В долине всё спокойно - Юрий Павлович Валин

— Ну, когда жерди рушатся, поневоле разбежишься — они же длинные, ушибить запросто могут. Но до этого все шло по плану. Снежок был не против, я села, мы поскакали, остальные псы смотрели. А жерди не на месте стояли! Мы из-за угла, а они тут рядом. Снежок, наверное, про них забыл. Я пыталась отвернуть, но узды-то нет! Роковое стечение случайностей и прискорбная небрежность хозяев. А я опять во всем виновата! — Агатка шмыгнула носом.

— Влагу сэкономь, на нас все равно не действует, — посоветовал Гр. — А тебе запросто могло прилететь по башке жердью, а могли с испугу цапнуть собаки. Они, между прочим, не замковые, а фермерские, тебя поверхностно знают.

— У нас в Долине все собаки умные, — молвила Агата, уже утратившая малейшие признаки горестных рыданий. — С людями, конечно, не так хорошо. Разные встречаются.

— Вот же ты хамка! — закатила глаза Ниночка.

— Да чего я сказала-то⁈ — возмутилась младшая сестра, поправляя помятую шляпку.

Шляпка именовалась «котелок», поскольку имела ту самую классическую округлую форму, хотя и была сшита попроще. Гр задолбался ее ежевечернее чистить — к ночи головной убор нес на себе многочисленные отметины бурно проведенного дня хозяйки. Без котелка Агатка категорически отказывалась выходить из комнаты, даже по замку в шляпке шныряла. Имелся еще зимний вариант, утепленный и усиленный, этакая разновидность легкого шлема. Вообще Агатка за последнюю пару лет куда меньше падала и ушибалась, и вообще крепко поздоровела организмом. Мама Фло перед отъездом так и сказала: «ты, Гриша, большой молодец. Лучший брат и опекун. Понимаю, что задача немыслимая, но присмотрите за ней тщательнее».

— Хамство ты и сказала, — проворчал Гр. — Причем, сама это и знаешь.

— Мало ли что я знаю⁈ Я, может, очень умная. А вы докажите что хамлю, — привычно завелась Агатка, но тут же переключилась: — Купаться-то будем? Гр, погода «шепчет».

Девчонки смотрели на брата. Насчет купаний решал исключительно он, его мнению и мамы доверяли, да и вообще что тут оспаривать — знает Гриша и всё тут.

— Что ж, раз лето и время у нас есть, отчего бы и нет? — сказал Гр.

Агатка плескалась у берега, отплывать на глубину у нее желания не было. В сущности, Агата Шерлоковна — как порой именовала ее мама — была девочкой острожной и отчасти опасливой, закономерно опасавшейся тех жизненных явлений, на которые слезами и воплям фиг воздействуешь. Так что вот — в условно-собачьем стиле и только вдоль бережка.

— Ты отчего ее совершенно не учишь нормально плавать? — спросила Нина, уже успевшая сплавать на середину реки и обратно.

— Чего ее учить? Захочет сама — поплывет, — махнул рукой Гр. — Пока пусть попридуряется, это невредное.

— Ну, не знаю. Самоутверждение через дурь и баловство — странное самоутверждение, — справедливо заметила Ниночка.

— Зато так рева меньше.

— Вот ты коварный. Иди окунись, охладись. Я присмотрю.

— Иду.

Вообще купаться Гр не очень хотелось. Больше хотелось пойти к камням, достать спиннинг и сделать хотя бы пару забросов. Но при девчонках это будет совсем не то.

Вода была классная — прям сразу жару сняла. Гр проплыл подальше, глянул на камни с рыболовным тайником со стороны воды: эх, заманчиво, но не сегодня. Ну, ничего, будет еще время.

Конечно, взять спиннинг хотелось не из-за надежд на подсечку хорошего судака-клыкача или щуки. Откуда толковая рыба в начале лета? Вот подержать рукоять спиннинга, убедится что он на месте, следовательно, и мамы — пусть и где-то там, очень далеко — но в порядке, очень хотелось. Поскольку сгущалось некое предчувствие…

Нет, Гр-Гр себя прорицателем никогда не ощущал, да и не замечал за собой чего-то этакого, околомагического. А сейчас вроде как появилось. Наверное, потому что остался за старшего. Мама так и сказала.

Гр пару раз нырнул, ощутил холодок равнодушной и волшебной речной глубины, и направился к берегу. Там уже пытались вытереть кое-кому волосы, обладательница темного скальпа возмущалась и визжала.

Пока доплыл, сражение кончилось. Девицы наблюдали за выходящим из воды братом. Насупленная Агатка прокомментировала:

— Здоровенный стал. Особенно пузом. То-то кое-кто на тебя опять глаз положил.

Про свою «здоровенность» Гр, разумеется, знал. Крупнее своего возраста, крепкий телосложением, плечистый, серый оттенок кожи впечатления ничуть не портит, поскольку выглядит естественным. Так-то, конечно, удивляет и отчасти чуть шокирует, но только при первом взгляде. Гармоничен, надежен, не болтлив и слушать способен, что девочкам нравится. Про «пузо», конечно, смехотворная клевета.

— Агатка-Гадка, но что ты язык распускаешь⁈ — возмутилась Нина. — У всех личные дела бывают.

— Ну! У тебя аж два! Не успеешь в классе тетрадку положить — опа! — по бокам уж воздыхатели, уселись и жмутся, — не замедлила брякнуть зоркая малолетняя сыщица.

— Щас как выпишу «леща» по бестолковому затылку! — кротко, но многозначительно, посулила Ниночка.

— Чего сразу «леща»⁈ За что вы меня обижаете⁈ У вас у всех друзья, игры, отношеньки, а младшая сестра в одиночестве и тоске прозябает. Только с собачками дружит, да и то уздечку не даете, — заныла Агатка. Впрочем, слезу ей выдавливать было откровенно лень, так, в треть силы ныла.

— Хорош стебаться, пошли, — скомандовал Гр. — Дел еще полно.

— Точно, мне про Рейхенбахский водопад нужно перечитать, — вспомнила Агатка.

— Тебе сначала классное задание нужно переписать, — напомнила Нина.

— Что вы со всякой ерундой ко мне вечно приколупываетесь⁈ — закатила глаза мелкая страдалица и протянула руки к брату. — Я, между прочим, уже жутко устала. У меня ножки коротенькие.

— До замкового подъема. Дальше сама. Ты уже длинная и меня на спину перекидываешь, — сказал Гр, вскидывая вечный груз на плечи.

— И длинная, и наглая, — вздохнула Ниночка.

— Не завидуй. Ты пока была младшая, тоже могла бы ездить. Теперь поздняк метаться, — пояснила Агатка и стукнула пятками: — Вперед! У нас дел полно!

Глава 2

Урок второй. Месяц Меда

О коридорах, слонах и зловещих сосудах

Середина лета отметилась чередой кратких, но удивительно обильных гроз с почти тропическими ливнями. «Прям как на Желтом берегу в Каннуте, что ему…» удивлялась днем тетя Эле. С ее уроков замковым ученикам пришлось добираться по тропке через холм и Новые Сады — там было посуше, в вот ниже —