Человек государев 7 - Александр Горбов
«Всё с этим крючкотвором ясно, — буркнул Захребетник. — Он прекрасно знает, что распоряжения, подписанного Коршем, у тебя на руках нет и быть не может. А за то время, что ты его добудешь, Одоевский надеется найти следы ритуала своими силами и отрапортовать государю, какой он молодец… Так, Миша, успокойся! Держи себя в руках. Не хватало ещё съездить по роже статскому советнику».
«Я бы с удовольствием, — чувствуя, как усилиями Захребетника остываю, проворчал я. — Мерзейшая рожа. Лизоблюд чёртов, о деле ни секунды не думает — лишь бы выслужиться!»
«Возможность съездить ещё будет, — обнадёжил меня Захребетник. — Всё, возвращаемся в Москву. Здесь нам работать всё равно не дадут».
* * *
В Москву я вернулся поздно вечером. Утром был в управлении и отправился на доклад к Коршу.
Тот, выслушав меня, покачал головой.
— Ни в малейшей степени не удивлён. Так и думал, что Одоевский будет ставить нам палки в колёса. Эта межведомственная грызня началась задолго до того, как я поступил на службу, и вряд ли скоро закончится. Но не волнуйся, Миша, Одоевский своим тщеславием оказал себе медвежью услугу. Сам он, даже если обнаружит место ритуала, вести расследование дальше всё равно не сможет. Забуксует и будет вынужден ждать, пока подключимся мы. Распоряжение о предоставлении тебе схемы я, разумеется, подпишу, но возвращаться в Царицыно пока не спеши. Позволим этому идиоту отпраздновать мнимую победу и испытать на себе гнев государя — когда окажется, что отыскать колдуна Тайный приказ не в состоянии.
— Главное, чтобы за то время, что Одоевский будет выслуживаться, не случилось новой беды, — вздохнул я.
Корш махнул рукой.
— Не случится. По подвалам будет рыскать Тайный приказ. Колдун туда больше не сунется, да и в целом затаится, вести себя станет крайне осмотрительно. А к моменту, когда колдун поймёт, что Тайный приказ его отыскать не в состоянии, успокоится и уверится в собственной безопасности, в Царицыно вернёмся мы. Действовать будем скрытно. Никуда колдун от нас не денется, не беспокойся.
— Разумно, — согласился я. — Спасибо, Иван Карлович!
— Ступай, Миша, — кивнул Корш. — Займись пока служебными делами. А я распоряжусь, чтобы Софья Андреевна подготовила все мыслимые документы, какие могут тебе понадобиться.
* * *
Я отправился к себе в отдел. Ловчинского на месте не было — он успел убежать на вызов, но обнаружились Колобков и Цаплин, что-то бурно обсуждающие.
— … Ежели парк недалеко, то это очень хорошо, — продолжил говорить Цаплин. — Супруга ваша будет прогуливаться с детишками. И в нынешнем её положении моцион также весьма полезен.
— Да знаю, знаю, — кивал Колобков. — Говорю же — по описанию квартира очень хороша! И парк рядом, и трамвай недалеко останавливается, чтобы мне на службу ездить. До рынка, опять же, всего четыре остановки. Прекрасное место, и сама квартира — прелесть! Три спальни, столовая и даже небольшой кабинет есть.
— Вы никак новую квартиру присмотрели, Пётр Фаддеевич? — спросил я.
Колобков кивнул.
— Не я — супруга, у нас в семействе такими вещами она ведает. Взгляните, какое дивное предложение нашла.
Он протянул мне газету, где на последней странице красным карандашом было обведено объявление. Я посмотрел. Каким-никаким опытом найма квартир уже обладал, и та, которую предлагали, показалась действительно хорошей.
— И цена отличная, — заметил я, возвращая газету Колобкову.
Он в задумчивости поскрёб подбородок.
— Да вот то-то и оно, Михаил, что смущает меня цена. Такая квартира едва ли не вдвое дороже должна стоить. А стало быть, есть какой-то подвох. Скажем, соседи шумные, или полы скрипят, или на углу кабак, где не самая приличная публика собирается.
— Бывает ещё, что отопление плохо работает, — со знанием дела добавил Цаплин. — Летом квартиру смотришь — всё чудесно. А как зима начнётся — не знаешь, куда бежать. Ежели там печи, то дымить могут, а если общий котёл, то могут быть трубы не в порядке, до квартиры тепло доходить не будет. Ватерклозет, опять же — тоже очень важный момент.
— Ну так съездите да посмотрите, Пётр Фаддеевич, — предложил я. — Чего гадать, если можно своими глазами всё увидеть?
— Да-да, как раз после службы собираюсь, — кивнул Колобков. — Уговариваю вот Игоря Владимировича тоже взглянуть. Он по этой части человек опытный.
Цаплин вздохнул. Сколь горячо он любит двигательную активность, было известно всему управлению. Но отказать коллеге Игорь Владимирович не смог.
— Конечно, Пётр Фаддеевич, поедемте. Квартира — вопрос серьёзный, а две пары глаз лучше одной.
— Может, и вы, Михаил, с нами съездите? — предложил Колобков.
— А давайте, — согласился я.
Мне вдруг тоже стало интересно, почему такую хорошую квартиру сдают так дёшево. Когда-нибудь ведь соберусь приобретать собственное жильё, опыт обнаружения подводных камней не помешает.
Закончив служебные дела, мы втроём погрузились в мой автомобиль. Через полчаса стояли перед солидным доходным домом в Варсонофьевском переулке. Квартира находилась на втором этаже.
Хозяин, щуплый человек в больших очках и вязаном домашнем пиджаке, при виде наших мундиров заметно растерялся.
— Государева Коллегия? А в чём дело?
— Всё в порядке, — успокоил Колобков. — Мы здесь как частные лица. Я хочу осмотреть квартиру на предмет съёма, а это мои коллеги. Они меня сопровождают в качестве, так сказать, экспертов.
— Каких таких экспертов? — Хозяин насторожился ещё больше. — Уверяю вас, господа, тут совершенно нечего экспертировать!
— Вот мы и посмотрим. — Колобков благодушно улыбнулся.
— Нет-нет, — воспротивился хозяин. — Смотреть нельзя.
— Как так — нельзя? Это ведь ваше объявление? — Колобков показал ему газету.
— Моё, — растерянно поправляя очки, пробормотал хозяин. — Но, видите ли… Квартира уже сдана. Да-да, сдана! Буквально час назад ушёл жилец, который внёс за неё аванс.
Он столь явно обрадовался пришедшему на ум поводу не показывать квартиру, что теперь насторожился уже я. И Цаплин, по всей видимости, тоже. Хозяин попытался закрыть дверь, но Цаплин воспротивился. Он её придержал, проявив при этом неожиданную — по крайней мере, для меня — физическую мощь. Хозяин дёргал дверь, но рука
