Безупречная репутация - Джо Джейкмен
Сара МамаТедди: Елы-палы! Это еще что за номер? Думаете, она знает, кто убил ДН?
Роза МамаОливера: Скорее всего. Либо нашла новую улику.
Бекки МамаРуперта: Бал у нас будет – закачаешься! Как считаете, будет как в сериале «Смерть в раю», когда всех собирают в одной комнате и вычисляют убийцу?
Клэр Самапосебе: Бек, телевизора насмотрелась! Надеюсь, скоро кого-то арестуют. А мне страшновато идти в школу, когда где-то рядом бродит убийца. Это только мне?
Роза МамаОливера: В единстве сила, Клэр! Кстати, какие планы на завтра? Может, перед балом примем здесь пару коктейлей, а потом возьмем такси?
Бекки МамаРуперта: Я и Расс уже едем вместе с Холли и Бет. Увидимся там?
Роза МамаОливера: Клэр? Приезжай сюда часам к шести, пропустим по коктейлю и поедем?
Клэр Самапосебе: Извини, Роза. Мы едем с Ашей. Кас будет ночевать у нас, с Фредди. Я вроде уже говорила.
Роза МамаОливера: Тогда только мы с тобой, @Сара МамаТедди.
Сара МамаТедди: Я разве не говорила? У меня предложение получше. На выходные еду на остров Треско на яхте приятеля. Правда, нет ясности с погодой.
Бекки МамаРуперта: Роза, небось, жалеешь, что всех выкинула из группы.;–)) Одна осталась. Вредная девочка.
Роза МамаОливера: Что за детский сад, Бекки.
Бекки МамаРуперта:8–((
Глава 35
За день до летнего бала
Они выехали через пятнадцать минут после того, как прозвенел Ашин будильник. Солнце прекрасно делало свое дело и широкими мазками окрашивало небо в розовый цвет, когда они пересекали реку Тамар. По пути они остановились только позавтракать, успели вовремя и уже сидели у дома 53а по Стэнли-роуд, где шторы еще были задернуты.
Это был будний день. Учебный день. Ее письмо мисс Лейн о загадочной болезни Каса будет сегодня единственной ложью.
– Вот те крест, – сказала Аша.
– Неужели?
– Кас, такие обещания не нарушают. Сам знаешь.
– То есть я могу задать любой вопрос? – спросил Кас.
– Абсолютно, с одной оговоркой.
– Вот, – сказал он, отстегивая ремень безопасности. – Так и знал.
– Эй! Я серьезно, буду честна с тобой на все сто. Просто предупреждаю: прежде чем задать вопрос, подумай, действительно ли хочешь услышать ответ – если что-то узнаешь, отыграть обратно не получится.
– Понял.
– Тогда вперед?
Они вышли из кемпера, но Аша не спешила приближаться к дому по усыпанной галькой дорожке. Трава на небольшом участке недавно подстрижена. Входная дверь покрашена. С улицы казалось: здесь живет обычная семья. Из тех, что жарят мясо по воскресеньям, а на Рождество выносят из сарая дополнительные стулья. Надевают бумажные колпаки. Смеются. У Аши такой семейной жизни не было никогда, а жаль.
Кас взял ее за руку.
– Ты дрожишь, – сказал он.
– Знаю. Глупо, да?
– Если хочешь, то…
Кас кивнул в сторону кемпера.
Аша покачала головой и пошла по дорожке, рука сама потянулась к дверному звонку – лишь бы не передумать. В окне мелькнула занавеска, и она крепче сжала руку сына.
Ей пришлось нажать на кнопку еще дважды, но на лестнице наконец раздались шаги. Дверь открылась – женщина уже была одета в серый джемпер и черные джинсы. На босых ногах красовался черный педикюр. Неужели это она когда-то открывала дверь, завернувшись в полотенце?
– Доброе утро, Тесса, – поздоровалась Аша. – Примешь на чашку чая дочь и внука?
– Эд спустится через минуту, – сказала Тесса. – Очень хочет с вами познакомиться.
Они втроем уселись на краешки кресел, поставив кружки на колени.
– Давай сразу скажу, зачем мы приехали, – сказала Аша.
Мама набросилась на них с объятьями и восклицаниями «Как вырос!», но не спросила, почему Аша приехала в такую рань в пятницу утром.
Тесса обхватила пальцами кружку и принялась разглядывать ковер. Аша подумала: маме и так известно, зачем она приехала. Если говоришь человеку, что у него есть тайный сын, забыть такое невозможно. В прихожей задребезжал почтовый ящик, и Тесса вскочила.
– Возьму почту.
– Тесса, сядь.
Тесса села.
– Я должна сказать это сейчас или… или я струшу. Месяц назад Марк Далглиш написал Касу в соцсети.
Тесса молчала, но ее глаза метнулись к закрытой двери, будто она искала путь к бегству.
– При чем тут я? – спросила она, заправляя волосы за ухо.
– Вот и я хотела бы это знать.
Аша поставила нетронутый чай на ковер у ног и зажала руки между коленями, чтобы они не дрожали. Взглянула на Каса – он смотрел на бабушку с таким нетерпением, что у Аши перехватило дыхание.
– Послушай, – сказала Тесса, вскидывая руки. – А что мне было делать? Марк спросил меня, как у тебя дела, чем занимаешься.
Аше потребовались все силы до капельки, чтобы не вспылить.
– Могла бы сказать, что у меня все в порядке, и дальше заниматься своими делами.
Кас поерзал на стуле, и Аша глубоко вздохнула.
– Но, конечно, – продолжила она, – с моей стороны было ошибкой ожидать, что ты не выдашь этот секрет, когда встретишься с ним лицом к лицу. Было бы лучше, если бы ты ничего ему не сказала. Намного лучше, но я приехала не затем, чтобы ругаться.
– Это меняет дело.
– Я знала: рано или поздно этот вопрос возникнет, но надеялась, что Кас будет старше. Причина, по которой мы приехали… их несколько, но начнем с того, что именно ты рассказала Марку. – Аша обняла Каса. – Кас хочет знать правду, и в мою беспристрастность не верит. Честно говоря, я не уверена, что сама все хорошо помню. Я наговорила себе много всякой всячины за эти годы, пытаясь оправдаться перед собой. Я ни о чем не жалею, но, понимаешь, если Кас услышит это от нас обеих, у него будет более объективная картина. Я хочу, чтобы ты рассказала ему, что помнишь обо мне и Марке, и тогда он поймет: я старалась сделать так, чтобы было лучше нам обоим.
Тесса качала головой, словно не веря своим ушам. Она не успела ничего сказать, как дверь открылась и появился пожилой мужчина. Лысый, тощий – эдакая гончая, вставшая на задние лапы. Он заправлял и без того заправленную футболку и улыбался, обнажая мелкие зубы.
– Вы, должно быть, Аша, – сказал он. – Черт возьми, вылитая мама.
Аша и правда походила на свою маму больше, чем ей хотелось бы, но физического сходства не было абсолютно. Внешность и цвет кожи Аша унаследовала от своего отца-грека, и эти черты передались Касу. Все говорили, что Кас очень похож на нее. Но, взглянув на маму, она увидела на ее лице ярко выраженные скулы Каса. Его длинные ресницы обрамляли глаза Тессы. Возможно, в словах Эда что-то есть.
– А вы, стало быть, Эд, –
