой. Хотелось выть от боли, настигнувшей в такой неподходящий момент.

– Каяна?! – Демиан подхватил меня за плечи, заставляя подняться и взглянуть на него. – Что с тобой?!

Я не могла ответить, только хрипела, хватая ртом воздух, который перестал поступать в лёгкие. Тело содрогалось мелкой дрожью, в ушах звенело, а пальцы начали неметь.

– Каяна, чёрт! – прошипел он, но в голосе уже не было ни тени лёгкости.

Демиан быстро поднял меня на руки и выскочил из оранжереи. Я не ощущала ничего вокруг, только дикую боль внутри. Невыносимую, будто сердце облили кислотой и пытались вырвать из груди.

– Звони врачу! Срочно! – рявкнул первокровный.

Сквозь пелену перед глазами я заметила Лидию, испуганно смотрящую на нас.

– Что с ней?

– Я сказал – Нинэль. Сюда. Срочно! – Демиан уже не просто кричал, он ревел, прижимая меня к себе сильнее.

На крик выбежала Венера. Её глаза расширились от страха.

– Что случилось?

Демиан никому не ответил, пронёс меня по лестнице в комнату, уложив на кровать. Его испуганный взгляд блуждал по мне, не в силах понять, что происходит и как помочь.

Я дышала прерывисто, скрючившись на простыне. Лоб покрылся холодной испариной, по вискам стекали тонкие капли пота. Я чувствовала, как кожа теряет тепло, наливаясь бледностью. Кончики пальцев уже не слушались, дрожали, а ногти вонзились в простыню, когда новая волна сдавливающей боли пронеслась сквозь грудную клетку.

В животе появилось странное ощущение, будто всё внутри перевернулось, потянулось в спазме. Одновременно с этим я ощущала жгучую тошноту, но не могла даже сказать об этом. Губы пересохли, голос застрял в горле, а из груди вырвался только сдавленный хрип, похожий на стон.

Где-то в стороне раздался сорванный голос Демиана. Он звал кого-то, приказывал, но я почти ничего не слышала. Мир мерцал, сжимался, пульсировал, и только одно было ясно: мне хуже, чем когда-либо. И никакие слова уже не могли описать то, как рвалась на части каждая клетка тела.

Не знаю, сколько времени я провела в персональном аду, пока до ушей не донёсся звук какой-то возни. При всём желании я не могла повернуть голову и открыть глаза.

– Пульс слабый. Готовьте разряд, – громко велел женский голос, знакомый… но вспомнить, кому он принадлежит, оказалось нереально.

Кто-то нащупал вену. Мне вонзили иглу, чувствительно, без подготовки, без извинений. Что-то холодное рвануло по внутренней стороне руки, и через секунду всё тело выгнуло от боли.

– Разряд… три, два…

Тело вздрогнуло. Не просто дрогнуло, меня словно подбросило. Я слышала только глухой, плотный удар в грудную клетку. Один. Потом второй.

Воздух хлынул в лёгкие с резким, болезненным шипением. Я закашлялась – судорожно, рвано и только тогда поняла, что снова могу дышать. Всё болело. Грудь, горло, даже кожа.

– Давление поднимается. Сердечный ритм восстанавливается… – прозвучало откуда-то справа.

– Объясните, что произошло, и где господин Калеб, который несёт ответственность за своего донора?

– Вам прекрасно известно, где он. Молодожёны уехали в медовый месяц на пару дней…

– И только Калеб Морвель за порог, как Каяна Деваль получает инфаркт?

Я была в сознании, но сил, чтобы открыть глаза, не хватило, поэтому просто слушала. Хотя было очень интересно, кому принадлежат голоса.

– Как только господин Калеб Морвель явится, передайте ему, что мы ожидаем его у себя с официальными объяснениями…

– Вы в своём уме? Верховные служители дали согласие на свадьбу! – Вызмущения Венеры я услышала отчётливее остальных.

– Состояние Каяны на первом месте! Ваш сын мог бы отложить медовый месяц, но предпочёл уехать. Что и требовалось доказать… Пора уже усвоить, что донор и первокровный не могут разлучаться! – повысив тон, отрезал голос, принадлежащий мужчине.

– И не нам вам объяснять, что ответственность за мисс Деваль целиком и полностью лежит на плечах Калеба…

– Каяна – человек, а не какой-то зверёк, – рыкнул Демиан, которого я тоже узнала среди остальных.

– С вами была мисс Деваль? Я бы на вашем месте держался подальше от женщин, господин Морвель. После общения с вами они склонны терять не только голову, но и жизнь…

Звук удара я услышала, а потому резко распахнула глаза и поднялась, но руки Нинэль тут же вернули меня на место.