Золушка XXL для отца-одиночки - Ксения Маршал
Выдыхаю шумно, вместе с воздухом выпуская гнев.
— Мне не нравится такая свадьба, я на нее не хочу, — признаюсь наконец-то. — Я хочу тихую красивую церемонию и ужин в компании самых близких людей. Я не хочу стоять на виду у нескольких сотен гостей и произносить клятву под вычурной аркой. Не хочу репетировать дурацкий вальс. И торт с кучей начинок не хочу! Можно все будет красиво и просто? Чтобы мы с тобой могли получить удовольствие? Или тебе обязательно отбабахать праздник на весь свет?
— Мне обязательно, чтобы ты, Пчелка, стала моей окончательно и бесповоротно. А на сам праздник мне плевать. Это твоя свадьба, и я думал, что ты, как и все девушки, мечтаешь отметить ее так, чтобы на всю жизнь запомнилось. Прости, не учел наличия твоих тараканов, — он улыбается. В темных глазах океаны любви, и я, как последняя влюбленная дурочка, рада тонуть в них.
— Спасибо, — мурлычу, потираясь о Демида. Я и в самом деле успокаиваюсь. Вот умеет он приструнить моих тараканов, как сам же выражается. — Тогда ты этой Анне все скажи, а я только платье себе выберу. Без нее, — с нажимом. — У твоей мамы прекрасный вкус, вот ее и возьму в советчицы.
— Тогда купите тебе еще и наряд для благотворительного вечера. Нас с тобой пригласили, нельзя не пойти. Он состоится через пару дней, я все забывал тебе рассказать из-за хлопот со свадьбой.
Сопровождать Демида на мероприятии мне предстоит впервые. Бывать на благотворительном вечере — тем более. Поэтому Агата Матвеевна выступает без преуменьшения моей крестной феей. Отношения с матерью Хрусталева у нас складываются по-приятельски ровные. Особой близости между нами нет, но общение всегда проходит приятно, без напряжения. Наверное, чтобы почувствовать что-то большее, нам просто нужно время. Во всяком случае в каждой сомнительной ситуации будущая свекровь занимает мою сторону и велит Демиду быть мудрым и уступчивым, как и положено влюбленному мужчине.
Хрусталев в свою очередь не перестает удивлять. Он как будто занял позицию более старшего, более терпимого и более мудрого. Мне же досталась роль капризной девчонки, которую я отыгрываю по полной — слишком нервничаю из-за предстоящей свадьбы и того, что должно вслед за ней произойти.
При этом я настолько сильно схожу с ума по Демиду, что просто не могу держаться подальше. Мне нужно постоянно его видеть, трогать, чувствовать. Мы разговариваем обо всем на свете, оставаясь по вечерам наедине. Целуемся до одури, но потом начинаем болтать, чтобы не перейти обозначенную черту. Не могу объяснить, зачем мне сдерживаться до свадьбы, просто знаю: так будет правильно, и мы с женихом дисциплинированно держимся. Благо остается уже совсем недолго.
На фоне всех предсвадебных хлопот даже поездка в бутик за вечерним платьем воспринимается передышкой. Хоть Хрусталев и организовал мне стилиста, который завалил всю гардеробную новыми нарядами, подходящего к дресс-коду благотворительного вечера среди них не оказалось. Собственно, поэтому мы с Агатой Матвеевной и выбираемся на шопинг. А вот чего я не ожидаю, так это встречи с Анжелой, той самой мамочкой с площадки, оскорбившей меня.
— Агата Матвеевна, какая приятная встреча! — Анжела манерно целует воздух возле щек моей будущей свекрови. — Дайте угадаю, вы тоже готовитесь к благотворительному вечеру? — жеманно смеется.
До чего же противная!
— Добрый вечер, — мама Демида здоровается с отстраненной вежливостью. Заметно, что теплых чувств она к этой однопоселочнице не испытывает. — Да, помогаю невестке выбрать образ.
— Уверена, она будет блистать, — Анжела наконец замечает меня и награждает змеиной улыбкой. — Что ж, встретимся на мероприятии, — прощается.
А я чувствую в вежливом тоне скрытую угрозу и заранее не хочу никуда идти.
Глава 38
Предчувствия меня не обманули. Хоть благотворительный вечер организован на высшем уровне, лично мне он приносит одно разочарование.
Поначалу все идет прекрасно. Я чувствую себя невероятной в платье небесного цвета, подобранного четко к моим глазам. Специальное белье, которое утягивает живот и делает талию — говорят, абсолютно все звезды на красной дорожке его носят. Профессиональные укладка и макияж — такой красивой я не была никогда. Но больше всего уверенности в себе дарит конечно же присутствие Демида. В классическом смокинге он выглядит нереально. Глазею по сторонам и понимаю, что самый шикарный мужчина вечера составляет пару со мной. Еще и пожирает такими взглядами, от которых жарко становится не только мне, но и всем окружающим.
Льну к нему, уговаривая себя, что ничего плохого сегодня со мной не случится. Да и что эта мерзкая Анжела может мне сделать? Вином обольет? Так я не расстроюсь, если придется пораньше уйти. Вряд ли она сможет организовать какую-то более изощренную пакость.
Однако, спустя четверть часа я убеждаюсь, как сильно недооценила противницу. Она ловит меня в уборной, куда я отошла после аукциона. Демид, к слову, купил пару картин, в которых я ничего не понимаю, и прижизненное издание сказок Салтыкова-Щедрина мне в подарок на свадьбу. Вот его я оценила по достоинству. И, боюсь, не осмелюсь ни разу открыть, чтобы не испортить сокровище нечаянно.
Мне, глупышке, казалось, что все идет хорошо. Пока в отражении зеркала я не увидела стоящую рядом с собой Анжелу. Она нарядилась в алое платье, вырез которого кажется мне чересчур даже для менее формальных вечеров. Яркий агрессивный макияж, волосы, завитые в локоны. Эта женщина совершенно точно не знает, что такое чувство меры.
— Не ожидала, что ты решишься прийти сюда и опозорить Демида, — говорит она мне, делая вид, что подкрашивает огромные, выступающие вперед губы. — Ты в курсе, что все уже шепчутся, какую страхолюдину он себе нашел. Гадают, чем ты его взяла. Уж явно не фигурой, — проходится по мне презрительным взглядом. — И не сексуальными утехами — это точно. Твой бывший женишок, Червяков, много интересного о тебе рассказал. И зачем ты только от него ушла? Вот он — твой уровень, и фамилия для тебя подходящая, — Анжела ядовито смеется.
Ей бы точно подошла фамилия Гадюкина.
— Да пошла ты, — выплевываю и делаю шаг в сторону выхода. Не собираюсь тут стоять и выслушивать о себе гадости. Пусть эта змея хоть захлебнется своим ядом, но я принимать участие в ее затее не обязана.
— Я бы на твоем месте так не торопилась, — Анжела ловит меня за руку, крепко сжимая запястье. Откуда только в такой худышке столько силы? У меня же наверняка синяки останутся. — Или тебе неинтересно посмотреть фотографии, которые мне продал твой Червяков? Жадный, сволочь. Твои
