Сердце Феникс - Евгения Чапаева
«Иногда последствия наших решений необратимы».
Глава 15
Буря закончилась, но лететь ни у кого сил уже не было. После изнурительного урока все направлялись обратно в казармы пешком. Кира шла вместе с близнецами, пытаясь не обращать внимания на боль в плече, которая напомнила о себе с новой силой. Свободной рукой она поправила свою самодельную повязку.
Шеду и несколько других драконитов двигались чуть впереди, тихо разговаривая. Их крылья были сложены, но все равно выглядели внушительно, как щиты на спинах.
Вдруг Шеду повернул голову, и Кира быстро отвернулась. Он слегка приподнял бровь, оценивая ее реакцию. Финорис заметила эту мимолетную сцену и хмыкнула.
– Ох, я готова поклясться, что эта ящерица наслаждается, когда заставляет тебя нервничать, – произнесла она тихо, чтобы не услышали остальные.
Кира не ответила, лишь слегка повела плечом, вспоминая тепло его рук.
У ворот гарнизона их встретил Драйтон. Вид у него был торжественный, а во взгляде читалась сосредоточенность. В руках он держал длинный посох с выгравированными символами магии Дракона.
– Кадеты, – громко произнес он, привлекая всеобщее внимание. – У нас важное объявление.
Все остановились, переглядываясь. Фирен пробормотал что-то о том, как дракониты любят драму и театральщину, но Финорис толкнула его локтем, призывая к тишине.
– Завтра в новолуние, когда ночь темнее всего, мы проведем обряд черной луны. – Драйтон обвел взглядом присутствующих. – Это древняя традиция драконитов.
Фениксиды напряглись. Многие из них знали о ритуале только по слухам: связанные крылья, магические клятвы, обряды, которые больше походили на испытание. Никто из них не был уверен, хотят ли они участвовать в этом.
– В этот раз, – продолжил Драйтон, вздернув подбородок, – мы приглашаем фениксидов быть свидетелями этого важного события во имя Великого Дракона, что породил нас. Это возможность понять нас лучше и, возможно, усвоить что-то полезное.
Он оглядел собравшихся, наблюдая за реакцией:
– Если, конечно, вы достаточно храбры, чтобы остаться до конца.
Слова «достаточно храбры» прозвучали как вызов. Несколько драконитов сзади присвистнули. Один из них произнес что-то на драконитском языке, отчего его товарищи тихо рассмеялись.
Кира ощутила, как по рядам фениксидов пробежало возмущение. Даже Финорис, обычно спокойная, сжала кулаки.
Мирра вышла вперед:
– А что, если кто-то не захочет быть свидетелем вашего так называемого обряда?
Драйтон изучающе посмотрел на нее, будто решая, чего она стоит.
– Никто не будет принуждать вас, – наконец ответил он, не поддаваясь на провокацию. – Но отказ покажет вашу слабость. И, возможно, подтвердит то, о чем… – он впервые замешкался, подбирая слова, – некоторые из нас уже подозревают.
Среди фениксидов послышались недовольные возгласы.
Финорис сдержанно хмыкнула, но Кира шагнула вперед, привлекая к себе внимание.
– Мы принимаем приглашение, – сказала она громко и твердо, так, чтобы сомневаться в смелости фениксидов не приходилось. – Если вы хотите показать нам свои обряды, мы готовы их увидеть.
Каллен и другие фениксиды, все еще настроенные против Киры, зашипели, возмущенные тем, что она осмелилась принять решение за всех кадетов.
Драйтон слегка приподнял бровь, но кивнул, его губы едва заметно дернулись вверх, как будто он оценил ее смелость.
– Хорошо, – произнес он. – Тогда завтра вечером, после заката. Советую не опаздывать.
С этими словами он повернулся и ушел, оставив кадетов наедине с их мыслями. Дракониты начали расходиться, шепчась между собой, фениксиды, помедлив, тоже двинулись прочь, то и дело поглядывая в сторону Киры.
– Очень удобно решать за всех, да, Скайфолл? – Мирра презрительно посмотрела на Киру.
– Интересно, Кира… Ты в курсе, что все древние ритуалы, начинающиеся с фразы «Никто вас не принуждает», заканчиваются либо жертвоприношением, либо проклятием?
– В худшем случае они просто хотят выставить нас дураками, – ответила Кира, глядя на уходящего Драйтона. – Но если мы отвергнем их приглашение, у них появится повод считать нас слабыми. А разве мы такие?
Финорис отошла в сторону и откашлялась, привлекая внимание Киры. Когда остальные фениксиды разошлись, Кира приблизилась к ней.
– Я узнала, где находится закрытый архив, – тихо сказала Финорис, едва шевеля губами. – Он под седьмым залом, прямо под секцией по древним верованиям. Но днем туда не пройти. Охрана, магические печати, и дракониты топчутся на каждом углу.
Кира приподняла бровь:
– Но ты уже придумала как?
Финорис усмехнулась:
– Пока все будут носиться с обрядом черной луны, можно попробовать проскользнуть туда незамеченными. На закате. Когда начнется подготовка. У нас будет примерно час, может, меньше.
Кира кивнула, чувствуя предвкушение:
– Значит, проскользнем на закате.
Финорис хмыкнула, прищурившись:
– Если нас поймают, ты скажешь, что тащила меня туда силой.
– Размечталась, книжный маньяк, – отрезала Кира, но уголок ее губ все же дрогнул. – Только не опаздывай. Если что, я съем и твою долю пирога. Без стыда.
– Ты каждый раз угрожаешь едой, когда волнуешься, знаешь?
– А ты каждый раз лезешь в запретные секции, когда волнуешься. Так что мы квиты.
– Если я найду там что-то о твоей магии… Ты мне будешь должна. Как минимум – половину души. Или рецепт пламенного пирога.
– Договорились, – отозвалась Кира. И только когда Финорис скрылась за углом, она позволила себе выдохнуть.
Кира осталась стоять на месте у ворот, наблюдая за горизонтом, где небо начинало окрашиваться в теплые оранжевые тона.
Она только собралась вернуться в казармы, как сзади послышался голос:
– Эй, ты же Скайфолл?
Кира резко обернулась. Незнакомый кадет не из ее взвода, молодой драконит с короткими взъерошенными волосами, подошел ближе, держа в руках небольшой глиняный сосуд.
– Это тебе, – сказал он, протягивая ей емкость.
Кира удивленно посмотрела на сосуд – он был украшен аккуратным драконитским узором. Она нахмурилась.
– От кого? – спросила она, стараясь не выдать легкого волнения.
Кадет пожал плечами, его выражение лица оставалось безразличным.
– Не знаю. Я передал. Дальше не мое дело, – бросил он, развернулся и пошел обратно к группе драконитов, не дав Кире возможность дальше допрашивать его.
Она посмотрела на сосуд, аккуратно открыла крышку и сразу почувствовала резкий запах лечебных трав: мазь для регенерации, известная своей эффективностью. И все же мысль, что кто-то из драконитов решил передать ей это, казалась странной. Она провела пальцем по узору на сосуде. Кто-то не только знал о ее ране, но и беспокоился о ней. Она бросила взгляд в сторону Аарона, который разговаривал с другими фениксидами.
Его крылья мерцали золотом. Она сжала сосуд чуть сильнее.
Забота – его стиль. Это такое извинение? Что ж, его явно недостаточно. На краю сознания зудела мысль: «А если не он?»
Но если бы она обернулась, то заметила бы драконита, стоящего у каменной
