Долгая смена - Александр Науменко

Он больше не был просто начальником смены. Теперь он являлся орудием возмездия, как бы это пафосна не звучало.

— Разрешаю пуск по плану «Меч возмездия». Цели, по приложению номер три. Выполнять.

Кровь у Олега застучала в висках, заглушая все остальные звуки. Он видел, как Зуев, бледный как полотно, с выступившими каплями пота на лбу, накрыл ладонью прозрачный колпак над кнопкой «ПУСК» на своём пульте. Рука на мгновение замерла, а затем резко, с почти физическим усилием, ушла вниз.

— Шахты один-шесть, комплекс «Сармат», запуск подтверждён!

Голос мужчины сорвался на высокую, почти истерическую ноту, но слова всё же прозвучали. И тут сознание Олега, отказавшись воспринимать реальность, выдало ему картину. Яркую, детальную, ужасающую.

Где-то далеко отсюда, в сибирской тайге, многотонные стальные крышки шахт, залитые дождем, с грохотом, который не слышен здесь, уходят в стороны. Из чрева земли, окутанные клубами ослепительного пламени и дыма, медленно, словно нехотя, выползают в ночь белоснежные исполины, межконтинентальные баллистические ракеты РС-28 «Сармат». Они отрываются от земли, и столпы огня выжигают всё вокруг. Набирая скорость, они пронзают облака, оставляя в небе спиральные следы, и устремляются в черноту космоса, неся в своих головных частях десятки боевых блоков, каждый, с именем города-мишени.

— Подвижные грунтовые комплексы «Ярс», Тверская область, пуск выполнен!

Это уже докладывал Плетнёв. Пальцы вновь и вновь летали по сенсорным экранам, распределяя цели.

— Восемь ракет в воздухе!

И тут же Олег вновь представил, как в мокром осеннем лесу, с замаскированных позиций, вздымая грязь и щебень, стартуют другие ракеты. РС-24 «Ярс». Более легкие, юркие. Они взмывают сквозь мокрые ветви елей. Их двигатели на миг озаряют вспышкой серый предрассветный горизонт, и они тоже уходят на запад, неся разделяющиеся головные части.

Сидоров, не отрываясь от своего пульта, крикнул:

— С полигона, старт двух экспериментальных ракет 9M730 «Буревестник»! Ядерные силовые установки активны!

И это было самым жутким. Крылатая ракета с ядерным двигателем, «Буревестник». Летающий Чернобыль. Лейтенант представил её скользящей на малой высоте над волнами Северного Ледовитого океана, бесшумную, неумолимую, с реактором в брюхе, способную обойти любую ПРО и лететь сутками, если понадобится. Призрак, несущий радиационную заразу.

Внезапно сзади раздался тихий, срывающийся шёпот. Это был Зуев. Он сидел, уставившись в свой монитор, где горели отметки о успешных пусках, и шептал, крепко сжимая в руке тот самый ключ-токен:

— Господи, помилуй нас, грешных… Господи, прости… не ведали… что творим…

Его слова повисли в воздухе, всеми понятые. Техник-интендант Огурцов, обычно такой собранный, закрыл лицо ладонями, и так и замер, согнувшись в кресле. Его спина вздрагивала. Капитан Грешин, который полчаса назад листал журнал с голыми девушками, тупо уставился в пустоту перед собой, и его взгляд был стеклянным и пустым. Он видел не стену бункера, а нечто иное, возможно, лицо жены или своих детей, которых только что приговорили к небытию.

— Отслеживаю пуски противника! — крикнул вдруг Грешин, резко приходя в себя, будто дёрнул кто-то в его голове рубильник, и его голос вернул всех к кошмарной реальности. — LGM-30 Minuteman III с баз в Вайоминге и Монтане… БРПЛ Trident II с подлодок Ohio в Норвежском море… Крылатые ракеты с B-52H… Цели… цели по всей европейской части! Идут к нам!

Вязников смотрел на зелёные индикаторы герметичности на своём пульте. Его мир, его рутина, его планы на отпуск в Краснодар, всё это было сметено в небытие за какие-то минуты. Он был инженером, отвечавшим за воздух. И он только что помог запечатать саркофаг для себя и своих товарищей, в то время как снаружи начинался Судный день. Он чувствовал лишь леденящую пустоту и оглушительный гул собственного сердца. Всё было кончено. И они это прекрасно знали.

* * *

> В небе над Северной Америкой, окутанной ночной тьмой, висели спутники SBIRS. Холодные, безмолвные глаза, следящие за землёй. Но в эту ночь угроза пришла не с востока. Она родилась внутри. Их инфракрасные сенсоры уловили ответные вспышки с российских подлодок и шахт, но было уже поздно. Не одну. Не десять. Это был не конец. Это было только самое начало.

Первые американские «Минитмены» вырвались из бетонных колодцев на базе Малмстром. Белое пламя прожгло тьму, оставив за собой клубы чёрного дыма и оглушительный гул, который никто не услышал. Люди в ближайших домах уже спали, не зная, что это их последняя ночь. Ракеты LGM-30G взмывали ввысь, набирая скорость, разделяя боеголовки W87, по одной на Москву, Питер, Екатеринбург, Новосибирск. Каждая, с мощностью в 300 килотонн. Каждая, окончательный смертельный приговор.

В Норвежском море, в глубине, из-подо льда, всплыли «Огайо, подобно чудовищам из мифов». Из их шахт, как из чрева дракона, одна за другой выстрелили «Трайденты», UGM-133A. Маршевые двигатели загорелись уже в воздухе, и они, словно стая мстительных птиц, устремились на юго-восток. Цели, командные пункты под Тверью, базы РВСН под Иркутском, узлы связи в Омской области… Там, в глубине лесов, прятались резервные командные пункты. Американцы знали: чтобы выжить, надо убить всё.

И тогда с земли ответили. Из сибирской тайги, из-под толщи вечной мерзлоты, с грохотом, сотрясающим землю на десятки километров, открылись крышки шахт «Сарматов». РС-28, «Сатана-2», как называли её в НАТО, поднялась в небо, окутанная огнём. Её масса, 200 тонн, длина, 35 метров. В головной части, три боеголовки «Авангард», машина, гиперзвуковой планирующий аппарат с термоядерным зарядом мощностью 2 мегатонны. Каждая, гиперзвуковая, способная менять траекторию, обходить ПРО, как будто её не существует вообще. Цели, Вашингтон, Нью-Йорк, Чикаго, Денвер, Лос-Анджелес. Но не только города. Базы ПРО в Грили, радары в Тиле, командные центры в Колорадо-Спрингс. Всё должно быть стёрто.

Из Тверской области, из-под маскировочных сетей, поднялись «Ярсы». РС-24, подвижный комплекс, незаметный до последнего мгновения. Их старт был короче, резче. Двигатели взревели, поднимая тучи грязи и листвы. Ракеты взмывали почти вертикально, чтобы через минуту разделить боеголовки по Польше, Германии, Италии, Великобритании. Лондон. Берлин. Рим. Все они, центры НАТО, узлы управления, аэродромы с бомбардировщиками B-2 и B-52, готовыми нести «Б61», тактические ядерные бомбы.

И тогда в небо поднялось самое настоящее проклятие. С закрытого полигона на севере Архангельской области стартовали две ракеты 9M730 «Буревестник». Крылатые, также неуловимые для радаров, с ядерной силовой установкой в хвосте, они ушли на предельно малой высоте, взяв курс на запад, через Гренландию, Канаду,