Старый чудак - Дмитрий Михайлович Холендро

читать. И только любовался рисунками. И думал: «Вот бы смастерить из таких обёрток барилеттэ — воздушный змей. Красивый получился бы!»

Ещё любил Освальдо ходить на пляж. Огромный, конца не видно, он тянулся вдоль живописных домов Мар-дель-Платы, города, где жил Освальдо, от окраины до окраины, изредка прерываясь нагромождениями скал. О серые скалы хлестали большие мутно-зелёные волны.

Почти все городские улицы, бегущие к океану, кончались широкими ступенями, а ступени уходили прямо в жёлтый песок, переметанный с ракушкой.

По пляжу скитался старый фотограф с пингвином. Иногда птица привлекала внимание детей. Фотограф отдавал им пингвина и нацеливал свой большой фотоаппарат, а на другой день приносил снимки. Пингвин любил сниматься и терпеливо стоял, приподняв голову, пока его гладили дети, а богатые папы и мамы этих мальчиков и девочек платили фотографу.

На жаре, под ярким солнцем, старик утомлялся. Тогда он подзывал Освальдо. И Освальдо таскал за ним пингвина и аппарат. В конце дня старик давал ему три, а то и пять песо.

Но вдруг пингвин умер. Освальдо очень жалел его. У него даже не осталось на память карточки с пингвином, как у других…

Ещё был в городе синий мальчик, самая большая зависть Освальдо. Синий мальчик стоял у подъезда одной из роскошных гостиниц Мар-дель-Платы и открывал дверцы автомобилей, которые подкатывали и мягко останавливались здесь.

В этой гостинице жило много приезжих. Она высоко поднималась в небо. В ней было четырнадцать этажей. Рядом с ней стояли такие же высокие другие гостиницы. В Мар-дель-Плате гостиниц не сосчитаешь… Сюда приезжают люди отдыхать и купаться со всех концов света. Ведь когда у них зима, в Мар-дель-Плате сияет солнце…

И чтобы они не путали своих гостиниц, здания выкрашены в разные цвета или облицованы разной блестящей, как зеркало, плиткой: чёрной, розовой, жёлтой.

У жёлтого дома стоял синий мальчик. Приезжие звали его по-английски — бой. Хотя он был точно таким же пареньком, как Освальдо. Только в синих брючках, в синей куртке с золотыми пуговицами и в синей шапочке. Открыв дверцу автомобиля, бой кидался к парадному подъезду и распахивал перед приехавшими стеклянные двери гостиницы. И всем улыбался.

Тысячу раз во сне Освальдо повторяя эти движения и эту улыбку. Каждый мальчик в Мар-дель-Плате мечтает стать боем у дверей гостиницы или официантом в ресторане. Какую здесь ещё найдёшь работу, в этом городе, где всё создано для отдыха тех, у кого есть деньги?

Первый раз Освальдо увидел синего боя, когда пришёл в гостиницу к дядьке. Его дядька работал истопником на кухне. Освальдо помогал дядьке, а до того, как войти в узкий двор позади гостиницы, и позже — целый час, наверное, стоял и смотрел на синего боя. Вчера, поздно вечером, дядька пришёл в гости и спросил Освальдо:

— Ты хочешь носить синюю курточку?

Освальдо вздрогнул от радости.

— Что молчишь? Я пришёл специально за тобой. Завтра утром попытаем удачи… Его надо хорошенько вымыть и причесать! — сказал он матери. — Это вам не пустяк! Нужно понравиться господину директору. А может быть, на него захочет посмотреть сам хозяин! Он частенько торчит в гостинице… Освальдо, у тебя завтра большой день!

Мать подняла Освальдо рано и сразу начала возиться вокруг него. Освальдо сам удивился, как его причесали и приодели. В белую рубашку с тугим воротничком и стираный джемпер.

— Жарко, — сказал он матери.

— Зато прилично, — ответила она.

И дядька с ней согласился.

Потом выпили кофе. И пошли…

— А почему это вдруг потребовался новый бой? — спросил Освальдо.

— Тот, которого ты знаешь… его уже нет.

— Уволили?

— Это тебя не касается! — рассердился дядька. — Если уж так хочешь знать, он попал под машину.

— У гостиницы?

— Нет, когда шёл домой с работы. Шёл домой и растерялся на улице. У него рябило в глазах. Конечно, он уставал…

Освальдо недоуменно пожал плечами. Уставал? Как это уставал, когда синий бой только и делал, что улыбался.

— Слушай, — горячо говорил дядька. — Ты должен понравиться. Ты будешь не один. Сегодня все приволокут ребят. Своих и знакомых. Ты должен быть вежливым и всё время улыбаться. Ясно?

Он говорил и размахивал перед носом Освальдо твёрдой и тёмной ладонью.

Их оказалось и в самом деле много, мальчишек, пытавшихся занять место синего боя. Долговязые и коротышки, они молча ждали своей очереди у стены коридора, с чёрного хода. Взрослые, которые привели их, почему-то разговаривали с ними шёпотом, как в церкви. И только служащий громко щёлкал пальцами, подзывая очередного мальчика. Ведь он не знал их по именам.

Каждого он уводил с собой куда-то за дверь, а потом мальчишки возвращались унылые, ревниво посматривая на остальных.

Наконец очередь дошла до Освальдо. Дядька толкнул его в спину…

— Этот парень знает работу, — нервничая, говорил всем дядька. — Его должны взять!

Вскоре появился служащий и объявил, что больше никого не надо. За ним вышел Освальдо, увидел дядьку и вспомнил, что надо улыбаться.

Его взяли!

Он кинулся к дядьке и тут же объяснил, что происходило за дверью. А там просто примеряли синюю курточку, оставшуюся от прежнего боя. Мерили и мерили. Вот и всё. И она подошла Освальдо так, точно на него была сшита.

Повезло ему!

Спутник в Ла-Фальде

У подножия лиловых гор Комичеконес приютился маленький городок Ла-Фальда. Одна улица бежит по холму вниз, как ручей. От неё отскакивают в стороны короткие переулки: в каждом два-три дома. И несколько домов белеет вразброс под весенним солнцем. Вот и весь городок.

Весна тут в ноябре, когда у нас уже снег. А у них снег в июне, и то лишь на самых макушках высоких гор. Когда у нас утро, у них вечер. Когда у нас день, у них ночь. Так далеко от нас Ла-Фальда! На другой стороне земного шара. Жители её по отношению к нам ходят вниз головой. И горы стоят вниз вершинами. И деревья.

Но, конечно, в Ла-Фальде этого не замечают. И горы там смотрят в небо. И деревья.

В ноябре распускаются акации. Свеженькие пушистые кипарисы качают мягкими молодыми верхушками. Зелёная трава весело лезет из-под невысоких заборов.

И футбольное поле на окраине городка тоже всё зелёное, яркое, весёлое, как горная лужайка.

На футбольном поле — схватка. Из Бустоса, соседнего городка, на старом грузовике приехала команда, чтобы встретиться с местными игроками. Маленький, словно игрушечный, стадион обступили люди.

В Ла-Фальде, как и во всей Аргентине, любят футбол. Мальчишки особенно. Они сидели