На один укус - Амалия Мо

Я и не заметила, что на фоне звучало живое выступление и некоторые пары уже плавно покачивались на танцполе. Вложив свою руку в его, я кивнула.

Одна улыбка хитрого первокровного, пара фраз и вот я уже не могу отказать ему. Хотя, если быть честной, я и не хочу отказывать. Можно позволить себе расслабиться и забыться хотя бы на короткий миг. Представить, что я нормальная, что нет пугающей реальности и проблем.

Он уверенно повёл меня вперёд. Рука скользнула к моей талии, вторая сжала пальцы и мы начали двигаться, медленно, почти незаметно для окружающих. Шаг за шагом, точно, без слов.

Сначала я напряглась. Дыхание стало сбивчивым, а мысли метались. Сердце билось громче, чем хотелось бы. Но он почувствовал моё напряжение.

– Не думай, – тихо сказал Демиан, чуть притягивая меня ближе. – Сейчас нет никого, кроме нас.

Я подняла глаза. Он смотрел прямо в меня. Не на губы, не в вырез декольте, а в глаза. Пытаясь добраться до самой сути, до мыслей, до того, что я прячу от всех… От всех, кроме его брата…

Музыка стихла, медленная мелодия сменилась быстрой. Я неловко шагнула назад, словно вынырнув из сна, и встретила насмешливый, но тёплый взгляд Демиана.

Мы не сказали друг другу ни слова, просто обменялись короткой улыбкой с намёком, с привкусом чего-то недосказанного.

Вечер постепенно подходил к своему логичному финалу. Ведущий, взобравшись на небольшое возвышение, громко и с энтузиазмом объявил, что молодожёны отправляются в медовый месяц. Публика отозвалась дружным, довольным рокотом, в котором перемешались смех, радость и шум одобрения. Кто-то аплодировал, кто-то выкрикивал пожелания, кто-то снимал видео.

Мы с Демианом остались в тени, у стены, в стороне от суеты. Он протянул новый бокал шампанского, и я приняла его, не раздумывая.

Шипение пузырьков заглушало шум вокруг, а лёгкое головокружение было приятным, не от алкоголя, а от чувства, что я могу быть просто наблюдателем.

Неожиданно я почувствовала изменение в воздухе. На долю секунд всё замерло.

К нам подошёл Калеб.

Вместо смокинга, на нём была простая чёрная рубашка, расстёгнутая на несколько пуговиц, и тёмные джинсы. Свободный, спокойный, но в этой внешней небрежности таилась опасность, от которой по коже побежали мурашки.

Он посмотрел на брата. Их взгляды встретились, прямые, напряжённые, словно между ними прошёл безмолвный диалог. А потом Калеб перевёл глаза на меня. Медленно. В упор.

– Не волнуйся, – сказал Демиан, отхлебнув из бокала с нарочито ленивой ухмылкой. – Обещаю, Каяна остаётся в хороших руках.

В ту же секунду я почувствовала боль. Не физическую, нет. Нечто другое. Острая, плотная, как удар в грудь изнутри. Она шла от клыкастого. Не касаясь меня, он всё равно проник сквозь кожу, будто его ярость, его собственничество, его гнев передавались напрямую.

Он ничего не сказал брату. Даже не дёрнулся. Лишь на мгновение задержался на мне, и я поняла, он видит всё. Видит и не одобряет.

– Будь осторожна, Каяна, – глухо предостерёг клыкастый. – Очень осторожна.

И, не дожидаясь ответа, развернулся и ушёл, оставив после себя привкус пепла на языке…

26

Молодожёны уехали, и гости принялись постепенно покидать дом Морвелей. Удивительно, но к нам с Демианом подходили незнакомцы, чтобы попрощаться и попутно высказать восхищение моей игрой.

От нескольких человек даже поступило приглашение наведаться к ним в гости, но первокровный отвечал за меня, вежливо намекая, что мы подумаем.

– «Мы подумаем»? – оставшись наедине, уточнила я и склонила голову набок. – А если я не против наведаться к кому-нибудь в гости?

– Прогуляемся? – не ответил на вопрос голубоглазый мерзавец и протянул мне руку.

Я огляделась, не понимая, куда здесь можно прогуляться, но возражать не стала. Демиан повёл нас по тропинке в парковую зону. Удивительно, но я ни разу не гуляла по территории, злясь не только на обитателей этого дома, но и на место в целом.

Мы шли молча. Официанты за спиной уже убирали посуду, фонари гасли один за другим, и вечер окончательно растворялся в тишине. Демиан держал мою руку легко, не сжимая, но и не отпуская, будто мы просто двое, сбежавшие с приёма, чтобы перевести дыхание.

Он не говорил ни слова, пока мы не подошли к невысокому зданию, едва различимому среди деревьев. Стены были стеклянными, а по крыше стекали отблески луны.

– Пойдём, кое-что покажу, – сказал Демиан, чуть потянув меня за руку и распахнув дверь.

Внутри было тепло и влажно. Пространство наполняло мягкое золото ламп, подвешенных между стеллажей и цветов. Некоторые цветы я видела впервые, отчего осторожно проходила между рядами, рассматривая бутоны всех возможных оттенков.

– Я… не знала, что у вас здесь есть такое, – выдохнула я и осторожно коснулась пышного розового цветка, ощущая под пальцами бархатистые лепестки.

– Нравится? – тихо спросил Демиан, подкравшись сзади.

В отличие от меня, на цветы он не обратил никакого внимания, бесстыдно блуждая взглядом по моему лицу.

– Очень красиво, – приблизившись к бутону, я втянула сладковатый аромат и улыбнулась.

– Не так красиво, как ты… – отозвался Демиан, и голос прозвучал ближе, чем я ожидала.

Я повернула голову и столкнулась со взглядом, открытым, почти лукавым. Он стоял так близко, что я чувствовала тепло его тела и дыхание на своей щеке.

– Осторожнее, – тихо ответила я, продолжая улыбаться, стараясь держаться легко, будто всё происходящее просто флирт.

Демиан не отступил. Наоборот, подошёл ближе, пальцы скользнули вдоль стебля цветка, к которому я только что прикасалась, но сам он смотрел исключительно на меня, следя за реакцией.

– Я осторожен, – ответил он с той самой хищной мягкостью, которая была в нём всегда. – Настолько, насколько это возможно рядом с тобой.

Я чуть вскинула подбородок, принимая вызов. Он, конечно, чувствовал напряжение. И чувствовал, что я его чувствую.

– У тебя до этого отлично получалось не проявлять ко мне интерес. Что изменилось?

Первокровный хищно ухмыльнулся, а я ощутила, как его обаяние окутывает, заставляя попасть под какой-то гипноз.

– Если я сорвусь, мне вряд ли удастся остановиться. А у нас с тобой, как бы сказать… слишком красивая точка равновесия, чтобы портить её, – тёплые пальцы осторожно прошлись по моему предплечью вниз.

– Я не предлагала тебе чего-то особенного, если ты об этом. Ты сам сказал, что иногда секс –