Время, прости! - Татьяна Михайловна Тронина
– Подзорова ждешь? – догадалась я. – Мне только к следующей неделе рассказ сдавать, рукопись тебе отдам, а ждать не стану.
– Ой, не торопись, Подзоров поздно придет, оставайся, поболтаем, – махнула она рукой. – У него жена ремонт затеяла… А может, он и вовсе не придет сегодня, кто знает.
Я села, Галочка протянула мне «Лолиту» Набокова. Зарубежное издание, непонятно каким образом пересекшее границу.
– Могу дать на одну ночь, – таинственным шепотом произнесла Галочка.
Я задумалась на мгновение. Конечно, я могла бы изобразить неведение, но с Галочкой эти церемонии казались лишними.
– Да я читала ее, – пожала я плечами. – Неприятные ощущения. Очень жалко девочку, героиню этой истории…
– Так ты уже читала эту книгу? – широко распахнула глаза Галочка. – Ах, ну да, ты же на острие всего нового – как я могла забыть?.. Но при чем тут девочка? Главное же в этой истории – роскошный стиль автора, еще метания героя очень тонко прописаны… Этим же и ценится литература! Может, ты и «Архипелаг ГУЛАГ» Солженицына читала? – Она спросила совсем уж неслышно. – Как тебе книга? Это бомба, да?
Да, я читала «Архипелаг», правда не в самиздатовском варианте в юности. Где-то в начале девяностых книги Солженицына появились в той библиотеке, где я работала.
(Здесь стоит отметить, что в будущем слово «самиздат» потеряет свой героический смысл и будет означать просто книги, изданные самими авторами – на электронных площадках.)
– Да, это атомная бомба, – содрогнувшись, честно ответила я, подавив в себе желание продолжить мысль: «И с теми же последствиями…»
– Неужто и Пастернака ты тоже читала? – изумилась Галочка.
– Про доктора Живаго? Да, – сказала я. И все-таки не выдержала, осторожно призналась: – Но чего-то не понравилось, мне больше по душе стихи Пастернака.
– Ну стихи – это несерьезно… А я прямо подвиг совершила с «Живаго»! Чуть глаза не сломала. Качество печати было отвратительным, через плохую копирку, многие буквы не читались… Но я все осилила, – с гордостью сообщила Галочка. – А ты очень критична! Хотя это правильно, писателю иначе нельзя. Ну-с, ладно… давай свою работу, – попросила она.
– Вот, – спохватившись, я протянула ей тетрадь. – Перепечатай. Как всегда, очень буду благодарна. Но это не срочно, говорю.
– Пустяки, милая! Все сделаю, мне самой только в радость. Читаю все, что через мои руки проходит. Иногда такое… – Она хихикнула.
– Как Подзоров? – спросила я для поддержания светской беседы, пока она разливала кофе по крохотным фарфоровым чашкам.
– Ох, не спрашивай! – Она тряхнула головой, и бигуди на ней закачались. – Опять жена его на дачу не пустила, бедолагу. Весь выходной промаялся с детьми у тещи. Звонил мне вчера, такой несчастный… А сегодня ремонт затеяли. Ну да ладно. Не в нем дело.
Она села напротив меня, и ее взгляд стал серьезным, деловитым. Произнесла с расстановкой:
– Ты знаешь, а я вчера в булочной Ниночку встретила.
У меня внутри все сжалось, но лицом я постаралась изобразить снисходительное любопытство:
– Слушаю тебя.
– Так вот, ты права, она действительно как будто не в себе. Встала за мной и давай рассказывать. – Галочка отхлебнула кофе и посмотрела на меня уже тревожно. – Она мне про Валерию поведала и ее ухажера, Бориса. Ну ты же помнишь…
– Никогда не забуду, – пробормотала я.
– Вот! Поэтому и рассказываю, хочу тебя предупредить. – Галочка сочувственно погладила меня по плечу. – Оказывается, Валерию досрочно выписали из дурдома – и все благодаря Бориске. Родители у него, видишь ли, очень влиятельные люди. С большими связями. – Галочка опять понизила голос до конспиративного шепота, хотя мы были одни в комнате. – Нина так и сказала: люди со связями. Надавили на главврача, и тот написал заключение, что ее «шизофренический бред» успешно купирован. И все, свободна.
Галочка сделала паузу, давая мне осознать сказанное ею. Потом продолжила:
– И самое главное, Алена… Нина прямо сияла, рассказывая, как Борис за Валерией ухаживает, какие подарки той дарит, в какие рестораны водит. В «Березку» собрался в ближайшее время вести, чтобы вещи новые ей купить, чтобы она как заграничная киноактриса выглядела, а не как оборванка. И что Валерия… – Галочка замялась, подбирая слова, – …что она ему это позволяет. Но не потому, что любит. А потому, что он ей полезен. Это Нина так и озвучила: «Лерка сказала, что теперь у нее есть свой личный рыцарь, который поможет ей уничтожить всех врагов».
Я сидела, онемев, сжимая в руках горячую чашку.
– Всех врагов… – наконец с трудом смогла я произнести. – Я из-за этой Валерии сама знаешь, что испытала, когда она меня толкнула, а я упала… Она на Никитина с ножом бросалась… Мой нерожденный ребенок – ей враг? Никитин – враг?
– Ой, Никитин наш герой, его тело до сих пор так и не нашли… – немедленно всхлипнула Галочка. – Но, дорогая моя! – Она опять погладила меня по плечу. – Я каждый день печатаю чужие тексты. Я вижу, где кончается правда и начинается вымысел. Будь осторожна. Эта девица, Валерия, теперь не одна. За ней стоит человек, который может многое. И судя по всему, она знает, как им управлять.
Я допила свой кофе и встала:
– Мне пора, спасибо.
– Уже уходишь? Жалко. Ну до встречи. А насчет твоей рукописи не волнуйся. К четвергу все будет готово. И… держись, ладно? Если что – я всегда тут.
…Борис. Ну это с самого начала было понятно, что за всем этим стоит именно он. Неужели это он наймет грабителей? А почему бы и нет: у его семьи связи… наверное, и в криминальным мире тоже. Логично. И еще кое-что: скорее всего, Нина не случайно подскочила в булочной к Галочке, она подстроила эту встречу. Нина знала, что болтливая Галочка передаст мне их разговор.
Придя домой, я незамедлительно рассказала все Артуру.
– Нетрудно было догадаться, кто за всем этим стоит… – тоже ничуть не удивился муж мой. – Конечно, Борис, кто же еще. А он мне нормальным парнем сначала показался.
– И мне тоже, – согласилась я. – Но что теперь делать?
– Я завтра утром поговорю с Борисом, – спокойно сказал Артур. – Мы ведь знаем, чем закончатся его отношения с Валерией. В девяностые она станет криминальным авторитетом, самой настоящей атаманшей – прямо как в том самом детском мультфильме… Втянет в эти дела Бориса. И его в бандитских разборках убьют. А Валерия просто сбежит в Америку доживать свой век…
– Мы пытались его предупредить, помнишь? – сказала я. А сама думала: «Опять этот мультфильм! Какое он имеет отношение к нашей
