Безупречная репутация - Джо Джейкмен
– Ты кое о чем забыла, – сказала Тесса.
Аша и Кас посмотрели на нее.
– Если Марк знает о Кассиусе и хочет его видеть, спрятаться не выйдет. Нравится тебе это или нет, рано или поздно он тебя найдет.
– Ты сказала ему, что мы в Корнуолле? – спросила Аша.
– Да, но не дала твой адрес, никакой наводки. – Отвернувшись, Тесса пробормотала: – Я и сама его не знаю.
– Боже правый, Тесса. – Аша вздохнула. – Зачем ты ему сказала?
– У меня не было выбора.
– Почему? Он тебе выкрутил руку? Напоил? Объясни, как это он не оставил тебе выбора.
– Не он, – сказала Тесса. – А ты. Это ты не оставила мне выбора. Если будешь прятать Каса, никогда не вернешься домой, и я не смогу загладить свою вину перед тобой.
– То есть ты это специально?
– Я не знала, что наткнусь на него. Но он начал расспрашивать о тебе, и я подумала: может, так тебя удастся остановить, чтобы ты перестала бегать. И мы станем нормальной семьей.
– Господи, я не удивляюсь, что ты снова думаешь о себе, но послушай! Это низко.
– Послушай меня, – сказала Тесса, выпрямившись на диване. – Я люблю тебя, Аша. Ты моя дочь. Кассиус – мой внук, а я его почти не вижу. По своему опыту знаю, каково это – воспитывать детей в одиночку, и да, можешь не говорить – с этой задачей я не справилась. Жалею, что вычеркнула из твоей жизни отца, потому что с годами поняла: лучше жить в окружении людей, которые тебя любят. Ты всегда была ершистой. Никого к себе не подпускала. Почему не позволяешь никому тебе помочь? Почему не позволяешь никому тебя любить?
Аша уже собралась подняться на ноги и вытащить Каса из комнаты, но выражение его лица ее остановило. Аша давно поняла: в ней есть что-то такое, что полюбить невозможно.
– Меня столько раз подводили. Зачем мне это снова? Если у тебя на что-то аллергия, что с этим можно сделать?
Звук ключей в двери помешал Аше продолжить. Она глубоко вздохнула и села на свое место.
– Это всего лишь я! – крикнул Эд из коридора. – «Хобнобса» нет. Представляете? Пришлось взять заварное.
Тесса взяла Каса за руку, но, улыбаясь, посмотрела на Ашу:
– Сравнить любовь с аллергией на орехи – на такое способна только твоя мама.
Глава 36
Летний бал
19:18
Как и предрекал Джерри Ньюхолл, летний бал стал жемчужиной светской жизни школы «Аберфал». Ничего подобного Аша в своей жизни не видела. Она пришла сюда только ради Пиппы, но сейчас, стоя у края лужайки с бокалом шампанского в руках, думала: как здорово, что она не пропустила такое зрелище!
Она знала, что на нее смотрят, но на сей раз не возражала. Ей не нужно никому ничего здесь доказывать, ведь для нее это мероприятие в «Аберфале» – последнее. Если хотят, могут сплетничать о ней сколько влезет, – уже без нее. Все женщины вырядились в лучшее, но Аша решила надеть то, в чем ей будет удобно. Брюки в тонкую полоску с высокой талией она купила по дешевке в магазине подержанных товаров, а подтяжки остались еще с отроческих лет. Но белая рубашка с короткими рукавами и черная бабочка – обновка, а длинные перчатки достались ей почти даром в магазине карнавальных костюмов. Волосы собраны в пучок, губы выкрашены в вызывающе красный цвет.
Услышав, что будет ярмарка, она представила себе «поймай утку», призовые мягкие игрушки на стенках киосков, запах жареного лука в воздухе. Но, бродя между аттракционами и каруселью, она поняла: таких ярких красок не видела никогда. Надо всем возвышалась спиральная горка, и Аша улыбнулась, глядя, как Пэм вывалилась снизу в куче блесток. В детстве Аша любила съезжать с горки на грубой мешковине, тут же взбегать по ступенькам и кататься снова и снова.
Сквозь смех и визг пробивалась музыка, перенося Ашу в прошлое столетие, в те времена, когда на ярмарках играли шарманки. В воздухе висели вопли восторга – это автомобильчики кружились то в одну, то в другую сторону, на такой скорости, что в желудке поднимался вихрь, а в глазах рябило. В годы ее молодости все было медленнее. Даже лето тянулось лениво, каждый день и неделя превращались в вечность. Любовные романы, что длились три недели, казалось, не кончатся никогда.
Девять месяцев, которые Кас провел в «Аберфале», казались ей годами. И он, и она выложились полностью. Аша по просьбе Каса даже пыталась завести друзей. Кас в местный ландшафт, может, и впишется, но Аша – никогда. Но надо переехать, пока отец Каса их не выследил. Визит к матери оказался на диво приятным, главное, не обмениваться оскорблениями, и можно подумать о том, чтобы впустить Тессу в их жизнь. По крайней мере, впускать время от времени.
Роза, понятное дело, продолжала дуться на Ашу. Спасибо Клэр, что предложила вечером взять такси пополам и оставить Каса на ночь в компании Фредди. Значит, не придется топать пешком одной.
Кэти Лейн хотела превратить сегодняшний вечер в событие, о котором будут говорить не один год. Аша знала, что желание Кэти сбудется, но не так, как той хотелось бы. День выдался великолепный, вечер его еще не остудил, хотя на горизонте явно появились тучи. Ветви деревьев заколыхались, обычно спокойная поверхность озера покрылась рябью, похожей на отпечатки больших пальцев. Казалось, можно ждать передышку от душной жары, но воздух перед грядущим ливнем сгустился еще больше. Мужчины уже оттягивали воротники рубашек, им не терпелось снять пиджаки и закатать рукава. Женщины в бахроме и блестках едва ли нуждались в шарфах. Длинные перчатки, диадемы с перьями – можно было подумать, что в «Аберфале» снимают «Великого Гэтсби».
Аша собиралась замазать свои татуировки тональным кремом, но в последнюю минуту решила, что скрывать ничего не хочет. У каждой из татуировок была своя история: Аша либо праздновала что-то замечательное, либо старалась выбраться из очередного душевного раздрая. Ее татуировки – это трофеи в борьбе за жизнь, они напоминали ей о том, что она сдюжила. Она посмотрела на маяк на своем предплечье. Это когда родился Кас. Его рождение напомнило ей: их семейный корабль надо держать подальше от скал.
Она увидела, что на нее нацелил объектив фотограф, но отворачиваться не стала, наоборот, уставилась прямо в объектив. Щелк-щелк-щелк.
Кто-то ее окликнул, и Аша оглянулась: около карусели стояла Клэр и махала ей рукой.
– Иди сюда!
Аша улыбнулась, поставила бокал на поднос и пошла через лужайку. Просто стоять и глазеть – вся изнервничаешься. Лучше чем-то заняться, тогда тревожные мысли уйдут на второй план.
– Уже и не помню,
