Красная помада и последствия - Елена Северная
И этого не удалось. В половине шестого утра мобильник заверещал тревожной трелью. Я наощупь ткнула на кнопку приема вызова и поднесла аппарат к уху, чтобы тут же отпрянуть, как от удара током.
— Полька, ты где? — орала Ольга. В голосе явно проскальзывали истеричные нотки. — С тобой всё в порядке? Ты цела? Что случилось?
— Оля, не кричи, — хриплым со сна голосом ответила я.
— Где ты, ненормальная?
— Я у клиента. Поздно закончила уборку, и меня оставили на ночь, — я старалась говорить тихо. — Транспорт уже не ходил, а такси ночью в такую копейку выходит, сама знаешь.
— Полька, — рычала в трубку подруга, но уже намного тише. И это радовало. — У тебя пальцы парализовало? Ты могла мне позвонить? Я пришла с работы, а тебя нет! Марковна капли без коньяка уже лакает! Марсик трупом лежит на твоём кресле, а когда его только пробуешь убрать, орёт дурнинушкой и цепляется всеми когтями! Что я должна подумать? Бессердечная рыжая! Пулей домой!
Чувство вины нахлобучило по полной программе. Что-то я не подумала ни о квартирной хозяйке, ни о подруге, что они будут так волноваться. Я вроде взрослая девочка, сама себе хозяйка.
— Оль, — я сползла с постели и виновато хлюпнула носом. — Прости, а?
— Быстро ноги в руки и домой! — рявкнула подруга и отключилась, оставив меня наедине со своей совестью.
Я ещё немного посидела на кровати, наводя резкость в глазах, потом потрепала кошку за ухом в качестве извинения за ранний подъём.
— Вот так, Бусенция, отчитали меня словно школьницу. И кто? Сопливая блондинка, что младше меня на шесть лет! Куда мир катится?
Задавшись этим риторическим вопросом, я направилась в ванную, чтобы хоть морду лица умыть и рот прополоскать. Буська верным хвостиком потрусила следом. Ну, это я так думала. На самом деле её целью была кухня, а точнее, миска. В коридоре неожиданно нос к носу столкнулась с Максимом. После сна, в одних боксёрках, он выглядел по-домашнему трогательно.
— Доброе утро. А вы чего так рано встали?
— Я бегаю по утрам, — ответили мне хрипло. Видимо только проснулся, и то по будильнику. — Сейчас Буське корма дам и побегу.
— У неё корм ещё вчера закончился, — напомнила я. — Бегите уже, я посмотрю, что есть в холодильнике и сама покормлю её.
Макс послушным зомби, ещё толком не проснувшись и не осознав реальность, побрёл в спальню к шифоньеру за спортивной формой. А мы с кошкой — каждая по своим делам. Я — в ванную, Буся — гипнотизировать пустую миску.
— Ну, что тут у нас в холодных закромах?
Этот вопрос я адресовала хмурой кошке первым делом, когда вошла на кухню. Буся недовольно дёрнула пушистым хвостом и мацнула лапой по миске. Я поморщилась от созданного грохота. Ну, надо же! Такая маленькая с виду, а столько шума!
В холодильнике на полках обнаружилась кастрюля борща, пару бутылок кефира, пакет молока, десяток яиц в картонной упаковке, банка сметаны, и всё! Зато морозилка порадовала: пельмени, пельмени, фарш, пельмени, голубцы, опять пельмени, рыбное филе уже в самом низу. Так. Я призадумалась. Чтобы такое приготовить, чтобы и кошку накормить и хозяевам перепало? Взгляд сам переместился на последний нижний отдел морозилки, где лежал пакет с рыбным филе. О! Приготовлю-ка я его в кляре! И быстро, и всем обитателям квартиры на завтрак! Итак, решено — рыбное филе в кляре[A1].
Филе из пакета перекочевало в миску и отправилось в микроволновку размораживаться. Взбила яйцо и соль, перец добавлю позже, когда пожарятся кусочки для бусинки. Добавила муку. Теперь пусть постоит, клейковина муки должна набухнуть. А я пока сделаю ревизию растительного масла. Видела его в прошлый раз в выдвижном отделе около плиты. Да. Точно. Память не подвела. Так и стоят три бутылки подсолнечного рафинированного масла, одна нерафинированного и одна бутылка оливкового. Ну, оливковое мне точно не понадобиться, возьму подсолнечное. Оно роднее. Как говорится, нужно кушать продукты того места, где родился. Энергетика должна совпадать. Заморские продукты — это десерт, для разнообразия.
Рыбка разморозилась быстро. Бусинка, учуяв запах, заинтересованно наблюдала за перемещение вожделенного продукта по кухне. Я разрезала филе на небольшие кусочки — так прожарятся быстрее. Солить не стала, потому, как соль выводит жидкость и филе может стать рыбным сухарём. Мне этого не нужно.
— И не проси, — шикнула я на кошку, когда та бесцеремонным образом попыталась стянуть со стола кусочек филе, зацепив тот когтём. — Тебе сырую рыбу нельзя. Живот болеть будет.
Буся немного обиделась, но вынуждена была согласиться. А куда деваться?
Сковородка тоже нашлась на месте — чистая. Пара минут — и масло зашкворчало сердито, требуя работы. Теперь можно жарить. Вилкой накалываю филе, обмакиваю его в кляр и на сковородку в кипящее масло! Филе тонкое, кусочки небольшие, жарятся быстро. Первая порция — Бусинке. Жаль, на кухне нет выхода на балкон, а то бы поставила туда тарелку, чтобы быстрее остывало. А так — жди Буська, насматривай и нанюхивай аппетит. А вот теперь, когда часть для кошки уже пожарена, в кляр можно добавить и перчик.
Несколько минут — и завтрак готов. Осталось только кофе сварить. И взбодрит и запах рыбный перебьёт.
Завтракали мы с Максимом вдвоём. Леонид ещё спал, завернувшись в плед, и будить его никто не собирался. Я-то не хотела садиться за стол, но Макс настоял.
— Должен признать преимущества только что приготовленной домашней еды перед всеми другими, и рестораном в том числе, — заявил он, складывая столовые приборы на пустую тарелку.
— И рестораном? — удивилась я. — Почему? Разве там не вкусно?
— Вкусно, — согласился он. — Но обстановка другая. Здесь я могу расслабиться и есть, не боясь нарушить какое-нибудь правило этикета.
Ну, по поводу нарушения этикета — вопрос спорный. Не все посетители ресторана следуют ему, и ничего. Никто не умер, мир не рухнул, и блюда не прокисли.
Я невольно задержалась взглядом на тёмных волосах мужчины. Они были слегка влажными после душа и немного вились. И поймала
