Сказки - Дмитрий Наркисович Мамин-Сибиряк
Рассердился царь Горох и велел казнить косарёвых послов, а самому королю Косарю послал собаку с обрубленным хвостом. Вот, дескать, тебе самая подходящая невеста…
Рассердился и король Косарь и пошёл войной на гороховое царство, идёт – и народ, словно косой, косит. Сколько сёл разорил, сколько городов выжег, сколько народу погубил, а воевод, которых выслал против него царь Горох, в полон взял. Долго ли, коротко ли сказка сказывается, а только король Косарь подступил уже к самой столице, обложил её кругом, так что никому ни проходу, ни проезду нет, и опять шлёт послов к славному царю Гороху.
– Отдай замуж свою дочь, прекрасную царевну Кутафью, нашему королю Косарю, – говорили послы. – Ты первых послов казнил и нас можешь казнить. Мы люди подневольные…
– Лучше я сам умру, а дочери не отдам вашему королю! – ответил царь Горох. – Пусть сам берёт, если сумеет только взять… Я ведь не царь Пантелей.
Хотел славный царь Горох и этих послов казнить, да за них вовремя заступилась сама прекрасная царевна Кутафья. Бросилась она в ноги грозному отцу и начала горько плакать:
– Лучше меня вели казнить, отец, а эти люди не виноваты… Сними с меня голову, только не губи других. Из-за меня, несчастной, напрасно льётся кровь и гибнут люди…
– Вот как? Отлично… – ответил славный царь Горох. – Ты отца родного променяла на каких-то послов? Спасибо, доченька… Может быть, тебе хочется замуж за короля Косаря? Ну, этого ты не дождёшься… Всё царство загублю, а тебе не бывать за Косарём…
Страшно рассердился царь Горох на любимую дочь и велел посадить её в высокую-высокую башню, где томились и другие заключённые, а в подвал были посажены косарёвы послы. Народ узнал об этом и толпами приходил к башне, чтобы ругать опальную царевну.
– Отдай нам наши города, взятые королём Косарём! – кричали ей снизу потерявшие от горя голову люди. – Отдай всех, которых убил король Косарь! Из-за тебя мы и сами перемрём все голодной смертью… Ты испортила и своего отца, который раньше не был таким.
Страшно делалось прекрасной царевне Кутафье, когда она слышала такие слова. Ведь её разорвали бы на мелкие части, если бы она вышла из башни. А чем она виновата? Кому она сделала такое зло? Вот и родной отец её возненавидел ни за что… Горько и обидно делается царевне, и горько-горько она плачет, день и ночь плачет.
– И для чего я только уродилась красавицей? – причитывала она, ломая руки. – Лучше бы мне родиться каким-нибудь уродом, хромой и горбатой… А теперь все против меня. Ох, лучше бы меня казнил отец!..
А в столице уже начинался голод. Голодные люди приходили к башне и кричали:
– Прекрасная царевна Кутафья, дай нам хлеба! Мы умираем с голоду. Если нас не жалеешь, то пожалей наших детей.
VI
Жалела прекрасную царевну Кутафью одна мать. Знала она, что дочка ни в чём не виновата. Все глаза выплакала старая царица Луковна, а мужу ничего не смела сказать. И плакала она потихоньку ото всех, чтобы кто-нибудь не донёс царю. Материнское горе видела одна царевна Горошинка и плакала вместе с ней, хотя и не знала, о чём плачет. Очень ей жаль было матери – такая большая женщина и так плачет.
– Мама, скажи, о чём ты плачешь? – спрашивала она. – Ты только скажи, а я попрошу отца… Он всё устроит.
– Ах, ты ничего не понимаешь, Горошинка.
Царица Луковна не подозревала, что Горошинка знала гораздо больше, чем она думала. Ведь это был необыкновенный ребёнок. Горошинке улыбались цветы, она понимала, о чём говорят мухи, а когда выросла большой, то есть ей исполнилось семнадцать лет, с Горошинкой произошло нечто совершенно необыкновенное, о чём она никому не рассказывала. Стоило ей захотеть – и Горошинка превращалась в муху, в мышку, в маленькую птичку. Это было очень интересно. Горошинка пользовалась тем временем, когда мать спала, и вылетала в окно мухой. Она облетела всю столицу и всё рассмотрела. Когда отец заключил прекрасную Кутафью в башню, она пролетела и к ней. Царевна Кутафья сидела у окна и горько-горько плакала. Муха-Горошинка полетала около неё, пожужжала и наконец проговорила:
– Не убивайся, сестрица. Утро вечера мудренее…
Царевна Кутафья страшно перепугалась. К ней никого не допускали, а тут вдруг человеческий голос.
– Это я, твоя сестрёнка Горошинка.
– У меня нет никакой сестрицы…
– А я-то на что?
Горошинка рассказала о себе всё, и сёстры поцеловались. Теперь обе плакали от радости и не могли наговориться. Прекрасная царевна Кутафья смущалась только одним: именно, что маленькая сестрёнка Горошинка умеет превращаться в муху. Значит, она колдунья, а все колдуньи злые.
– Нет, я не колдунья, – объясняла обиженная Горошинка. – А только заколдована кем-то, и на мне положен какой-то зарок, а какой зарок – никто не знает. Что-то я должна сделать, чтобы превратиться в обыкновенную девушку, а что – не знаю.
Прекрасная царевна Кутафья рассказала о всех своих злоключениях: как она жалела отца, который сделался злым, а потом сколько горя из-за неё терпит теперь всё гороховое царство. А чем она виновата, что король Косарь непременно хочет жениться на ней? Он даже и не видал её ни разу.
– А тебе он нравится, сестрица? – лукаво спросила Горошинка.
Прекрасная царевна Кутафья только опустила глаза и покраснела.
– Раньше нравился… – объяснила она со смущением. – А теперь я его не люблю. Он – злой.
– Хорошо. Понимаю. Ну, утро вечера мудренее…
VII
Всё гороховое царство было встревожено. Во-первых, царевич Орлик попался в плен злому королю Косарю, а во-вторых, исчезла из башни прекрасная царевна Кутафья. Отворили утром тюремщики дверь в комнату царевны Кутафьи, а её и след простыл. Ещё больше удивились они, когда увидели, что у окошка сидит другая девица, сидит и не шелохнётся.
– Ты как сюда попала? – удивились тюремщики.
– А так… Вот пришла и сижу.
И девица какая-то особенная – горбатая да рябая, а на самой надето платьишко худенькое, всё в заплатках. Пришли тюремщики в ужас.
– Что ты наделала-то, умница? Ведь расказнит нас славный царь Горох, что не уберегли мы прекрасной царевны Кутафьи…
Побежали во дворец и объявили всё. Прибежал в башню сам славный царь Горох – так бежал, что и шапку дорогой потерял.
– Всех казню! – кричал он.
– Царь-государь, смилуйся! – вопили тюремщики, валяясь у него в ногах. – Что хочешь делай, а мы не виноваты. Видно, посмеялась над нами, бедными, прекрасная царевна Кутафья…
Посмотрел славный царь Горох на рябую
