Еще одна глупая история любви - Кэтлин Дойл
– Мне очень жаль, – говорю я. – Ты обедала с семьей?
– Да. Они такие милые. И от этого еще хуже. Мне не нужна жалость.
– Я знаю, что ты имеешь в виду, – заявляю я ей, думая о Сете. Мне не нужно его сочувствие из-за того, что только что произошло между мной и отцом. У него волосы встали дыбом, уже когда он узнал, что я работаю на отца. Не могу даже думать о том, как он на меня посмотрит, когда узнает, что был прав, когда говорил, что нужно поостеречься. Его удар хватит. Моя боль слишком свежая, чтобы еще справляться и с его злостью.
За эти выходные я пережила столько чувств, что их мне хватит на всю оставшуюся жизнь.
– Никогда не выходи замуж, Молли, – говорит мне Деззи заплетающимся языком. – Обещай мне. Дай мне клятву на крови.
Я думаю о своем отце, о том, как он выезжал с подъездной дорожки на своем блестящем «БМВ», а мы с мамой остались, я рыдала, а мама была практически без сознания. Я думаю о Робе, который трахал какую-то женщину, пока его жена пыталась забеременеть.
И я думаю про своего бойфренда, который помогает именно таким мужчинам. Мой бойфренд проводит каждый день своей жизни, помогая людям ополчиться друг на друга, забыть про свои обещания. Мой бойфренд идеален, пока неизбежно не перестает быть таким.
От этой реальности у меня учащается сердцебиение. Мне хочется плакать.
Я так старалась поверить, что мои чувства к Сету не закончатся моим эмоциональным убийством.
Но сегодня очень трудно не увидеть горькую правду: чем больше ты доверяешь, тем больше тебе терять.
– Не беспокойся, Деззи, – говорю я. – Уклониться от брака не будет для меня проблемой.
– Вот и хорошо, потому что мне очень не хочется, чтобы ты когда-нибудь испытала то, что сейчас чувствую я. Я не хочу, чтобы кто-то пережил подобное.
– И я тоже, подруга.
Деззи зевает.
– Я выпила слишком много вина. Думаю, что мне пора вырубиться.
– Отлично. Иди спать. Вечером я тебе позвоню.
Глава 35. Сет
У меня кружится голова.
Пока Молли готовила, я прогулялся до вторых ворот и впустил команду, которую нанял. Они молча устанавливают свет во дворе перед главным входом. Мне нужно отвлечь Молли, пока не пришло время садиться за стол.
Я иду в дом, где восхитительно пахнет.
– Какой запах! – кричу я. – Что ты тут делаешь…
Я вижу Молли и замолкаю.
Она сидит за столом, и мне не нравится ее поза – так сидят те, кто тяжело рухнул на стул. Она держит в руке бокал вина и смотрит в телефон.
– Эй, что случилось? – спрашиваю я.
Молли поднимает на меня глаза. Она выглядит опустошенной.
– Ничего, – говорит она. – Прости. Звонила Деззи, и я отвлеклась. Она в очень плохом состоянии.
Это объясняет, почему Молли так расстроена.
Проклятье.
Я задумываюсь, не допустил ли ошибку, не переиграть ли запланированное, пока есть время все изменить. Мне приходило в голову, что обстоятельства совсем не идеальные, учитывая все, что происходит с Деззи. Но вчера мы так прекрасно провели день, и казалось, что Молли счастлива, счастлива находиться вместе со мной. И она пришла в такое возбуждение, узнав о моем возможном переезде, что мне показалось глупым что-то менять.
В любом случае теперь уже поздно все менять. Шесть человек работают, воздвигая придуманные мною декорации.
И у меня есть мысль, как развеселить Молли.
– Если хочешь, мы можем завтра уехать отсюда пораньше и полететь в Чикаго, – предлагаю я ей. – Возможно, тебе будет лучше, если окажешься рядом с Деззи. А я могу помочь ей подготовиться к встрече с адвокатом.
Молли смотрит на меня печальными глазами.
– Ты в самом деле это сделаешь?
– Конечно.
– А как насчет интервью в понедельник?
– Договорюсь на другое время, – пожимаю плечами я.
Я знаю, что эти фирмы хотят меня заполучить, сильно хотят. Они подождут.
– Вау! – восклицает Молли. – Это будет так здорово, если мы ее удивим. Давай так и сделаем.
– Я посмотрю расписание рейсов после ужина.
Молли улыбается, и все ее лицо выглядит по-другому – словно она дополнительно проспала четыре часа.
Я расслабляюсь. С моим планом пока все в порядке.
– Еда пахнет просто восхитительно, – говорю я. – С нетерпением жду пир, который ты приготовила.
– Спасибо, – кивает она. – Я и собиралась свести тебя с ума своим кулинарным мастерством.
– Ты можешь сводить меня с ума любым способом, малыш.
Она стонет.
– Я видел в столовой карты, – говорю я. – Как насчет джин-рамми? Мне тоже хочется показать свое мастерство.
Мне хочется, чтобы она была занята, чтобы у нее не возникло желания отправляться во двор перед главным входом в следующие полчаса.
– Я немного устала. Прошлой ночью плохо спала. Ты не против, если я ненадолго прилягу перед ужином?
Еще лучше. Спальня расположена в задней части дома, и оттуда она точно ничего не услышит.
– Нет, конечно, не возражаю, – отвечаю я.
– Вот и хорошо. Я только что поставила кур в духовку. Должен сработать таймер, так что тебе делать ничего не потребуется.
– Понял. Иди поспи. Я накрою на стол.
Я пишу сообщение координатору запланированного мероприятия, что мы начнем немного позднее, чем было обговорено изначально, но на самом деле это хорошо, таким образом у меня остается время, чтобы как можно более романтично оформить стол. Я благодарен маме за то, что она научила меня, как правильно раскладывать вилки. Я – Джордж Клуни в том, что касается столовых приборов.
Роюсь в буфете и принимаюсь за оформление декораций. Я нахожу жадеитовые подсвечники и вставляю в них белые тонкие свечи для создания идеальной атмосферы в мерцающем свете огоньков. Нам нужно что-то особенное в центр стола. Поэтому я хватаю полотенце и ножницы в кухне и выхожу на улицу. Я срезаю зеленые ветки с цветущего креозотового куста с бледно-желтыми цветами, которые раскладываю вокруг свечей.
Получается празднично и красиво, а от креозота пахнет землей, как пахнет после дождя.
Переодеваюсь, чтобы хорошо выглядеть во время ужина, затем меряю шагами дом, нервничаю и пребываю в возбуждении. Молли спит дольше, чем я ожидал, поэтому я коротаю время за отправкой поздравительных сообщений всем знакомым. Когда Молли наконец появляется, я вижу, что она переоделась в удобный свитерок и обновила макияж. Она будет отлично выглядеть на наших фотографиях.
– Как поспала? – спрашиваю я.
– Восстановилась. И умираю с голоду. Ты готов есть?
– Ага.
– Вот и хорошо. Мне только нужно бланшировать бобы. Садись. Я тебя обслужу,
