Борьба за наследство Владимира Мономаха - Дмитрий Александрович Боровков
В политике Мономаха периода киевского княжения отчетливо просматриваются два этапа: в 1113–1115 годах он занимает умеренную позицию, но в 1116–1125 годах его действия приобретают более жесткий характер, направленный на упрочение политического авторитета, следствием которых явилось устранение нелояльных князей и переход вакантных волостей в руки членов его семьи. Тот факт, что Мономах не сразу лишал своих политических оппонентов стольных городов, свидетельствует о том, что он изначально не стремился утвердить монополию на владение волостями за членами своего клана, которая сложилась в определенной степени случайно. Нельзя не заметить, что отношение Мономаха к родственникам являлось двойственным, поскольку он стремился только к подчинению князей правого берега Днепра, тогда как князья левого берега были для него равноправными партнерами.
Причины этого могут заключаться как в том, что решения Любечского съезда по вопросу о «наследстве» Святослава Ярославича способствовали переориентации геополитических интересов правителей Киева на западный берег Днепра, так и в том, что Святославичи, удовлетворившись получением в 1097 году своей «отчины», демонстрировали лояльность Мономаху, который использовал их как союзников.
После смерти Святополка Изяславича Мономах, по всей видимости, распространил свою власть не только на Киевскую, но и на Туровскую землю. Через некоторое время после вокняжения Мономаха в Киеве испортились его отношения с Ярославом Святополковичем, против которого он предпринял в 1117 году военный поход вместе с Давыдом Святославичем и его племянниками, сыновьями скончавшегося в 1115 году Олега Святославича, известными в летописях как «Ольговичи». Мономах два месяца осаждал Ярослава во Владимире, прежде чем заставил его изъявить покорность. Впрочем, в 1118 году Ярослав бежал из Владимира, а местные бояре отступились от него и приняли на княжение одного из сыновей Мономаха — Романа, после кончины которого в 1119 году на княжение во Владимир был отправлен его младший брат Андрей.
Для клана Святополка этот шаг Мономаха имел печальные последствия, так как его потомки оказались на долгое время исключены из политической жизни Руси. Их «отчины» — Киев, Туров и Владимир на Волыни — остались за Мономашичами. Лишь во второй половине XII века Юрию Ярославичу, сыну Ярослава Святополчича, безуспешно пытавшегося отвоевать Владимир при поддержке международной коалиции и в конце концов погибшего под стенами города в 1123 году, удалось вернуть Туровское княжество, но это не вернуло потомкам Изяслава Ярославича прежнего политического значения.
Глава II
Сыновья и внуки Мономаха:
Кризис Pax Monomachica
После кончины 73-летнего Мономаха на киевском столе 20 мая 1125 года вокняжился его старший сын Мстислав, с 1117 года фактически являвшийся соправителем Киевской земли в качестве князя Белгорода, которому уже через два года пришлось столкнуться с новыми проблемами в княжеском роду. В 1127 году глава клана Ольговичей Всеволод, женатый на одной из дочерей Мстислава, отнял Чернигов у своего дяди Ярослава Святославича, а «дружину его посёк и разграбил». Мстислав и его брат, переяславский князь Ярополк, хотели наказать возмутителя спокойствия. Всеволод, готовясь отразить нападение, нанял половцев, а когда соединение с половцами сорвалось, вступил в переговоры с киевским князем и попытался подкупить его бояр. Так как против вмешательства Мстислава выступило киевское духовенство, освободившее его от данной ранее клятвы помогать Ярославу, Мстислав отказался содействовать ему в возвращении черниговского стола. Ярослав был вынужден довольствоваться Муромом, где и скончался в 1129 году.
Всеволоду Ольговичу удалось утвердиться в Чернигове, однако он утратил контроль над Курском и территориями по течению реки Семь. В Лаврентьевской летописи под 1127 годом сообщалось: «Ярополковы посадники были по всей Семи и Мстиславича Изяслава [он] посадил в Курске»[73]. Так как через несколько месяцев после этого Всеволод вместе с новым курским князем принимал участие в войне, начатой Мстиславом Владимировичем против полоцких князей, а в 1130 году в походе на литовцев, исследователи полагают, что примирение стало возможным благодаря передаче Мономашичам Курска и Посемья[74].
Изначальное условие уступки этой территории Мономахом Олегу в 1097 году, возможно, заключалось в его отказе от притязаний на Чернигов, а когда они были возобновлены Всеволодом Ольговичем, сын Мономаха получил право забрать Посемье назад.
После смерти Мстислава Владимировича в апреле 1132 года клан Мономаши-чей раскололся. Причиной этого раскола послужила воля его основателя, известная в историографии как «ряд Мономаха». Как сообщалось в Лаврентьевской летописи, Ярополк Владимирович, севший на киевском столе по приглашению киевлян, решил посадить в Переяславле своего племянника Всеволода Мстиславича, княжившего с 1117 года в Новгороде, «по крестному целованию, которое он урядил с братом своим Мстиславом, согласно повелению отца, который дал им Переяславль вместе с Мстиславом»[75].
Буквально этот текст можно было бы интерпретировать таким образом, что Мономах установил над Переяславлем коллективное совладение старших сыновей. Именно так трактовал этот текст С. М. Соловьёв в «Истории отношений между русскими князьями Рюрикова дома», но поскольку факты противоречили развиваемой им гипотезе о передвижении князей по городам в соответствии с порядком родового старшинства, он предположил, что Мстислав завещал Ярополку передать его своему старшему сыну Всеволоду. При этом Соловьёву пришлось допустить, что Мстислав «перешел в Киев из Переяславля»[76], хотя, по свидетельству «Повести временных лет», при жизни Мономаха он с 1117 года княжил в Белгороде, а в Переяславле сидел на княжении Ярополк. Чтобы обойти это противоречие, исследователь в конце концов заявил, что Мстислав, сидя на княжении в Белгороде, считался князем переяславским. В «Истории России с древнейших времен» он дал более взвешенную трактовку этим событиям, написав, что историк не имеет права говорить утвердительно о том, хотели ли старшие Мономахови-чи переводом Всеволода в Переяславль дать ему преимущество перед дядьями и возможность наследовать Ярополку в Киеве[77]. На натянутость предположения Соловьёва позже указал В. И. Сергеевич
