Штурм Бахмута. Разведвзвод. Том I - Александр Савицкий
— Кто есть на горе? К вам летит дрон-камикадзе! — заговорила рация тревожным голосом. — Будьте осторожны.
«Нихера себе! Вовремя предупредили, но он уже тут, а не летит к нам», — быстрее дрона пронеслась мысль в моей голове.
Я вскочил на ноги, развернулся и стал со скоростью дикой кошки карабкаться по ступенькам великана Габоя. Перебирая руками и ногами, я взлетел наверх и вывалился из траншеи за бруствер. «Тудуффф!» — прогремел сзади меня взрыв в районе нашего старичка ДШК, и все затихло. Выждав еще минуту, тщательно вслушиваясь в звуки, я понял, что камикадзе был один, и осторожно заглянул в траншею. Пулемет был перевернут, но выглядел не сильно поврежденным. Рядом с ним дымилась воронка от прилета дрона. Пиздец, конечно, технологии! А если они массово начнут летать? Как мы работать-то будем?
Когда вернулись пацаны, я рассказал им про новое хохлячье оружие «Вундерваффе», и у нас завязалась дискуссия о последствиях его массового применения.
— Что мы делать-то будем, если они начнут по нам только таким работать? — задал я вопрос себе и пацанам.
— Прятаться лучше, я думаю, — ответил Сплеш.
— Да оно, наверное, миллион за штуку стоит! Где они столько денег возьмут? — усмехнулся Каталонец. — На один пулемет такое тратить нет смысла.
— А почему это чудо-оружие сегодня меня чуть не убило? — стал спорить я.
— Видимо, пока оно проходит стадию испытаний, они могут себе позволить, — парировал мой довод Каталонец.
— В любом случае, — серьезно посмотрел на нас Сплеш, — нужно еще тщательнее следить за небом. Если такая хуевина будет лететь, сразу съебываем с позиции!
— Один за всех! И все за одного! — протянул руку Каталонец.
— Пиздец ты мушкетер Евгения Викторовича! — улыбнулся ему Сплеш и положил сверху свою руку, скрепляя наши договоренности.
— Джаггернаут с вами, друзья автоботы! — положил и я свою руку сверху.
Мы посмотрели друг на друга и одновременно заржали от нелепости этой ситуации. Нервозность и страх перед украинским чудо-оружием были нейтрализованы детской игрой в мушкетеров, и мы расслабились.
— Ладно, пора работать.
— За царя-батюшку! И Отечество! — уже шутливо произнес Каталонец и взял короб с лентами.
Следующим утром мы, как обычно, вышли на позиции и как только начали стрелять, стало происходить утыкание патронов. Габой полез разбираться и не смог понять, что случилось.
— На позиции ремонтировать старичка не вариант. Давай его за гору отнесем, там посмотрим и постреляем пробно, — предложил он.
— Так, а что ты хотел? Пулик 1942 года выпуска. Это же не перпетуум мобиле. Отработал свое, — пошутил я. — Из него точно еще немцев под Москвой косили!
— Ладно. Хорош трындеть. Другого нет. Потащили ремонтировать.
Мы вынесли ДШК с обратной стороны горы и, отойдя метров пятьдесят в сторону, стали разбирать его прямо под открытым небом, чтобы выяснить причину утыкания патрона.
— Может, просто смазать его нужно хорошенько? — предложил Сабо. — Глядишь, там что-то встанет на место и пойдет.
— Это, как типа, когда компьютер или телефон не работает, мы его просто перезагружаем? — подмигнул я Сабо и Сплешу.
— Вот она! — высоко поднял Габой кусочек железки.
— Кто? — почти в один голос спросили мы.
— Причина! — торжественно продолжал Габой махать железкой. — Лапка отвалилась. А из-за нее гильза не сбрасывается и не меняется. Потащили назад. Нужно деталь искать.
— В магазин пойдем за запчастью, — хихикнул я.
Мы свернули наш пулемет и потащили его в пещеры. Как только оказались у входа в них, сзади раздался свист, и по тому месту, где пару минут стоял наш расчет, прилетело полпакета снарядов из «Града». Мы посыпались на землю, уронили пулемет и станину от него. Вжавшись в землю и в друг друга, мы ждали второго залпа, но его не последовало. Я встал на карачки и быстро пополз внутрь пещеры, увлекая за собой остальных. Внутри мы спрятались за стенками и выждали еще пять минут.
— Еще раз повезло, — пробасил Габой. — Среди нас затесался любимец Бога!
— Птичка, видимо, спалила нас, — заметил Сабо. — Выползли, как на пляж. Сейчас бы по кускам уже валялись там.
— Распиздяи, — кивнул Габой. — Пошли за пулеметом.
61. Изер. 1.2. Третья попытка штурма лицея
Утро выдалось богатым на осадки. Наш подвал, выкопанный рачительными хозяевами посредине чистого поля, возбуждал украинских минометчиков как быка красная тряпка. Они все старались попасть в десяточку и загнать мину в лузу входа. К счастью для нас, это у них пока не получалось. Я сидел рядом с Гурамычем и смотрел, как он пытается придумать какой-то замысловатый бутерброд из галет и содержимого трофейного хохлячьего пайка. Гурамыч был добрым и отзывчивым. Он был первым, кто стал со мной делиться опытом, когда я впервые попал в их группу. Работать с ним было комфортно. В нем сочетались умение идти на здоровый и оправданный риск и осторожность.
— Вот, говорят, что хохлы жадные, а мин на нас не жалеют, — сетовал Чернухан.
— Так они и есть жадные, но только на свое. А мины-то европейские и американские. Чего их жалеть? — возразил ему Баримор. — Вон, погляди. Половина из нас в трофейку одета.
— Спасибо НАТО и США! — улыбнулся Гурамыч.
— А ведь и правда, очередная война Европы против России. Как повелось у них с Ледового побоища, так до сих пор и не отпустит. Только теперь чужими руками — хохлов подрядили и используют как расходник. Чего им не жилось-то спокойно? — стал возмущаться Изворот. — Один народ же!
— Так Украина-то неоднородная. Западенцы воду намутили, а они всегда частью Европы были. Поляки, вон, тоже славяне, даже в войну часть из них за нас воевала. Я в детстве фильм смотрел «Три танкиста и собака», — продолжал читать политинформацию Чернухан. — А когда они за нас были по-настоящему? Никогда. Всегда мы с ними рубились. Сербы? Эти — братушки… Но им там в Европе тоже в рот кляп всунули.
На улице в опасной близости от входа бахнул разрыв, и мы инстинктивно пригнули головы. Сверху посыпалась труха и попала в кофе.
— Вот, суки, — выругался Изворот, вытаскивая крупные соринки из кружки.
— Украина закончится, начнется что-то другое, — глядя на нас, сказал Чернухан. — До СВО, помните, в Казахстане буча была, а до этого бацьку Александра Григорьевича хотели сместить в Белоруссии. Перед этим — Грузия и Кавказ… У России земли и недр много, и никому она такая сильная не нужна. Ни Европе, ни Китаю, ни, тем более, США, — он посмотрел на нас. — Солдат — профессия вечная. Так что повезло нам с работой.
