Проклятый Портной: Том 5 - Артем Белов
Впрочем, много времени это у него не заняло, действительно интересной информации в принесённых документах было кот наплакал, но и этого хватило, чтобы врача охватило возбуждение.
— Ах, вот почему. Всё же проклятие… Как интересно… Хотя, если правильно понимаю, вся проблема в особняке, а не в самом графе. Тогда почему родня не хочет просто увезти его куда-нибудь подальше, чтобы он пришёл в норму? У нас всё-таки немного другой профиль…
— Константин Николаевич, очевидно же, родственникам графа не выгодно, чтобы Пётр Николаевич стал нормальным. Прямого наследника у Петрова нет, и его родне очень не хочется, чтобы он такового назначил, когда придёт в норму, — ответил Нестеров таким тоном, будто беседовал с несмышленым ребёнком, при этом не отрываясь от телефона. От чего, собственно, и пропустил момент, когда главврач несколько раз дёрнул головой, будто его ударили током.
— То есть… Ты хочешь сказать, что граф… Он — особый пациент? Я правильно понял? — и лишь после того, как Нестеров осознал, насколько изменился тон собеседника, он соизволил оторваться от телефона и поднять глаза. После чего непроизвольно вздрогнул.
— Сука… Как знал, что не нужно было самому идти… Он же помешан на проклятиях… — глядя в глаза главврача, заблестевшие из-за радостной новости и предвкушения от предстоящей встречи с особым гостем, Роман Александрович с трудом подавил в себе желание вскочить и убежать из кабинета.
Главного врача пансионата — лечебницы «Тихие дубы» Гришина Константина Николаевича все знали как отличного специалиста и очень доброго человека, заботящегося о своих пациентах. Да даже сам Нестеров, до недавнего времени не знавший о «внутренней кухне» лечебницы, считал Константина Николаевича этаким добрым дядюшкой, для которого пациенты всегда на первом месте. Правда, всегда удивлялся, как такой мягкий и даже робкий человек умудрился занять столь высокую должность в учреждении.
Впрочем, это удивление быстро сошло на нет, после одного из дел, к которому его, администратора, привлёк его, уже бывший, начальник.
Вот тогда, впервые передав Гришину «особого» пациента, Нестеров увидел настоящее обличие главврача. Человека, которого самого нужно запереть за десятком дверей и лечить, лечить, лечить…
Впрочем, за всё то время, что Нестеров работал с главврачом, настоящего Гришина он видел всего раз семь, если не меньше. И даже как-то успевал позабыть про это, хотя вернее, заставлял себя это забыть, отчего по итогу начинал воспринимать главврача, как нормального человека. Но сегодня ему вновь пришлось столкнуться с этим… монстром.
Одно радует, зверь в Гришине просыпается лишь по отношению к их «особым» клиентам, и самому Нестерову, кроме кошмаров, после общения с этим Хайдом' ничего не грозит.
— Кхм… Константин Николаевич… — собравшись с духом, начал Нестеров. — Хочу, напомнить, что он хоть и особый, но граф должен оставаться в живых! Пускающим слюни, ходящим под себя, но живым. По крайней мере ближайшие год-полтора, пока не уляжется шумиха вокруг того дела и родственники графа не растащат наследство. Да и лечебнице всё же платят за пациентов, а не за трупы…
— Да, да, я в курсе, — раздражённо рыкнул прорычал главврач, обрывая собеседника. — Смертельные случаи не более чем досадные недоразумения, которых я, заметьте, в последнее время не допускаю. Так что и этот пациент будет жить. Я же не монстр какой-то.
— Ну да, не монстр, — тихо пробормотал Нестеров, вновь ощутив холодок, пробежавший по позвоночнику.
Как-то Роману довелось увидеть то, что осталось от «подопечного» главврача после особого лечения… Действительно, монстры на такое были бы не способны.
— И где он сейчас? — Гришин нетерпеливо постучал пальцем по тоненькой папке, привлекая внимание побледневшего от воспоминаний мужчины.
— Должен быть уже внизу. Машина с графом ехала за мною следом, — с хорошо заметной заминкой ответил Нестеров, ощущая всё больший дискомфорт.
— Что⁈ И ты молчал? — главврач подскочил с места, хватая папку трясущимися от предвкушения руками. — Хочу! Хочу как можно скорее с ним познакомиться поближе!
Не дожидаясь ответа, Константин Николаевич быстрым шагом покинул кабинет и, не снижая скорости, промчался по длинному коридору, заставляя редкий персонал уступать дорогу и при этом удивлённо переглядываться, не понимая, что происходит с их начальником.
Впрочем, спустившись на первый этаж трёхэтажной лечебницы, врач взял себя в руки и в приёмное отделение зашёл обычным шагом, нацепив привычную для всех улыбку.
— Добрый день, Виталий, Кирилл, — поприветствовал Гришин санитаров, сидящих по бокам от сгорбившегося мужчины в смирительной рубашке. — Как семьи? Дети к школе готовы?
— Да, всё замечательно, Константин Николаевич, все живы-здоровы, — подскочил один из парней. — А насчёт школы. Готовы-то готовы, вот только желания никакого. Мелкая моя уже неделю ходит, заранее страдает…
— Радуйся, что у тебя один ребёнок, — хмуро ответил второй санитар. — У меня в этом году малой в школу идёт, считай три недовольные моськи теперь каждое утро наблюдать.
— Ну так головой думать нужно было, а не…
— Так если бы я головой думал, то кота бы себе завёл, а не жену, — рассмеялся парень.
— Ладно, семейные, что у нас с нашим гостем? — улыбнулся Гришин. — Нормально доехали? Не буянил?
— Так, немного. Кирилла чуть не укусил, пришлось успокоительное вколоть, — Виталий покосился на мужчину, всё это время сидящего и глядящего в пол. — Благо, родня сразу дала разрешение.
— Ладно, главное, что не пострадали, — покачав головой, главврач подошёл к сидящему на кушетке Петрову и, присев, постарался заглянуть ему в глаза, при этом положив руку на голову мужчине.
И стоило только Гришину коснуться сумасшедшего, как на какое-то мгновение в мутных зрачках графа мелькнула искорка разума. После чего тот дёрнулся вперёд, раскрыв рот и обнажив зубы, будто дикий зверь. Впрочем, реакция у опытных санитаров была отменная, и прежде чем чокнутый успел вцепиться в лицо главврача, парни схватили сумасшедшего за плечи и уронили на кушетку.
— Отличненько, отличненько. Определённо наш пациент, — пробормотал Гришин, совершенно проигнорировавший неудавшееся нападение. — Так, коллеги, его в крыло «С». Сдадите Михайлову, скажете, чтобы разместил его в ноль пятой палате. И пусть пока лично за ним понаблюдает, а я через полчасика туда наведаюсь. Хорошо?
— Конечно, Константин Николаевич, — кивнул один из санитаров, после чего они с напарником с двух сторон подхватили вновь затихшего Петрова и повели его в закрытую часть лечебницы.
Гришин на первом этаже задерживаться тоже не стал и быстро, хоть и не настолько стремительно, как до этого спускался, отправился к себе, натянув улыбку и здороваясь со всеми встречными.
Зайдя в кабинет, в котором уже не было Нестерова, мужчина закрыл дверь, после чего запер её на замок и
