Туман - Александр Науменко
Кевин постарался сохранить серьёзное выражение лица, хотя в его глазах мелькнуло плохо скрытое недоумение и лёгкая тень разочарования. Ледяной туман в июле? В Монтане? Звучало как бред сумасшедшего или завязка плохого фантастического фильма. Но шериф, кажется, отнёсся к этому если не с полной верой, то, по крайней мере, с некоторой долей серьёзности, достаточной, чтобы предпринять какие-то действия.
— Хорошо-хорошо, Джед, я понял, туман, холод, угроза, — поднял руку Арт, призывая к спокойствию. — Кевин, будь добр, прокатись-ка ты на Третью просёлочную, это к западу от ранчо Стоуна, за старыми вязами, помнишь то место? Посмотри, что там за… хм… явление природы такое необычное. Может, и правда, как я говорил, трубу с фреоном где прорвало или ещё какая техническая неполадка на одном из заброшенных объектов.
— Есть, шериф, — кивнул Кевин, стараясь скрыть своё разочарование.
Вместо погони с перестрелкой, ему предстояла проверка сомнительных баек старого фермера о погодных аномалиях. Но приказ есть приказ. Он взял ключи от патрульной машины, висевшие на гвозде у двери, и проверил заряд рации.
— И будь осторожен, парень, — добавил Арт уже серьёзнее, глядя на Джеда, в глазах которого всё ещё плескался страх. — Если там действительно что-то необычное, не лезь на рожон. Просто осмотрись с безопасного расстояния и доложишь. Нам тут герои не нужны, нам нужны живые помощники.
— Понял, шериф, — ответил Кевин, слегка удивлённый такой ноткой серьёзности в голосе обычно невозмутимого начальника, и вышел на улицу, где его тут же обдало волной раскалённого воздуха.
— А мы с тобой тут подождём, — заключил Арт, бросая на фермера многозначительный взгляд, в котором смешались сомнение, застарелая дружба и какая-то новая, ещё не оформившаяся тревога. — Попьём кофейку. Дороти как раз свежий сварила, прежде чем уйти. Тебе с сахаром, как обычно, два куска? Или сегодня лучше чего покрепче?
* *
Кевин вёл патрульный «Шевроле Тахо» по пыльной, разбитой дороге, размышляя о своей нелёгкой доле. Переезд в Хармони-Крик три месяца назад казался ему шагом назад после шумного, полного событий Денвера, где он вырос и окончил полицейскую академию с отличием.
Марта, его жена, была здесь счастлива. Она выросла в похожем маленьком городке в Небраске и ценила тишину, чистый воздух и размеренность местной жизни. Супруга уже устроилась медсестрой в местную клинику и даже успела подружиться с несколькими жёнами фермеров. Но Кевину не хватало движения, адреналина, настоящей полицейской работы. Здесь же самым громким делом за последние два месяца была кража газонокосилки у мэра и поимка пьяного ковбоя, пытавшегося проскакать голым на лошади через витрину салуна «Пыльный Кактус».
«Ледяной туман, который смотрит, — усмехнулся он про себя, качая головой. — Старик Стоун, наверное, перегрелся на солнце. Или опять что-то из своих знаменитых домашних настоек откупорил, тех, что покрепче динамита будут».
Он свернул на Третью просёлочную, поднимая за собой густое облако рыжей пыли, которое тут же оседало на придорожных кустах полыни. Дорога была настолько разбитой, что патрульный «Шевроле», хоть и был внедорожником, жалобно скрипел и подпрыгивал на каждой кочке, рискуя оставить подвеску где-нибудь посреди поля. Вокруг, насколько хватало глаз, простирались выжженные солнцем, пожухлые поля, над которыми дрожал раскалённый воздух, создавая причудливые миражи. Ничто, абсолютно ничто не предвещало никаких аномалий.
Он уже почти доехал до ориентира старых, корявых вязов, когда заметил впереди что-то странное, что-то выделяющееся на фоне монотонного пейзажа. Сначала он подумал, что это дым от пожара, но цвет был неправильный. Слишком белый, слишком плотный, без желтизны или серости, присущей дыму. И форма…
Он сбросил скорость, инстинктивно напрягаясь. По мере приближения странный объект становился всё больше, всё отчётливее, приобретая пугающие очертания. Это действительно был столб. Огромный, молочно-белый, медленно, почти незаметно вращающийся столб, уходящий своей вершиной в самое небо, теряющийся в слепящей синеве.
Кевин резко ударил по тормозам. Машину немного занесло на гравии, и она остановилась, подняв ещё одно облако пыли. Он сидел, вцепившись в руль побелевшими пальцами, и не мог отвести глаз от этого… этого. Слова Джеда Стоуна, которые ещё минуту назад казались ему бредом выжившего из ума старика, теперь эхом отдавались у него в голове, наполняясь зловещим смыслом:
«Огромный! И холодный, как сама смерть! И он смотрит!»
Точнее даже будет сказать, он не смотрит. Совсем не смотрит. Просто ощущение, странное, непривычное, будто его разглядывают, следят за ним, изучают, но всё это не в человеческом понимании.
— Боже мой, — прошептал Кевин.
Профессиональный скептицизм, вся его городская самоуверенность испарились в одно мгновение, сменившись смесью изумления, недоверия и подступающего, леденящего душу страха. Он медленно, словно во сне, открыл дверцу и вышел из машины, чувствуя, как ноги становятся ватными, а сердце бешено колотится.
Зрелище, признаться, было одновременно завораживающим своей неземной красотой и пугающим до дрожи своей абсолютной чужеродностью. Столб тумана казался чем-то не от мира сего, неким порталом или чудовищным организмом, вторгшимся в привычную, понятную реальность. Его диаметр был никак не меньше десяти, а то и всех пятнадцати метров, как и говорил Джед. Верхняя часть действительно терялась где-то в слепящей синеве неба, словно это был мост в другой мир, или щупальце какого-то невообразимого существа, тянущееся из космоса. Вращение было плавным, гипнотическим, и от него исходило едва уловимое, низкочастотное гудение, похожее на звук работающего на пределе гигантского трансформатора, но гораздо ниже и глубже, такое, что ощущалось скорее всем телом, чем ушами.
Солнце палило нещадно. Термометр в машине показывал почти сорок градусов по Цельсию, но даже на расстоянии в полсотни метров Кевин ощущал волны пронизывающего холода, исходящие от столба. Это было настолько нереально, настолько выбивалось из всего его жизненного опыта, что на мгновение ему показалось, будто он спит и видит кошмарный сон.
В этот момент его внимание привлекло движение. С соседнего пастбища, принадлежавшего старому МакГрегору, медленно брела отара овец. Животные, пощипывая редкую траву, двигались прямо по направлению к туманному столбу, совершенно не обращая на него внимания.
Кевин смотрел, затаив дыхание. Одна овца, потом вторая, третья, подошли к границе тумана. Они не остановились. Они просто шагнули внутрь клубящейся белизны. И не вышли с другой стороны.
Помощник шерифа ждал. Секунду. Десять. Минуту. Овцы, вошедшие в столб, просто исчезли. Они
