Безупречная репутация - Джо Джейкмен
– Можете не говорить, кто это. Привет, Кассиус Корнелиус.
Аша бросила взгляд на мать и нахмурилась.
– Все хорошо, приятель? – спросил Эд. – Твоя бабушка все время о тебе говорит. У нее в телефоне есть альбом со всеми твоими фотографиями. Правда, ты там чуток моложе.
– Здравствуйте, – сказал Кас. Он сиял. Наверное, приятно сознавать, что кто-то о тебе часто думает. Аша поежилась.
Тесса поднялась на ноги и обняла Эда за талию.
– Будь хорошим мальчиком, – сказала она. – Сбегай за молоком, хорошо? Я не ждала гостей.
– Запросто. – Он повернулся к Касу и сказал: – Что тебе предложить, Кассиус Корнелиус? Чем травишься? Конфетками? Чипсами?
– Ничего не надо, спасибо.
– Тогда печенье. Принесу печенье. «Хобноб» подойдет? Одна нога здесь, другая там.
Тесса проводила его до двери, чмокнула в щеку и подождала, когда дверь за ним захлопнется.
– Кассиус Корнелиус? – обратилась Аша к маме.
– Эд от этого имени ловит кайф. Говорит, сразу представляет себе римского императора.
Аше не понравилось, что имя ее сына произносит незнакомый человек.
– Вроде симпатичный.
– Тебя это удивляет? – Тесса снова села на диван и хлопнула по нему ладонью. – Сядь рядом с бабушкой, Кассиус.
Он подошел к ней, и Аша убрала руки под себя, чтобы не оттащить его назад.
– Много ли тебе известно? – спросила его Тесса.
– Мало. Мама говорила, что о моем отце ничего не знает, но потом пришло сообщение от Марка. Якобы он узнал от вас, что у него есть сын. Вот, собственно, и все. Сказал, что хочет познакомиться со мной поближе. А мама говорит, что этот тип – транжира, и не хочет, чтобы я с ним якшался. Это все, что я знаю.
– Насчет транжиры мама права. Но, зная ее, не сомневаюсь – она использовала слово посильнее.
Кас улыбнулся, а Аша поморщилась.
– Я никогда не думала, что он ей под пару. Хотя вполне мог звезду выманить с неба. Но твоя мама, она такая, не стала слушать, когда я говорила, что он ей не пара.
– Что-то не помню, чтобы ты меня предупреждала, – вставила Аша.
– Кто тут рассказывает – ты или я?
Аша скрестила руки на груди.
– В любом случае, – сказала Тесса, – он всегда сорил деньгами, но никогда не говорил, откуда их взял. Модные часы, новые кроссовки. Сам понимаешь. Обещал ей золотые горы, а твоя мама если чего и хотела, так это пожить другой жизнью, вместо той, какая ей выпала.
По привычке Аша уже собралась возразить, но ведь это правда: ей всегда казалось, что стоит распрощаться с привычной жизнью, и все будет намного лучше.
– Отдадим твоей маме должное, – продолжила Тесса, – жизнь у нее в детстве была не сахар. Денег у нас вечно не хватало. Конечно, ведь ее отец оставил нас в тот день, когда ей исполнилось четыре года.
– Мне было семь, – поправила Аша. – И это был не день моего рождения, а после Рождества.
– Когда она стала старше, ей пришлось ухаживать за мной и Джорджи, я сама не справлялась. Часто болела.
Аша фыркнула.
Тесса бросила взгляд на Ашу, потом повернулась всем телом к Касу.
– Что бы ни говорила тебе мама, зависимость – это болезнь. Она будет со мной всю жизнь, в какие-то дни мне лучше, в какие-то хуже. И лучше, когда Эд рядом. Он хорошо ко мне относится. Твоя мама, конечно, думала, что все знает. И ненавидела меня. А потом появился сам знаешь кто, и только ее и видели. Я думаю… знаю, сейчас она испепелит меня взглядом, – но я думаю, она забеременела специально, чтобы сбежать отсюда. Появится ребенок, за ним надо ухаживать, а на меня с Джорджи уже нет сил и времени, так? – Тесса закрыла глаза. – Боюсь даже посмотреть в ее сторону. Она испепеляет меня взглядом, так? Убийственным?
Кас кивнул и засмеялся. Тесса протянула руку и погладила его по щеке.
– Ты хороший парень.
Аша ничего не сказала, но громко вздохнула – так, чтобы Тесса услышала.
– Твои мама и папа были вместе не долго. Пять или шесть месяцев, но для твоей мамы и это было слишком долго.
– Это длилось больше года, мама.
Тесса понизила голос и наклонилась к Касу.
– Нет. А в один прекрасный день явилась полиция – Марк якобы ограбил стариков. Он был… – Она взглянула на Ашу. – Чем он занимался, котенок? Инвестиции или что-то похожее?
Аша кивнула.
– Он представлялся финансовым консультантом, но просто брал деньги у пенсионеров. В основном у вдов. Часть вкладывал, часть терял, остальное тратил на себя.
– И на тебя.
Аша опустила взгляд на свои руки.
– Мне он сказал, что это большое недоразумение и он не сделал ничего незаконного. Он признал, что какие-то деньги потерял, но, когда инвестируешь, нет никакой гарантии. Сказал, что, когда эти старики давали ему деньги, он их предупреждал: их можно потерять. Но потом я услышала, что говорит другая сторона, – и на следующий день от него ушла. Он сел в тюрьму, я никогда не навещала его, не писала ему. Если честно, думаю, ничего такого он и не ждал. Насколько я знаю, он никогда не пытался связаться со мной или объяснить, что случилось, и я не видела надобности сообщать ему о тебе, Кас. Не скажу, что он плохо ко мне относился, но я знала: через три года он выйдет из тюрьмы, а я так сильно тебя любила… как я могла делить тебя с ним по выходным? Как отпускать на Рождество к лжецу, который тебя не заслуживает? Поэтому мы и переезжаем с места на место.
– В машине для бегства, – сказал Кас.
Аша пожала плечами.
– Эта шутка из тех, которая на самом деле никакая не шутка. Будь моя воля, я бы всегда держала двигатель включенным.
– Это все? – спросил Кас.
– Что ты имеешь в виду, дорогой? – спросила Тесса.
– Я думал, он серийный убийца или что-то в этом роде, может, гангстер. Думал, ты скрываешь что-то серьезное.
Аша чуть не рассмеялась.
– Мне даже подумать страшно, что я могу тебя потерять, Кас. Ничего страшнее нет. Я думала, он будет злиться на меня за то, что я тебя от него скрываю. Но будь он официальным отцом, в какой мир я бы тебя выпустила? Ради твоей безопасности я готова горы свернуть. Ты это знаешь. Никогда не позволю ему до тебя добраться.
– А у меня права голоса разве нет? – спросил Кас.
– Нет. Я сказала тебе, что говорить будем начистоту, но последнее слово все равно за мной. Он – не твой отец, Кас. Он чужой человек.
Кас сморщил нос.
– Хорошо.
– Хорошо? – повторила Аша. – В каком смысле «хорошо»?
– Если считаешь, что так для меня лучше…
