Зимняя бегония. Том 3 - Шуй Жу Тянь-Эр
Стоило ей заговорить, и Чэн Фэнтай почувствовал, как его охватывает сильнейшее раздражение:
– Сестрица Дали, такие дела через силу не делаются. Мы с твоим дядей, считай, что братья, если мы с тобой споемся, что я тогда за человек? Да и к тому же у меня жена имеется, и, скрывать от тебя не стану, не только жена! Ты же совсем девчонка, для тебя оскорблением должно быть со мной что-то иметь!
Гу Дали сплюнула на землю табачную жвачку:
– А вот не надо мне, мать твою, тут разводить! Есть у тебя жена али нет, мне как это помешает? Я одну ночь решила с тобой обсудить, а ты навоображал невесть что! Будто я с тобой-то! Ты что возомнил о себе, а?! – Одних слов ей показалось мало, чтобы излить на Чэн Фэнтая скопившееся возмущение, и она принялась пихаться: – Тебе предложили честь сохранить, а ты кочевряжишься! Если бы не твоя давнишняя дружба с моим дядей, ты разве сидел бы сейчас здесь? Посадить бы тебя в свинарник да свиней нагнать, чтобы потоптались по тебе, глядишь, посговорчивее стал бы!
Молоденький разбойник, услышав столь бесстыдные речи предводительницы, в смущении опустил голову. Чэн Фэнтаю тоже нечего было сказать, в соответствии с его планом, еще до того как отправиться в дорогу, он поручил Фань Ляню втайне договориться с разбойниками с перевала Лаоцзы, чтобы те устроили засаду и на полпути якобы захватили обозы с грузом. У Чэн Фэнтая, когда он доставлял боеприпасы с оружием, был наготове один трюк: груз он делил на две части и перевозил друг за другом. Если разбойники захватывали часть груза или же покупатели отказывались платить, от полученного оружия толку им было мало, приходилось идти к Чэн Фэнтаю. А уж если пришел, изволь договариваться. Разбойники захватили бы груз – и что Чэн Фэнтаю делать с оставшейся половиной? Пришлось бы договариваться, собирать деньги, выкупать товар, в общем, всячески тянуть время, а меньше чем дней за десять такое дело не уладить. К тому моменту Кудзё если не погибнет на передовой, то по меньшей мере понесет тяжелые потери. Сакате же придется пересмотреть ценность этого торгового пути (а как иначе, если разбойники мешают торговле), а там, все взвесив, глядишь, он и отпустит Чэн Фэнтая. В конце концов, за прошедшие пару лет Чэн Фэнтай повидал немало случаев, когда бандиты отрезали торговые пути, это и за обман-то не считается. Бандиты и есть бандиты, привычки их тяжело изменить, даже если они взяли плату за проезд по дороге, никакой безопасности это не гарантирует.
Но Небесный владыка изволил подшутить над Чэн Фэнтаем, только Фань Лянь договорился обо всем с перевалом Лаоцзы, как дядюшка Гу Дали умер. Разбойники с перевала Лаозы, будучи не в силах умерить непомерные амбиции, решили завладеть богатством вымирающего рода, переступив через Гу Дали, и под покровом ночи внезапно напали на нее. Откуда бандитам было знать, что Гу Дали – истинная героиня, собрав разбойников, облаченных еще в траурные одежды, она провела блистательную оборонительную кампанию, а затем, подняв боевой дух войска, повела его в атаку и захватила перевал Лаоцзы. Ну что тут еще добавить? Вот тебе и племянница! На следующий день она заживо похоронила в снегу старого главаря перевала Лаоцзы и торжественно взошла на престол.
Когда Чэн Фэнтай проезжал перевал Лаоцзы, он восхитился, с каким рвением разбойники играют их маленький спектакль. А когда понял, что что-то здесь неладно, то уже угодил в укрепленный пункт Гу Дали, точно черепаха в глиняный чан заполз. Гу Дали требовала не денег, она хотела оружие и красивого мужчину. Чэн Фэнтай же этим мужчиной становиться не желал. Лет десять назад он с дядюшкой Гу Дали вел задушевные беседы за бокалом вина, а она была тогда неряшливой девчонкой, воровавшей овощи. Теперь же девчонка выросла и расцвела, обретя, впрочем, несколько медвежеподобный вид, – она не то что комом в горле Чэн Фэнтаю встала, ему и глядеть на нее было больно.
И все же у Гу Дали имелись невеселые причины просить Чэн Фэнтай о ночи с ним. Несколько лет назад один слепой предсказатель нагадал дядюшке Гу Дали и сколько тот проживет, и от чего умрет, и что за несчастья посыплются после его смерти – сейчас все это сбывалось одно за другим. О юной Гу Дали предсказатель сказал так: объявится гость с юга, от которого ты зачнешь необыкновенного сына. Она до сих пор помнила, как обрадовался тогда дядюшка, сказал, что надобно теперь искать ей мужа с юга, чтобы она родила маленького разбойника, равных которому не сыскать во всем белом свете, и он унаследует и приумножит славу своих предков. Когда Гу Дали упрочила власть над горами и реками, она начала понемногу задумываться о рождении наследника престола, которого нагадал ей предсказатель. А тут весьма кстати подоспел Чэн Фэнтай, сам шанхаец, и хотя его наемники, доставлявшие груз, тоже были выходцами с юга, им недоставало его привлекательной наружности и элегантности.
Чэн Фэнтай заговорил:
– Младшая сестрица Дали…
Гу Дали покосилась на него:
– А разве вы с моим дядюшкой не братья? Так чего опять зовешь меня младшей сестрицей?
Чэн Фэнтай попытался снова:
– Уважаемая племянница, а ты задумывалась о том, что южанин этот не я?
Гу Дали вылупила глаза:
– А разве того, что ты южанин, недостаточно? Чего еще выбирать-то? Я разузнала ведь, что у тебя трое парней подрастает, так что в производстве сыновей ты мастак!
Получив очередную похвалу, Чэн Фэнтай смутился, не смея ее принять.
Гу Дали грозилась то закопать его заживо, то повесить, и все это она болтала попусту. Хоть она и не придавала большого значения человеческой жизни, кровожадностью все же не страдала. Нежелание Чэн Фэнтая ранило ее самоуважение, но его неизменная легкая улыбка совершенно обезоруживала всякого, кто бросался на него с руганью. Да и подержишь его взаперти – отощает, а от дохляка достойного сына не родить. Поняв, что все уговоры бесполезны, Гу Дали затушила бычок и сказала:
– Так сделаешь или нет? В самом деле не станешь делать? Раз не собираешься, хрен с тобой! Ты мне за эти дни опротивел уже, глядеть не могу! Из уважения к памяти дядюшки
