Попаданка-ключница проклятого дракона - Алекс Скай
— Тогда возьмёт сердце рода. Замок будет защищаться. Если Сайра полностью проснётся до снятия клятвы, он признает её источником разрыва.
— Ложь, — сказал Эйвард.
— Не всякая неприятная правда становится ложью, милорд.
Ника посмотрела на Арису.
— Вы знали это?
Ариса не ответила.
— Знали, — поняла Ника. — Поэтому сказали: “проснётся неправильно”. Вы знали, что если открыть глаза без снятой клятвы, замок начнёт считать её опасной.
— Я знала, что Бренн придёт на рассвете, — резко сказала Ариса. — Я знала, что он заберёт её под печати Совета, а там она уже никогда не станет девочкой, только узлом власти. Да, я разбудила её раньше. Да, неправильно. Но я дала вам время.
— Время на что?
Ариса посмотрела на три молчащих ключа в руке Ники.
— На последнее открытие.
В коридоре стало холоднее.
Даже Бренн замолчал.
— Что за последнее открытие? — спросил Эйвард.
Ариса усмехнулась.
— Ты всё ещё думаешь, что белая дверь нужно открыть снаружи.
Ника почувствовала, как Сайра смотрит на неё.
Не на Эйварда. Не на Арису. На неё.
— Нет, — прошептала Ника.
Она ещё не знала, что именно отрицает, но внутри всё уже сопротивлялось.
Сайра протянула руку.
Не тень. Живую маленькую руку с тонкими пальцами.
Белая дверь не оттолкнула Нику, когда она шагнула ближе. Пол под её ногами зазвенел инеем, ключи в ладони стали тяжелее, но она дошла до порога. Эйвард двинулся за ней, и дверь снова вспыхнула серебром.
— Только ключница, — сказала Ариса.
— Замолчите, — бросил Эйвард.
Но Ника уже стояла у кровати.
Сайра взяла её за руку.
Ладонь у девочки была холодной, но настоящей. От этого Ника едва не заплакала. Столько времени Сайра была голосом, тенью, отражением, рисунком, вопросом. А теперь её пальцы дрожали в Никиной руке, и это оказалось страшнее любой магии.
— Чтобы я жила, — прошептала Сайра, — ты должна закрыть дверь изнутри.
Ника не сразу поняла.
Потом поняла.
И мир стал тихим.
— Нет, — сказал Эйвард.
Он услышал тоже.
— Сайра, нет.
Девочка смотрела только на Нику.
— Нивея уже закрыла одну. Но не до конца. Ты последняя.
— Я не знаю, как, — прошептала Ника.
— Знаешь. Просто боишься.
— Конечно боюсь.
Сайра слабо сжала её пальцы.
— Я тоже.
Эйвард подошёл к самому порогу. Серебряная линия вспыхнула так ярко, что Ника увидела, как на его коже у запястья снова проступает знак закрытого глаза. Он не отступил.
— Ника, посмотрите на меня.
Она повернула голову.
— Не соглашайтесь, — сказал он.
В его голосе больше не было лорда. Не было приказа. Только мужчина, который уже понял, что значит потерять одну женщину у двери, и не хотел смотреть, как другая делает тот же шаг.
— Вы сами сказали, что не позволите мне быть ключом Совета, — сказала Ника.
— Я говорил не для того, чтобы вы стали ключом замка.
— А если это не замок просит?
Она посмотрела на Сайру.
Девочка не умоляла. И не приказывала. Она просто держалась за её руку, как ребёнок держится за единственного взрослого, который может дойти туда, куда остальные не могут.
Бренн тихо сказал:
— Если ключница закроет дверь изнутри, клятва завершится.
Эйвард даже не взглянул на него.
— Цена?
Канцлер молчал.
Ариса ответила вместо него:
— Дверь выпускает не всех.
Руна у стены закрыла лицо руками.
Тарвин опустил голову.
Ника почувствовала, как пальцы Эйварда сжались на краю серебряной линии порога. Он не мог войти. И от этого его бессилие было почти осязаемым.
— Ника, — сказал он тихо. — Я найду другой путь.
Она хотела поверить.
Очень хотела.
Но белая комната уже светлела изнутри. За окном коридора небо становилось серым. Рассвет подходил к замку, а вместе с ним — Совет, клятва, цена, которую кто-то всё равно заплатит. Если не она, то Сайра. Если не Сайра, то сердце рода. Если Эйвард сорвётся — Бренн получит свой повод. Если они будут ждать — дверь сама выберет.
Ника посмотрела на три молчащих ключа.
Они больше не молчали.
Они дышали в её руке, как одно маленькое сердце.
— Тогда ищите быстро, — сказала она.
Эйвард побледнел.
— Ника.
— Я не обещаю умирать.
Губы дрогнули, но улыбки не вышло.
— Я вообще очень плохо выполняю чужие ожидания.
Он смотрел на неё так, будто пытался запомнить каждую черту чужого лица, под которым наконец увидел её саму.
— Не закрывайте за собой, пока я не скажу, — произнёс он.
— А вы не ломайте замок, пока я внутри.
— Это хуже, чем пугающее обещание.
— Зато честное.
На миг между ними возникло то невозможное тепло, которому не было места у белой двери. Не любовь ещё. Не признание. Но выбор стоять друг напротив друга без лжи.
Сайра потянула её за руку.
Белая дверь за спиной Ники начала открываться глубже.
Не в комнату.
Внутрь клятвы.
И Ника шагнула туда, где дверь должна была закрыться изнутри.
Дверь, которую открывают изнутри
Дверь, которую открывают изнутри
Белая дверь не закрылась за Никой сразу.
Сначала она словно вдохнула.
