Человек государев 7 - Александр Горбов
Я пробирался по лабиринту этого хлама, выглядящего чем дальше, тем древнее и затейливее, а подвал и не думал заканчиваться, вправо и влево уходили новые коридоры.
— Н-да, — вслух сказал я, увидев карету, на которой разъезжал, должно быть, тот самый прапрадед нынешнего государя. Вместо правого заднего колеса карета опиралась на обрубок бревна. — Если кому-нибудь вдруг придёт в голову навести здесь порядок, страшно подумать, сколько лет он потратит.
— Порядок⁈ — услышал я возмущённый крик. — Нет тут порядка и не было! Шельмецы! Мерзавцы! Всё украли! Ничего нельзя найти! Прочь отсюда!
Ко мне приближался призрак. Он летел над залежами хлама и возмущённо потрясал кулаками. Это был глубокий старик — лысый, как колено, с жидкой бородкой, зато с короной на голове и в развевающейся за плечами мантии.
— Пошёл прочь! — рявкнул призрак на меня.
— И не подумаю, — буркнул Захребетник. — Ты что забыл в мире живых? Какого чёрта тут раскомандовался?
— Это мой дворец!
— Ага, нашёл кому втирать. Дурака в зеркале ищи! Никогда этот дворец твоим не был. Ты и при жизни-то царём не считался, только регентствовал. А то, что права качал за троих, дело десятое. У меня тут, кстати, вопрос возник. Я запамятовал: благодарные родственники тебя отравили или задушили?
Призрак взбеленился окончательно.
— Не сметь! — Он, наклонив голову вперёд, ринулся к Захребетнику.
Понятия не имею, что могло произойти, если бы я был обычным магом, без сопровождающего, который делил со мной один разум и тело на двоих. Информации о призраках в учебниках содержалось немного, явление это было редким и малоизученным. Всё, что я помнил по теории: призрак может пробудиться из-за высокой концентрации тёмной магии, это один из побочных эффектов её применения. Навыками борьбы с призраками я, соответственно, не обладал и понятия не имел, что нужно делать, когда эта человекообразная субстанция несётся на тебя с очевидным намерением нанести вред здоровью. Не факт, что моя магия тут помогла бы.
Но я был не один. А Захребетник просто поднял ладонь, и призрак со всего маху влепился головой в невидимую стену. Полупрозрачное тело исказилось и как будто смялось, осев на полу бесформенным сгустком.
Несколько мгновений сгусток лежал неподвижно, потом из него выдвинулись ноги, руки, за плечами появилась мантия, а из плеч выросла лысая голова, увенчанная съехавшей набекрень короной.
Призрак взревел, взмыл к потолку и обрушился на Захребетника сверху. Тот в ответ крутанул в воздухе ладонью. Призрак завертелся, превращаясь в подобие тайфуна. Раздался дикий вопль — бывшему государю происходящее определённо не нравилось. Захребетник повернул ладонь, и тайфун закрутился быстрее, на глазах уменьшаясь и вытягиваясь в воронку.
Захребетник поймал её за остриё. Поднёс воронку к лицу и внушительно проговорил:
— Если не остановлю, ты развеешься в дым и больше уже никогда не восстанешь. Веди себя прилично, понял?
Он встряхнул ладонь — как отряхиваются от капель воды. Тайфун прекратил верчение и уже знакомым бесформенным сгустком плюхнулся на пол.
Восстановив части тела заново, призрак потряс головой с короной и посмотрел на Захребетника — как мне показалось, уже гораздо более внимательно.
— Это мой дворец, — снова заявил было он. Но намного тише и даже с некоторой опаской.
Захребетник поморщился.
— Слушай, не начинай! И поверь — чей это дворец, мне наплевать с высокой вышки, хоть вы тут все друг друга передушите. Давно ты пробудился?
Этот вопрос призрак то ли не понял, то ли не услышал.
— Порядка нет, — проворчал себе под нос он. — Нигде! Кругом бардак! Мебель переставляют. Вещи уносят. Ценности воруют. Печать украли прямо со стола! Где печать, а?
Он с подозрением уставился на Захребетника.
— Да на кой тебе печать? — усмехнулся тот. — Чтобы запрятал так, что вовсе не найти — так же, как корону каждый день в новое место перепрятывал, а потом забывал, куда?
— Не было такого! — Призрак топнул ногой. — Вздор! Клевета! Голову отрублю! Лазят кто попало, потом ничего найти нельзя! Диван стоял вот тут, итальянской работы, с золотыми подлокотниками, парчой обитый. Где диван, а?
— Ваше Величество, — попробовал воззвать к разуму призрака я. — Да тут у вас такая свалка, что не то что какой-то диван — выхода и то не найдёшь.
Призрак меня будто и не услышал.
— А то ещё сваливают всякую дрянь, — продолжил ябедничать он. — Отвернуться не успеешь — они уж накидали! То пол мелом разрисуют, то свечей непотребных навтыкают. Намедни вовсе гляжу — на столе девка валяется. Слыханное ли дело, я вас спрашиваю, — на столах девок раскидывать?
— Так-так, — встрепенулся я. — Что за девка? Где она?
— Где была, там уж нету, — проворчал призрак. — Нешто я такое терпеть стану? На столах положено кушанья подавать, а не всякий срам! Выкинул я её.
— То есть? — изумился я. — Что значит «выкинул»? Куда?
Призрак неопределённо махнул рукой.
— В речку.
— В речку? Что за речка?
Призрак ткнул пальцем себе под ноги.
— Там… В трубе.
— В трубе? Как это?
— Видимо, подземная, — догадался Захребетник, — та, которая питает пруд. При строительстве её убрали в трубу, чтобы вид не портить. А этот красавец каким-то образом речку отыскал и мёртвую девчонку сбросил туда. Верно я говорю? — спросил он у призрака. — Так дело было?
— Сам, всё сам! — ворчливо подтвердил тот. — Прислуга совсем разбаловалась, никого не дозовёшься! Пришлось самому тащить. Всем этим лентяям головы отрублю! Все на плаху пойдут.
— Вот и отгадка, каким образом мёртвое тело оказалось в пруду, — пробормотал я. — Теперь всё сходится! Убили девушку где-то здесь, в подвале. Он упомянул рисунки на полу и «непотребные» свечи — это место, где проводили ритуал! Камеристку убили и оставили там. Её никто не должен был найти и ещё долго бы не хватились, что она пропала, — официально-то Надежду уволили, её ближайшая подруга и начальница были уверены, что девушка ушла. Идеальный план! Но злодей, проводивший ритуал, не учёл одну деталь. Высокая концентрация тёмной магии пробудила призрака. Если дворец стоит, как ты говоришь, в нехорошем
