Туман - Александр Науменко
— Какого черта там происходит? — пробормотал Томпсон, доставая свой собственный коммуникатор. — База, это Томпсон, доложите обстановку!
Но ему никто не ответил. Вместо этого из динамика донеслись лишь треск помех и отдаленный, нечеловеческий вой, от которого кровь стыла в жилах.
Это было не похоже на прежнее медленное расширение. Туман не просто рос. Он двигался, словно живое существо, хищник, учуявший добычу. Его поверхность бурлила и переливалась жуткими, неземными цветами, от ядовито-зеленого до мертвенно-фиолетового. И он двигался быстро, невероятно быстро.
— Всем в укрытие! заорал Томпсон в коммуникатор, но было уже поздно. — Немедленная эвакуация! Код «Красный»!
Стена тумана, до этого находившаяся в доброй сотне метров от ближайших строений лагеря, одним чудовищным скачком преодолела это расстояние.
Научный ум Торн, привыкший к анализу и прогнозированию, в этот раз выдал лишь один, неутешительный вердикт: шансов нет. Скорость распространения аномалии была такова, что даже самый быстрый спринтер не успел бы отбежать на безопасное расстояние. Лагерь оказался обречен. И все, кто в нем находился.
В голове почему-то промелькнула мысль о Джедедае Стоуне, старом фермере, который первым увидел эту дьявольщину. Он потерял свою ферму, свой дом. Теперь же они все теряли свои жизни. Какая ирония.
— Бегите! — закричала она, но её голос потонул в вое сирены и панических криках солдат, которые уже срывались с мест.
Арис видела, как Ли Чен, выскочивший из своей палатки с ноутбуком в руках, споткнулся и упал. Он попытался подняться, но молочная волна уже настигала его. Он обернулся. Лицо исказилось от ужаса. Он открыл рот, чтобы закричать, но звук утонул в нахлынувшем тумане. Через мгновение на том месте, где он был, осталось лишь пустое, покрытое инеем пространство, да одиноко лежавший ноутбук.
Доктор Рамирес, пытавшийся добежать до одного из бронированных фургонов, тоже исчез, не издав ни звука. Туман поглощал все. Людей, технику, строения, обволакивая их собой с какой-то ненасытной, безмолвной жадностью.
В следующий миг волна накрыла агента Томпсона, который так и стоял, парализованный ужасом, с открытым ртом. Затем поглотила бараки, научные лаборатории, командные фургоны, тяжёлую технику.
Холод. Пронизывающий, абсолютный холод, который, казалось, проникал не только под кожу, но и в саму душу. Арис Торн не чувствовала боли, только это всепоглощающее онемение. Мир вокруг нее растворялся в молочной дымке. Она успела подумать, что если существует ад, то он, вероятно, выглядит именно так. Холодный, пустой. И еще одна, последняя, совершенно неуместная мысль:
«Надеюсь, мои кошки не будут слишком скучать».
Потом не стало и мыслей. Только туман.
* *
Стоя на значительном отдалении, у внешнего периметра, шериф Арт Галлоуэй видел всё это в свой бинокль. Он наблюдал, как гигантская волна тумана за считанные секунды сожрала весь научный лагерь. Мужчина опустил бинокль и утёр холодный пот со лба. В этот момент прямо над его головой с рёвом пролетел военный вертолёт, и от неожиданности и оглушительного звука шериф вздрогнул всем телом.
Это была пара «Черных ястребов», судя по всему, из группы быстрого реагирования. Они шли низко, едва не цепляя верхушки деревьев, и явно направлялись к тому месту, где только что находился научный лагерь. Арт видел, как из открытых дверей вертолетов смотрят вниз люди в полной боевой экипировке.
— «Орел-1» вызывает «Орла-2», — донеслось из рации на груди у шерифа. — Вижу зону предполагаемого контакта… Боже мой… Ничего нет! Повторяю, ничего! Чистое поле, покрытое инеем! Лагеря нет!
— «Орел-2» понял, «Орел-1». Наблюдаю то же самое. Граница аномалии сместилась… значительно сместилась к нашему периметру! Запрашиваю дальнейшие инструкции у «Вершины»!
Голос в рации дрожал. Арт понял, что даже закаленные в боях солдаты были шокированы увиденным. Он сам чувствовал, как по спине пробегает холодный пот, несмотря на жару.
Шериф вновь посмотрел на то место, где всего минуту назад кипела жизнь, стояла техника, ходили люди. Ничего. Там не осталось ничего. Только ровная, клубящаяся стена тумана, который прыгнул вперёд сразу на несколько сотен метров, приблизившись к ним вплотную.
Теперь туманная стена возвышалась всего в какой-то полумиле от его импровизированного наблюдательного пункта, где толпились остатки местной полиции и несколько зевак, которых еще не успели отогнать. Запах озона и неестественного холода стал почти невыносимым. Люди начали пятиться, испуганно перешептываясь. Военные из оцепления, получив какой-то приказ по рации, спешно грузились в машины, создавая еще большую суматоху.
— Всем отойти! — прокричал какой-то офицер, перекрывая шум двигателей. — Немедленно отойти на пять миль к югу! Это приказ! Зона эвакуации расширяется!
Ему вспомнился Джед. Испуганные глаза друга, когда тот рассказывал о полосе тумана. Тогда Арт ему не поверил, списал все на старческие причуды. А теперь… теперь эта «причуда» сожрала целый научный комплекс вместе с учеными, военными и агентами спецслужб. И она продолжала расти, неумолимо приближаясь. Арт ощутил себя крошечной букашкой перед лицом чего-то непостижимого и всемогущего. Вся их цивилизация, все их технологии, вся их гордыня, все это было ничем перед этой молчаливой, холодной стеной.
Шериф почувствовал острую, жгучую боль внутри, словно кто-то вонзил в его сердце раскалённый нож. Он схватился за грудь.
— Чёрт возьми… — прошептал он.
Грузной, шатающейся походкой мужчина подошёл к своему патрульному автомобилю, тяжело прислонившись спиной к горячему металлу. Мимо него, поднимая тучи пыли, проносились военные грузовики, пытаясь эвакуировать тех немногих, кто уцелел — персонал, находившийся на значительном удалении от аномалии. Вонь выхлопных газов смешивалась с пылью.
«Вот тебе и курение по четыре пачки в день, старый дурак», — с мрачной иронией подумалось ему.
Он снова помассировал место, где находилось сердце. Боль стала невыносимой, отдавая в левую руку и под лопатку. Пот крупными каплями катился по лицу.
«Больно. Как же, чёрт возьми, больно».
К нему подбежал его помощник, Кевин О’Мэлли. Молодое лицо было искажено ужасом и тревогой.
Парень был бледным. Глаза расширены от ужаса, который он только что пережил, наблюдая за гибелью лагеря, и от нового страха за своего шефа.
— Арт, держитесь! Медика! Срочно сюда медика!
О’Мэлли пытался удержать обмякшее тело шерифа, оглядываясь в поисках помощи. Но вокруг царил хаос. Военные эвакуировались, гражданские разбегались. Казалось, всем было не до старого шерифа.
Арт попытался что-то сказать, но из горла вырвался лишь хрип. Боль в груди
