«Илиада». эпос и история - Лев Самуилович Клейн
Все остальные 4 случая с эпсилоном падают на самую большую, основную группу — самую раннюю, с изначальной симметрией, и как раз эолийскую по своей природе, но эпсилоны маркируют там изменения, внесенные в ячейки этой группы в ионийское время. Эпсилоны оказываются там во всех тех ячейках, в которых число кораблей — не 40 и не 100. То есть, оба отряда, у которых по 60 кораблей (принадлежащие центру), и оба по 50 (головные на флангах), оказываются тоже с измененным числом. Числом, измененным именно ионийцами. Это изменение выделило головные отряды флангов и (еще большим подъемом) все отряды центрального эшелона, подчеркнув симметрию строя.
В первоначальной числовой схеме, выходит, число 40 было наиболее популярным. А 40 — это четыре вождя (особенно ясно на примере эпеян), по 10 кораблей на каждого вождя. Это отражает характерную для архаической поры греческого мира социальную структуру — 4 филы: гелеонты, аргадеи, гоплеты и эгикореи. То ли касты, то ли сословия, то ли родоплеменные объединения, но они неизменно выступают во всех ранних проявлениях греческого полиса (города-государства). В связи с этим повсеместно выступали тетраполисы (четвероградья). Это архаичное цифровое предпочтение у греков.
Замена же отражала два новшества. Во-первых, в Малой Азии к стереотипной четырехчленной организации добавились еще 2 филы: энопы и бореи. Стало 6 фил, и выдвинулись отряды по 60 кораблей. Во-вторых, в конце архаического времени, в ходе централизации при замене старого порядка новым, реформаторы обычно переходили к десятеричной системе. В конце VI века Клисфен заменил в Афинах четыре филы десятью новыми, в Эфесе 6 племен свелось к 5, дорийцы Родоса перешли от трехплеменной структуры к организации в пентаполис (пятиградье). Вот и появились 50-корабельные отряды, а у Агамемнона 100 кораблей. В VI веке самосский философ и математик Пифагор объявил 10 идеальным числом.
7. Стратиграфия «Каталога»,
Гектор и Пенфил
Установление структуры текста — лишь начало исследования. Нужно развернуть ее во времени, расслоить текст по эпохам — это очень трудоемкое предприятие. Но, в общем, это уже дело техники и удачи.
Копая сверху, археолог снимает за слоем слой, углубляясь к началам. Иногда я (несмотря на запреты инструкций) резал курганы на ломти сбоку, как буханку хлеба, чтобы получить много разрезов. К «Каталогу» я впервые применил немыслимую в археологии методику — прослеживать стратиграфию снизу вверх: в смешанном тексте, как и в любой смеси, легче начать с самых броских аномалий, а заметнее отличаются от привычной массы как раз самые далекие от нас пласты, самые ранние.
В предшествующей части была выявлена замечательно симметричная структура, позволяющая думать о ядре «Каталога». В центре — Агамемнон с братом Менелаем и их войска, на флангах — войска союзников: фессалийские герои на правом флаге, воины из Центральной Греции (беотийские и другие) на левом. Бросается в глаза одно нарушение симметрии: на правом фланге Ахилл (вместе с Патроклом) стоит над своими пятью воеводами, тогда как на левом фланге над пятью беотийскими воеводами командующего нет. Место осталось вакантным. Однако симметрия основной группы столь строга и столь абсолютна, что необходимо предположить: в прошлом такой вождь над пятью воеводами был и у беотийцев, но он радикально устранен на каком-то этапе приспособления «Каталога» к «Илиаде» (или в ходе изменения самой «Илиады»). Кто бы это мог быть?
Это должен быть герой, равноценный Ахиллу, связанный с Фивами (главным городом беотийской территории) и, безусловно, неприемлемый на данном месте для «Илиады» в ее конечном виде. Я долго ломал себе голову в поисках эквивалента Ахиллу (Диомед, Аякс, Одиссей, прочие параметры не подходят), пока пронзительная догадка не сверкнула, как молния, и не осветила все. Такой герой есть, и он есть только один. Это Гектор.
Представляю себе общее изумление и даже возмущение: Как, главнокомандующий троянской коалиции?! Сын царя Приама?! Он стоял на левом фланге ахейцев и воевал против осажденных?! Да, приходится предположить такое неожиданное прошлое у этого героя. Он равноценен Ахиллу по своей воинской доблести — по признанию Агамемнона, с ним и Ахилл «на славных мужам ратоборствах с страхом встречается». Его близкое родство с Приамом недавнее: на 444 упоминания имени Гектора в Илиаде только 26 раз он именуется по отчеству, тогда как Ахилл на 340 раз упоминания имени 104 раза назван по отчеству. У Ахилла одно упоминание отчества к трем упоминаниям имени, у Гектора — одно к семнадцати.
Связью Гектора с Фивами давно заинтересовались многие видные гомероведы (Dümmler 1890; Веthe 1901: 71). Известно предание о его могиле в Фивах. Его жена Андромаха родом из Фив, правда, других, маленьких, у горы Плак, но это, вероятно, подгонка к новым условиям — никаких сведений об этих других Фивах просто нет, реальны ли они? (Stählin 1907). В табличках микенской письменности есть имя Гектор. Плутарх сообщает о том, что Гектор воевал на греческом материке, овладел Трезеной в Арголиде. В царской династии Хиоса еще в VII веке существовало имя Гектор — выходит, это греческий герой! (Я пишу об этом также в главе «Герои «Илиады»».)
Ахилл, Диомед, Аякс — это были полубожественные богатыри соседних с Фивами царств, и их соперничество с этим центром отразилось в песнях об их борьбе с Гектором. После поражения Фив в XIII веке (отразившегося в эпосе об Эпигонах), военные интересы греков полностью переключились на восток, в Малую Азию. Туда же были перенесены и деяния древних героев. Для певцов и слушателей «наши» — это, конечно, герои-победители. Побежденными, в конечном счете, бывают только враги. Герой побежденных должен был уйти на противоположную сторону. Исключительная древность всех этих богатырей видна из их вооружения: башенные щиты XVI–XV веков, характерные для Аякса и Гектора; у каждого из них, а также у Ахилла часто по одному копью, вместо более поздней пары дротиков, характерной для других героев. Любопытно, что деление беотийцев при Гекторе на 5 колонн нашло отражение в его же делении всего троянского войска на 5 громад (песнь XII).
Возвратив Гектора грекам, мы восстанавливаем симметрию, нарушенную его «переходом» на троянскую сторону.
Есть и еще одно нарушение симметрии. Эшелон беотийцев (то есть, предположительно, бывший эшелон Гектора) оказывается в географической проекции и впрямь левым флангом коалиции Агамемнона (при развороте ее фронтом на восток). Эшелон же
