Если ты выберешь уйти - Мика Мисфор
– Мне пора домой. – Киран только рот открыл, как она добавила: – Я хочу пройтись пешком.
Он нахмурился и поднялся, почти угрожающе возвышаясь над ней.
– Ты не пойдешь ночью пешком одна, – сказал таким голосом, что Соня ясно поняла – спорить бесполезно. – Если не хочешь ехать со мной, давай вызовем такси.
– У меня нет лишних денег.
Его присутствие давило на Соню почти физически, как стотонная ноша на плечах. Пригибало к земле. Хотелось безвольно опуститься на колени перед Кираном и молить ее отпустить. Во всех смыслах.
– Я закажу сам, – бескомпромиссно отбрил Киран и достал телефон. – Садись.
– Я постою, – огрызнулась Соня.
Он непонимающе взглянул на нее, потом воскликнул слегка раздраженно:
– Да что с тобой стряслось?
– Я… – Соня опустила голову. Нельзя дать понять, чем вызвана резкая смена ее настроения. – Я просто устала. И мама так и не поздравила меня с Рождеством.
Соня сказала правду, просто не договорила, что это давно ее не волнует.
На лице Кирана отразилось искреннее сожаление.
– Соня… – мягко начал он, так нежно произнеся ее имя, что она снова оказалась на грани слез, но ничего сказать не успел – со второго этажа спустилась Джания.
– Давайте попьем чаю и посмотрим фильм! – бодро предложила она, не заметив сгустившуюся тяжелую атмосферу.
– Прости, – тихо пробормотала Соня, – я решила поехать домой.
Джания замерла, переводя подозрительный взгляд с нее на Кирана, и тот едва заметно качнул головой, давая понять, что не стоит тратить время на уговоры. Плечи девушки поникли.
– Что ж, ладно… Вы с Кираном вместе поедете?
Соня с ужасом подумала об этой перспективе и в панике выкрикнула:
– Нет! – Поймав два ошеломленных взгляда, с деланым спокойствием повторила: – Нет. Я поеду на такси, Киран останется.
Это правильные слова. Она должна была так сказать. Она хорошая подруга для них обоих. Ей просто нужно немного времени, чтобы справиться с болью.
Киран с Джанией переглянулись, и Соня мгновенно почувствовала себя чужой.
– Такси подъехало, – объявил Киран, и его голос в звенящей тишине прозвучал почти оглушительно.
Соня скомканно попрощалась с ними и еще раз поздравила с Рождеством.
Как только такси отъехало от дома Джании, она не выдержала и разрыдалась. Таксист покосился на нее и что-то пробормотал на тайском, но Соня не нашла в себе сил на стыд.
Через пару минут после того, как Соня захлопнула за собой дверь апартаментов, раздался рокот байка, въезжающего на парковку на нулевом этаже, но ей даже не пришло в голову, что вернулся Киран. Она была уверена, что он остался с Джанией.
8
Соня не умела выяснять отношения. Ей было тяжело разобраться в своих чувствах, не говоря уже о чужих. О каком выяснении отношений могла идти речь? Если ей казалось, что она не нравится кому-то или кто-то ее осуждает, то действовала согласно единственной тактике, которая ей подходила, – сбегала. Это работало безотказно. Никаких тебе откровенных разговоров, неловкости, попыток выразить свои чувства словами. Никаких отказов, или извинений, или полных сожаления взглядов. Она избавляла себя от всего, что могло вызвать душевный дискомфорт. В большинстве случаев это приводило к разрыву отношений с людьми – чем еще могло обернуться абсолютное игнорирование с ее стороны? Но с этим она могла смириться. Это было проще.
Перспектива объяснять свои чувства приводила ее в панику. Соня не помнила, когда это началось. Может быть, в детстве? Когда мама не прислушивалась к ее просьбам и жалобам – в лучшем случае. В худшем Соне за что-то подобное крепко доставалось. Тогда она научилась молчать.
Дядя говорил, что давно пора перестать обвинять мать во всех своих проблемах, и Соня понимала, что он прав. Но последствия воспитания матери охватывали всю ее жизнь: решения, которые она принимала, общение с людьми, работу, отношение к самой себе. Это напоминало бесконечную липкую паутину, а она была похожа на застрявшую в ней давно выбившуюся из сил жалкую муху.
Лежа в кровати и завернувшись в одеяло, как в кокон, Соня размышляла о том, что если бы по ее жизни снимали сериал, то это была бы трагикомедия, которую просто чудом каким-то продлевали на каждый следующий сезон. Может, чисто для отмывания денег, потому что добровольно такую нудятину никто бы не смотрел. Хотя, быть может, после появления второстепенных героев в лице Джании и Кирана зрителей прибавилось бы, но Соня их ни капли не трогала бы; с огромным интересом они бы наблюдали лишь за развитием отношений Джании с Кираном и строчили бы гневно-расстроенные комментарии, что им уделено слишком мало экранного времени и вообще по ним стоит снять отдельный сиквел.
Соня сама виновата. Никому не интересен персонаж, у которого нет развития. Она и сама бы с бо́льшим удовольствием посмотрела сериал про Джанию и Кирана, если бы не испытывала прямого эмоционального вовлечения в их историю.
Если отбросить лирику, то от расстройства чувств Соня заболела. Всю ночь после Рождества она проплакала, а наутро обнаружила, что не может подняться с постели, потому что совершенно не было сил. Она то проваливалась в сон, то просыпалась, и эти моменты так смешались между собой, что она уже не разбирала, что снилось, а что происходило в реальности. Кажется, она слышала стук в дверь и телефонные звонки. Или нет? Мерещилось, что входная дверь открывается, что над ней маячит силуэт Кирана, но это точно сон – он не мог проникнуть внутрь. Или мог? У администратора есть ключи от всех номеров, Киран сам об этом говорил. Но даже если и мог, для чего ему это?
Когда снились плохие вещи, она плакала во сне. Потом просыпалась и снова плакала.
Не только из-за Джании и Кирана. Просто то, что они решили быть вместе и скрывать это от нее, стало толчком, спровоцировавшим лавину чувств, которые она старательно удерживала за семью печатями; вернуло ее в детство, заставило вновь почувствовать себя маленькой беззащитной девочкой, в голову которой неустанно вдалбливалась одна мысль. Соня всю свою жизнь отчаянно пыталась убежать от нее, но она неизбежно настигала в моменты уязвимости: ее всегда было недостаточно.
Мать Соню не любила и не уставала об этом сообщать, с удивительной изобретательностью отыскивая причины этой нелюбви в самой дочери: «Ты недостаточно красива, недостаточно умна, недостаточно самостоятельна. Ты обуза. Ты меня разочаровываешь. Ты недостаточно хороша, чтобы называться моей дочерью. Ты не заслуживаешь быть любимой. Даже твой отец бросил нас из-за тебя, слышишь? Твое появление было
