Код Ордела - Александра Европейцева

Дверь с лёгким шипением отъехала в сторону. На пороге стоял Кинер Традс, её начальник. Агес усмехнулась. Забавно. За три года он успел побывать и бывшим начальником, и вот снова она под его руководством. Кинер теперь старший инженер и её непосредственный руководитель по проекту модернизации, стоял, заложив руки за спину. Его плотная, коренастая фигура казалась ещё массивнее в простом инженерном комбинезоне, испачканном в нескольких местах тёмным машинным маслом. Лицо, обычно суровое и сосредоточенное, сейчас было смягчено лёгкой, чуть усталой улыбкой. Его внимательные глаза, цвета потускневшей меди, обошли кабинет, остановившись на груде чипов и схем на столе, а затем на ней самой.

— Арнев, — произнёс он своим низким, слегка хрипловатым голосом, который за годы руководства приобрёл привычку звучать как неоспоримый факт. — Или, прошу прощения, госпожа Илдарин. Вы почему еще здесь?

Агес быстро встала, смущённо поправив волосы. Несмотря на близость и уважение, рядом с ним старые привычки гаваардской субординации давали о себе знать.

— Господин Традс. Я… заканчиваю расчёты по стабилизатору. Хотелось проверить ещё раз резонансные частоты.

Кинер медленно кивнул, шагнул в кабинет и остановился у стола. Его взгляд скользнул по голограмме, и в уголках глаз собрались знакомые морщины одобрения.

— Хорошая работа. Элегантное решение с дублирующим контуром. — Он помолчал, изучая её лицо. — Но все расчёты уже закончили два часа назад. Маркул… — он слегка поморщился, произнося это имя, — закончил свою часть. Команда с альфа-смены сверяла данные. Всё чисто. Система готова к тестам завтра утром.

Агес почувствовала лёгкий укол досады. Она пропустила сообщение. Слишком ушла в себя.

— Я… не заметила, — призналась она, опуская глаза на терминал.

— Заметно, — сухо констатировал Кинер. Он обошёл стол и сел на краешек свободного стула, заставив своим весом его скрипнуть. — Город спасён. Тебя только что официально признали, прости за прямоту, самой удачной дипломатической инвестицией Ордела за последние пятьдесят лет. А ты сидишь здесь в пустом кабинете в десять вечера и считаешь резонансы, которые уже пересчитали трижды. Это называется «избегающее поведение». Или глупость. Выбирай сама.

Агес покраснела. Его прямота, как всегда, была неприятной, но отрезвляющей. Прямо как холодный душ в шесть утра.

— Я просто… хочу быть уверенной, что всё в порядке. Что я не упустила какую-нибудь мелочь.

— Мелочи моя работа, Илдарин. Ох, как же непривычно называть тебя новым именем. — Он вздохнул, и в его голосе впервые зазвучала нота, отдалённо напоминающая отеческую заботу. — Твоя работа сейчас быть отдыхающей женой наследника и самым ценным инвестором и инженером города. А не выжимать из себя последние соки на пустом месте.

Он поднялся, положил свою широкую, мозолистую ладонь на терминал и выключил голограмму. Схема погасла, оставив в кабинете только тусклый свет настольной лампы.

— Иди домой. Твой муж, если я не ошибаюсь, уже дважды связывался с «Хранителем», спрашивая, не приковали ли тебя к паяльной станции намертво. Знаешь, я всерьез опасаюсь, что как только он станет полноценным нахом, то прикажет гнать тебя домой в шею всем твоим будущим начальникам, включая, возможно, и меня. А я с нахом ссориться не хочу.

Агес почувствовала, как по щекам разливается тепло. Она представила Нами, который наверняка метался по их модулю, то пытаясь её вызвать, то сдерживая себя, чтобы не ворваться сюда и не утащить её силой. Уголки её губ дрогнули в улыбке.

— Он так и сделает, если я ещё задержусь.

— То-то же, — хмыкнул Кинер. — Поэтому встань, собери свои чипы и марш. Завтра в семь утра здесь будет полно народу, и тебе понадобятся свежая голова и не дрожащие руки. А то опять что-нибудь взорвёшь.

Он говорил это беззлобно, даже с долей гордости. Взрыв на испытаниях импульсного стабилизатора полгода назад уже стал частью заводского фольклора.

Агес послушно стала собирать разбросанные по столу носители, складывая их в прочный инженерный пенал. Тишина в кабинете стала комфортной, наполненной взаимопониманием.

— Кинер, — тихо спросила она, не поднимая глаз. — Вы… вы не думаете, что это всё слишком легко? Переговоры, уступки… Идаг просто так не сдастся.

Традс замер на мгновение, его взгляд стал тяжёлым и проницательным.

— Я далек от политики и экономики, девочка. Но думаю, — сказал он наконец. — карведельцы не меняются за день. Но, Агес, — он произнёс её настоящее имя без обычной формальности, и это прозвучало как доверие, — сейчас мы сильнее. У нас есть город, который за тебя горой. У нас есть технологии, которые они хотят. Ваш с Нами брак законный. Даже по законам Карведеля в двадцать лет ты могла бы выйти замуж и без одобрения опекуна. В особенности того, кто пытался тебя убить. Вы с Нами переиграли его на его же поле.

— Идея была вообще-то Савентина.

Он подошёл к окну, глядя на огни города.

— Идея его. А «АркТек» твой. И Идея разорить Идага тоже твоя. Лёгкой победы не будет. Переговоры будут долгими. Возможно, будут ещё провокации. Но первый, самый важный раунд мы выиграли. Теперь дай другим делать свою работу. А себе позволь… ну, хотя бы выспаться. И сходить на свидание с мужем. Как обычный человек. Скоро уже времени для подобного не останется.

Она застегнула пенал, взяла с вешалки лёгкую куртку и накинула её на плечи.

— Пожалуй, вы правы.

— Умница, — Кинер кивнул, и его суровое лицо снова осветила редкая, но тёплая улыбка.

Она вышла в коридор, и дверь кабинета мягко закрылась за ней. Кинер Традс ещё несколько секунд стоял у окна, глядя на её удаляющуюся спину, затем медленно покачал головой.

— Обычный человек, — пробормотал он себе под нос. — Да какой уж там обычный. Из таких, как она, либо легенды складывают, либо могилы рано копают. Дай духам пустыни, чтобы в нашем случае вышло первое.

Агес шла по пустынным ночным коридорам сектора «Дельта-7». Её шаги отдавались эхом в металлических стенах. Она вышла на центральную транспортную артерию, где мягко гудели антигравитационные платформы, развозящие ночные смены. Одна из них, пустая, замерла рядом по её мысленной команде «Хранителю». Агес шагнула на борт, и платформа плавно понесла её в сторону жилого сектора, где в их модуле горел свет и, она была уверена, её ждал нетерпеливый муж, запах чего-то съедобного, который он наверняка пытался приготовить, и тихая, простая радость от того, что долгий день наконец-то закончен.

Платформа, обычно послушная мысленным командам, вдруг мягко подалась в сторону, сделав плавный разворот на перекрёстке. Вместо привычного маршрута к жилому сектору она теперь несла Агес в сторону коммерческой зоны, к нарядным фасадам и ярким вывескам.

Агес нахмурилась. Она мысленно скомандовала: «Стоп.