Штурм Бахмута. Разведвзвод. Том I - Александр Савицкий
— Выкусите, суки!
— Чернухан, как пойдем на штурм? — решил я обсудить с ним план, зная, что нас в любом случае пошлют дальше.
— Да так же, как шли — низом у озера. Там хотя бы нас плеточник и пулеметчики не видят. Дойдем, не высовываясь, до двухэтажки, а там уже решим, что дальше.
— Первые два раза не с лицея по нам мочили, — заметил Изворот. — Большого скопления противника там точно нет.
— Если они не подтянули группу ночью, — возразил Эпик. — Тут уже как повезет.
— Там еще блиндаж хохлячий с окопами, — напомнил нам Чернухан. — Но Гонг сказал, они водой вроде залиты и активности там давно не видно. Если там кто и сидит, то пару человек на фишке.
— В воде до хера зимой не посидишь. Хохлы, слава Богу, не ихтиандры, — вставил свои пять копеек Кордак.
Наш фланг слегка отставал от остальных групп, судя по тому, что мы слышали по рации. Нас и торговый центр, где уже находились наши, разделяли двенадцать частных домов, выстроенных попарно в два ряда между улицами Киевской и Садовой. Дома были большие и добротные, с обширными приусадебными огородами и глубокими подвалами. Первую линию домов уже штурмовали наши группы, отвлекая часть сил противника на себя.
— Чернухан? — шепотом позвал я, дождавшись, когда остальные отвлеклись. — Ты людей уже убивал?
— Приходилось, — удивленно взглянув на меня, ответил он.
— Не тяжело?
— Да в бою не до рассуждений. Это ты тут думать можешь, а в бою — жить захочешь, завалишь кого угодно.
— Да я не сомневаюсь, что смогу в человека выстрелить… Я себе уже давно это в голову вбил. Да и характер у меня такой, что если нужно, то я выстрелю точно. Когда от этого зависит безопасность моей семьи или моя жизнь — выстрелю не задумываясь.
— Ну так, а чего ты тогда? В бою сомневаться нельзя. Тут про гуманизм нужно забыть. Гуманисты на кладбище все. Стреляй во все, что шевелится, и все, что хочет тебя убить, — он посмотрел мне в глаза. — Если, конечно, домой хочешь вернуться.
— Понял. Спасибо, Чернухан.
К вечеру, как мы и ожидали, от Гонга поступила команда:
— С утра, братики, любой ценой нужно забирать этот лицей, чтобы мы в центре могли продвинуться дальше. Там к лицею ночью машины подъезжали, и какая-то движуха была. Вы там осторожнее.
— И что это значит? — спросил Чернухан.
— Одно из двух. Либо привезли что-то, либо вывозят, понимая, что позицию им не удержать, — ответил Гонг. — Готовьтесь — рано утром на штурм.
Странно было, что штурм назначили на утро, но с другой стороны, было время подготовиться, распределить группы и очередность выхода. Я взял с собой десять магазинов и пару гранат в полной уверенности, что мы вернемся, и я смогу забрать свои вещи. Брать лицей стало привычным делом и напоминало мне поход в магазин. Фишки распределили между теми, кто должен был идти в группе прикрытия, чтобы мы, идущие первыми, могли выспаться и быть бодрячком.
— Короче, так… — начал Чернухан перед выходом. — В третий раз мы точно должны забрать это здание, иначе нас не поймут. Настраиваемся серьезно. Гонг сказал — любой ценой. Понятно, что за цена?
— Наверное, наши жизни, — с улыбкой сказал Гурамыч.
— Вот именно, но мы-то этого не хотим. Поэтому делаем все грамотно. В первой группе идут: я, Изер, Гурамыч, Изворот, Кордак, Баримор, — бодро чеканя слова, стал командовать всеми Чернухан. — Задача: дойти до двухэтажки по низу и ждать вторую группу. Во второй группе: Эпик, Эска, Пикша, Лесничий, Скрып, Мимус, Кластер и пулеметчик.
Мы выдвинулись строем и с интервалом в семь шагов добежали, как и планировали, до двухэтажки. Заняли оборону и стали контролировать небо и сектора по углам здания. В это время, группа прикрытия стала огнем засыпать частный сектор напротив лицея, чтобы подавить возможное прикрытие оттуда ВСУ. Мы дождались вторую группу и, уступив ей контроль над секторами, рванули вперед.
Между школой искусств, в которой находились мы, и лицеем было шестьдесят метров открытки. По нормативам школы такое расстояние на уроке физкультуры нужно было пробежать за 10 секунд, но в полной экипировке и при опасности быть подстреленным, эта поляна казалась марафонской дистанцией. Первым стартанул Чернухан, за ним я и Гурамыч. За нами бросилась вся группа. В этот раз по нам никто не открыл огонь, и мы без происшествий преодолели дистанцию. Добежав до угла здания и рассредоточившись под окнами, мы начали закидывать гранаты в окна, зачищая первый этаж. Я достал свою гранату, стал выдергивать чеку и сломал ее, не выдернув до конца. Автоматически я закинул ее в окно, но она, попав в оконную раму, отлетела назад и упала мне под ноги.
— Граната! — заорал Гурамыч и отпрыгнул в сторону.
«Моя граната», — подумал я и сжался в комок, ожидая взрыва.
Граната не взорвалась из-за сломанной чеки. Я осторожно поднял ее и откинул в сторону, чтобы она не валялась у нас под ногами. Пока я возился с ней, первая тройка заскочила внутрь и комнату за комнатой начала зачищать первый этаж. Я забежал со второй тройкой, и мы пошли в другую сторону. Двигаясь, как нас учили, контроля двери и коридор, мы продвигались вперед, пока не уперлись в последнюю комнату. Зачистив ее, мы поняли, что хохлы сбежали, но на всякий случай зачистили и остальные два этажа. Вслед за нами в здание подтянулась вторая группа.
— Нет никого, — облегченно выдохнул Эска, когда мы спускались вниз.
— Один хер, страшно было до усрачки, — нервно улыбнулся я.
— Согласен, — кивнул нам Пикша.
В то время, когда мы осматривали верхние этажи, Чернухан расставил фишки по всему периметру здания, которое правой стороной выходило на частник по улице Набережной и на башню четырехэтажки, видневшуюся на пригорке.
— Изер, ты как?
— Хорошо.
— Нам нужно еще тот блиндаж и окопы зачистить, — как бы между делом сказал Чернухан.
— Я готов. Пошли! — не задумываясь, ответил я.
Выскочив из здания лицея, мы мелкими перебежками помчались к окопам и упали на землю метрах в пятнадцати от них. На всякий случай, пацаны стреляли поверх наших голов, чтобы никому не дать высунуться. Мы, как нас учили, держа автомат перед собой на изгибе рук и работая локтями, быстро подползли к окопам и как только попытались залезть в них, по пояс провалились в воду.
— Бля! — выругался Чернухан. — Двигаем к блиндажу.
— Держу! Пошли, — стал я прикрывать его.
Мы кинули в блиндаж
