Проект "Воскрешение" - Александр Науменко
Существо отбросило обмякшее тело в сторону. Тупой удар о пол, тишина, нарушаемая только шипением змей. Монстр опустил голову. Его лицо с неподвижными глазами повернулось к полу. Одна из гадюк, рассерженная, испуганная, подняла голову и вцепилась в щиколотку существа. Её ядовитые клыки пробили бледную кожу.
Никакой реакции. Ни дрожи, ни звука. Только медленное, почти задумчивое движение. Монстр поднял ногу, и его ступня, тяжелая, неестественно бледная, опустилась на змею. Раздался тихий, влажный хруст. Затем следующая. И еще. Существо давило змей одну за другой, методично, без спешки, без эмоций. Его задача была проста. Уничтожить все живое. В этой комнате, в этом здании, в этом мире.
***
— Вставай, Юля, вставай! — кричал он ей прямо в лицо, не заботясь о том, насколько громко это звучит.
Он толкнул её в спину, заставляя бежать по тёмному коридору первого этажа. Паника ослепляла их. Они пронеслись мимо комнаты с сейфом и, вместо того чтобы свернуть к выходу, нырнули в боковой проход. Спустя несколько секунд оба упёрлись в глухую стену. Это был тупик, тесный мешок с заколоченным окном, где пахло плесенью.
— Назад, мы не туда свернули!
Олег развернул жену, и они бросились обратно.
— Давай вон туда!
Выскочив в основной коридор, Юля резко остановилась и закричала, прикрывая рот ладонями. Из дверного проёма, ведущего в подвал, один за другим выбирались мертвецы. Их было уже двое. Они двигались слаженно, перекрывая путь к главному входу. Олег огляделся в поисках оружия и заметил ржавую трубу, которая подпирала прогнившую дверную раму. Он вырвал её с мясом.
— Давай, иди сюда, урод!
— Олег!
— Назад! Юля! Назад!
Первый монстр приближался, слегка пригнувшись. Самое страшное было то, что они не издавали никаких звуков, и то, что их лица казались восковыми, неподвижными. С обычным зомби всё понятно, а вот тут, к сожалению, нет.
Когда существо приблизилось на достаточное расстояние, мужчина обрушил на голову ближайшего преследователя трубу. Удар был сильным, но старый металл,
изъеденный коррозией, просто рассыпался в его руках, превратившись в облако рыжей пыли. Тем не менее, импульса хватило, чтобы отбросить мертвеца назад, и тот повалился на второго, создав короткую заминку.
— Окно! — скомандовал Олег, указывая на проём в конце коридора. — Прыгай в окно!
Он подбежал к подоконнику, лихорадочно оглядываясь через плечо. Существа уже поднялись и теперь быстро, неуклонно сокращали дистанцию. Олег помог Юле перелезть через раму, практически вытолкнув её наружу, на свежий воздух. Сам он вывалился следом, больно ударившись плечом о землю, но тут же вскочил на ноги.
Они бежали через высокую, жёсткую траву в сторону ангара, который казался единственным надёжным укрытием на этой проклятой территории.
— Не останавливайся! Беги!
Мужчина оглянулся и увидел, как монстры с лёгкостью перебираются через оконный проём, оказываясь снаружи. Они совсем не походили на тех мертвецов, которых показывали в фильмах. Те были медленные, тупые, а эти быстрые и сильные.
— Давай! Живее!
Юля первой добежала до металлической лестницы, ведущей на второй ярус, и начала быстро подниматься, перебирая руками по ржавым перекладинам. Олег следовал за ней, чувствуя, как лёгкие горят от недостатка кислорода.
«Всё. Почти всё».
Когда до верхней площадки оставалось всего три ступени, мужчина почувствовал резкий рывок. Кто-то мёртвой хваткой вцепился в пояс его джинсов и потянул вниз. Мужчина в ужасе закричал. Его ноги соскользнули с перекладины, и он повис на руках, чувствуя, как тяжесть внизу тянет его в пропасть. Он отчаянно дёргал ногами, пытаясь попасть каблуком по лицу того, кто его держал.
— Олег! Хватайся за руку!
Юля легла на край площадки, протягивая ему ладонь.
— Давай!
— Я… — Давай, чёрт возьми!
Она тянула его изо всех сил. Лицо её покраснело от напряжения, а на лбу вздулись вены. Однако веса взрослого мужчины и вцепившегося в него мертвеца было слишком много для неё.
— Чёрт! Не получается! Пни… Лестница, которая десятилетиями гнила под дождями, внезапно издала пронзительный, жалобный скрип. Раздался резкий треск лопающегося металла. Нижнее крепление обрушилось. Конструкция резко наклонилась, смахивая мертвеца вниз как назойливое насекомое. Олег едва успел перехватить пальцами край второго яруса, когда лестница окончательно оторвалась и с грохотом рухнула на бетон. Он остался висеть, подтягиваясь на дрожащих руках, дрыгая ногами, в то время как в ангар, привлечённый шумом, уже входил второй мертвец, задрав голову и глядя на него своими молочно-белыми глазами.
Они выбрались на галерею, второй ярус. Вдоль стены, ряды бочек. Ржавые, покосившиеся, некоторые лежали на боку. Десятки бочек. Олег не считал.
Мертвецы находились в ангаре. Олег видел их сверху, два белых тела, босых, двигающихся по бетонному полу. Оба подошли к лестнице. Первый протянул руку, коснулся трубы. Пальцы сомкнулись на металле.
— Они…
— Нет, не смогут, – успокоил он жену. – Не залезут.
Мужчина отступил от края. Сел на решётчатый пол. Юля опустилась рядом. Оба тяжело дышали, и воздух с хрипом входил и выходил из лёгких, и пот стекал по лицу, по шее, пропитывая одежду.
— Они не могут забраться, — с облегчением выдохнул Олег. — Стена гладкая. Без лестницы не поднимутся.
Супруга не ответила. Она смотрела вниз, сквозь решётку, на белые фигуры, и её трясло, мелко, непрерывно, как в ознобе.
Монстры внизу, тем временем принялись ходить, выискивая пути к жертвам. Один из них вновь оглядел упавшую лестницу, а другой, взяв ящик, поставил его, придвинув на несколько метров. Потом взял другой и взгромоздил сверху. Встал на них, но тут же рухнул, так как ящики оказались трухлявыми.
— А они не такие уж и тупые.
— Лучше уж были бы тупыми, — проговорила жена.
Оба существа какое-то время изучали пространство ангара, но путей подняться не нашли. Поэтому они замерли, подняв лысые головы, застыв статуями. Признаться, это оказалось жутким зрелищем.
Мужчина заставил себя подняться. Ноги подкашивались, колени тряслись, но он встал, подошёл к ближайшей бочке. Заглянул.
— Олежка. Что нам делать?
Жидкость. Тёмная, маслянистая, с радужной плёнкой на поверхности. Запах ударил в нос, довольно едкий, химический, с нотой чего-то знакомого. Бензин?
