Код Ордела - Александра Европейцева

даже не посмотрел. Его взгляд был прикован к стене, но видел он не её, а сияющие башни Гаваарда, которые он ненавидел, и дымные трубы Карведеля, которые он потерял.

Он медленно поднёс стресс-кибер к губам. Холодный пластик коснулся кожи.

«Ладно, братец, — прошептал он так тихо, что даже камера не уловила бы звук. — Ладно. Ты выиграл этот раунд. Но Карведель остался. И твоя дочь... она всё ещё женщина. Рано или поздно... мир напомнит ей, где её место. Может, не я. Но кто-то другой. Порядок восторжествует. А ты... ты навсегда останешься просто призраком.»

Он сжал игрушку в последний раз и спрятал её под матрас, туда, где охранники при обысках не всегда заглядывали. Единственный друг. Единственное, что осталось от той жизни, где он был силён.

Затем Идаг медленно, будто каждое движение давалось с огромным трудом, лёг на жёсткую лежанку. Он уставился в светящийся потолок, но глаза его были слепы. Внутри, в той пустоте, что осталась после угасания ярости, зияла лишь одна, ледяная уверенность: его история ещё не закончена. Пока он дышит. Пока где-то там существует Агес, порочащая своим существованием всё, во что он верил. Проигрыш был тотальным, но капитуляции не было. Была лишь отсрочка. И тёмная, уродливая надежда, что Вселенная когда-нибудь исправит эту ошибку. Ошибку по имени Шебад.

А пока... пока здесь была тишина. И тень брата, которая, казалось, заполняла собой всю камеру, торжествуя в своём вечном, безмолвном презрении.