На один укус - Амалия Мо

в простом тёмно-синем костюме.

Калеб заговорил первым:

– Я, Калеб Морвель, клянусь быть рядом. Быть щитом, когда опасность рядом. Рукой, когда нужна поддержка. Разумом, когда эмоции ослепляют. Я гарантирую тебе безопасность. Защиту. Стабильность. И всё, что необходимо, чтобы ты могла быть спокойна. С этого дня – и столько, сколько мне отведено…

Он говорил, будто давал приказ себе, а не клятву женщине. Слово «любовь» не прозвучало. Я невольно вспомнила наш разговор с Асторией и то, что она сомневалась в том, что он вообще любит её. Неудивительно. Если клыкастый ни разу с ней не признавался в чувствах, то тут действительно засомневаешься.

Зато Астория не колебалась. Её голос дрогнул, но не от неуверенности, а скорее от переизбытка чувств.

– Я влюбилась в тебя в первую же минуту, как только увидела. В твою силу. В твой ум. В то, как ты умеешь молчать – и этим говорить больше, чем кто-либо. Я выбираю тебя, Калеб. Не потому, что так надо, а потому что без тебя… я – не я.

Где-то в толпе раздался лёгкий вздох восхищения. Астория тоже не произнесла слово «люблю», но почему-то ей я верила больше.

После клятв церемониймейстер сделал шаг вперёд, его голос стал торжественнее, чуть громче, чтобы его услышали все присутствующие:

– Перед ликами богов и свидетелей, собравшихся здесь, я объявляю, что союз между Калебом Морвелем и Асторией Лойс заключён. С этого дня вы связаны обетом, честью и волей судьбы. Пусть ваше единение принесёт мир – себе и тем, кто рядом.

Уверенно кивнув, мужчина шагнул в сторону, чтобы все собравшиеся могли полюбоваться парой.

– Вы можете скрепить союз поцелуем, – громко сказал он, и гости принялись хлопать.

Калеб шагнул и притянул Асторию за талию, а после поцеловал. Не страстно, не глубоко, а сдержанно и сухо.

Ну это слишком даже для такого засранца, как он!

Отчего-то мне стало жаль Асторию, что она выбрала именно его. Морвель ведь абсолютно безэмоциональный, чёрствый… но зато надёжный, примерно как машина.

Ведущий вышел вперёд, объявив начало торжества, и все принялись поздравлять молодожёнов. Я поднялась, но предпочла остаться в стороне, наблюдая.

Венера Морвель вышла первой, обнимая пару и целуя сына в щёку. Следом ему на шею бросилась Лидия. Демиан предпочёл коротко пожать ему руку и хлопнуть по плечу.

Неожиданно зелёные глаза встретились с моими, отчего по спине пробежал холодок. Не знаю, ждал ли он, что я присоединюсь к поздравлениям или нет, но я не сдвинулась с места.

Голубоглазый приблизился к брату и что-то шепнул ему на ухо, отчего клыкастый сжал челюсть и посмотрел на него так… что любой другой бы точно испуганно сжался.

Развернувшись, я пошла искать официанта, чтобы раздобыть шампанское. По-хорошему, можно было идти к себе в комнату, но я медлила.

Во дворе тем временем началась вторая часть церемонии – фуршет и ужин. Огромные круглые столы под открытым небом, накрытые белоснежными скатертями, зажглись под мягким светом фонарей и свечей.

Официанты бесшумно скользили между гостями, разнося бокалы с шампанским, вином и закусками – от миниатюрных тарталеток с икрой до фаршированных лепестков артишока.

Женщины в вечерних платьях одаривали друг друга полуулыбками, полными скрытой оценки, мужчины обменивались крепкими рукопожатиями и пустыми фразами.

– Каяна Деваль? – остановил меня один из них, высокий, с седыми висками. – Мы не были представлены. Я слышал, вы теперь ближе к Морвелям, чем многие из нас за десятилетия.

Я холодно улыбнулась, отвечая сдержанным «не думаю, что это можно назвать везением», и продолжила путь к столу с десертами. Можно было завязать беседу, выяснить, что за общество здесь собралось, но я не стала. Внутри отчего-то было так пусто, что хотелось просто напиться и забыть обо всём.

По дороге меня перехватила чья-то рука, и я уже собиралась раздражённо высказаться, но наткнулась на лукавый взгляд Арчи.

25

– Мисс Деваль, выглядите сногсшибательно, – сверкнув золотыми клыками, сказал вампир.

– Давно не виделись, – убирая руку из его хватки, ответила я.

Мужчина сегодня выглядел чуть менее эпатажно, чем обычно, но всё же ярко выделялся среди гостей.

– Как ты? Слышал, что ИКВИ взялось за расследование об убийстве детектива…

– И Логана, – добавила я, хватая с подноса небольшое канапе и разглядывая его.

– Они утверждают, что твой парнишка мёртв? – с сомнением в голосе спросил Арчи, а я лишь кивнула. – О, моя прекрасная мисс Деваль, я бы на твоём месте не верил всему, что говорят падальщики…

– Но ты сам сказал, что по запаху никого не нашли! Будто он провалился сквозь землю. Берроуз сказал, что Логана иссушили, сожгли тело и выбросили его в реку.

– И даже так, запах бы остался, – кивнул вампир, разглядывая гостей.

– В каком случае запах может исчезнуть? – мне наконец-то выпал шанс спросить об этом напрямую.

Его взгляд медленно вернулся ко мне, и в нём уже не было привычной игривости. Голубые глаза стали серьёзнее и глубже. Сквозь них вдруг проглянула другая версия этого вампира. Он поджал губы, не торопясь отвечать.

И это молчание тянулось слишком долго, казалось, он взвешивал, стоит ли говорить правду.

– Когда человек перестаёт быть человеком, мисс Деваль, – наконец произнёс Арчи. – Только тогда запах исчезает.

Слова повисли в воздухе, медленно оседая внутри. Я замерла. Канапе в руке стало вдруг неуместным. Пальцы чуть сжались, но я не отпустила.

– Что ты имеешь в виду? – прошептала я, но Арчи уже отвернулся.

Он улыбнулся кому-то в толпе, и нашу компанию разбавили двое: мужчина и женщина. Они начали о чём-то говорить, но слов я не слышала, не отрываясь от вампира. Хотелось схватить его за рубашку и трясти, пока он не скажет правду, но Арчи опередил меня.

– Поговорим чуть позже, мисс Деваль, – улыбнулся он, отходя в сторону, оставляя меня в одиночестве.

Отложив на ближайший стол так и не съеденное канапе, я схватила очередной бокал и пошла в дом. Мне нужно было немного освежиться и привести себя в порядок.

Я мчалась по коридору, стараясь не поскользнуться на безупречно отполированном полу и не сломать себе шею на этих чёртовых шпильках. Мысли метались, сталкивались, распадались, будто внутри головы сорвался вихрь.

«Когда человек перестаёт быть человеком…»

Фраза звучала снова и снова. Если бы я только услышала