Святой и благоверный великий князь Александр Невский - Николай Андреевич Клепинин
Мученичество св. Михаила — соперника Ярослава и св. Александра на новгородском княжении — тем более замечательно, что предшествующая жизнь его не была героической. При приближении Батыя к Киеву св. Михаил бежал в Угрию, оставив свое княжество обороняться собственными силами. Не князь, а киевский посадник Димитрий мужественно защищал город. Киев был взят и разграблен. Св. Михаил после многолетних скитаний за рубежом вернулся на Русь и поселился в Чернигове. Оттуда Батый вызвал его в Орду. Духовный отец князя — Иоанн — увещевал св. Михаила и его спутника боярина Феодора не поклоняться идолам и не исполнять татарских очистительных обрядов. Когда св. Михаил и Феодор дали это обещание, он благословил их на поездку и дал в путь запасные св. Дары.
По приезде св. Михаила в Орду татары по установленному обычаю стали принуждать его пройти между огнями, чтобы подвергнуться очищению, прежде чем предстать перед Батыем. Дойдя до костров, князь Михаил и Феодор отказались исполнить обряд. Оставив их на этом месте, татары послали к Батыю поведать ему о неповиновении русского князя. Батый «взъярився еси» и послал своего стольника Елдегу передать князю: «Отселе избери себе живот или смерть: аще повеление мое сътвориши, жив будеши и великое княжение свое все восприимеши, аще ли не пройдеши сквозь огнь и не поклонишися кусту и солнцу и идолом, то злою смертию умреши». Выслушав эти слова, князь Михаил повторно отказался исполнить обряд. Тогда Елдега угрожающе сказал ему: «Михаиле, ведаа будешь яко мертв еси». Св. Михаил отвечал: «Аз того хощу еже за Христа пострадати».
Вокруг св. Михаила и Елдеги собралась толпа. Среди нее был внук св. Михаила молодой ростовский князь Борис Василькович, сын умученного татарами Василька, и его бояре, которые приехали к этому времени в Орду за ярлыком. Борис, слыша слова Елдеги, с плачем стал убеждать деда исполнить приказ хана. Ростовские бояре, поддерживая своего князя, обещали принять епитимью за нарушение обета на себя и на всю свою волость.
Тогда боярин Феодор, видя слезы Бориса и слыша убеждения ростовских бояр, испугался, что его князь ослабеет духом, вспомнив о своей земле, жене и детях, и сдастся на их просьбы. Он начал убеждать Михаила, говоря: «Помнишь ли, Михаиле, слово отца своего духовнаго, аще учаше нас от святого Евангелия? Рече бо Господь: иже хощет душу свою спасти, погубит ю; а иже погубит душу свою мене ради, той спасет ю;..иже бо постыдится Мене и Моих словес в роде сем и Сын Человеческий постыдится его».
Борис и ростовцы не переставали умолять св. Михаила покориться хану. Тогда св. Михаил снял с себя княжеский плащ, бросил его ростовцам и сказал: «Приимите сего света славу, аще вы ею хощете».
Елдега, услышав, что увещевания не подействовали на князя, поскакал опять к Батыю. Св. Михаил и Феодор начали петь церковные песни и, взяв св. Дары, причастились. В это время ростовцы закричали: «Михаиле, идут от царя убийцы убивати вас; поклонитеся и живы будете». Но Михаил и Феодор отвечали: «Не кланяевеся, ни слушаеве вас, славы ради света сего» и продолжали петь. Убийцы соскочили с коней, схватили св. Михаила, бросили на землю и, держа за руки и ноги, стали топтать и бить по сердцу. Один христианин вероотступник, по имени Дамас, мечом отсек князю голову. Потом они убили Феодора и бросили тела обоих мучеников в степи.
Это случилось 20 сентября, за неделю до смерти Ярослава в монгольских степях.
71
Изречение 29 (цит. по: Иванов Вс. Мы. С. 92).
72
Рашид-ад-Дин. Сборник летописей.
73
Voyage remarquable de Gullaume de Rubriquis, envoye en Ambassade par Le roi Louis IX, en differentes parties de L'Orient: principalement en Tartarie et en Chine. La Haye, 1735. P. 106.
74
Voyages tres curieux... P. 10, 11.
75
Ibid. P. 12.
76
ПСРЛ. Т. XV. С. 396.
77
Там же. Т. I. С, 202; там же. Т. III. С. 54; там же. Т. IV. С. 38.
78
Там же. Т. VII. С. 159.
79
Татищев высказал предположение, что Сартак послал орду на Андрея по проискам св. Александра, обиженного неправильным разделом княжений. Карамзин считал это вымыслом Татищева. Позднейшие историки (напр., Соловьев, Иловайский и др.) присоединяются к мнению Татищева. Беляев подверг этот вопрос особому исследованию (Великий князь Александр Ярославович Невский, Временник об. И. и Др. 4, 18), придя к выводам, обратным выводу Татищева.
На чем основывается обвинение, выставленное Татищевым и поддержанное другими историками? На том, что св. Александр был в 1252 году у Сартака (причем в летописи не указано, до, во время или после нашествия Неврюя), что он был обижен Андреем, что до нас дошли слова Андрея: «Доколе будем наводить друг на друга татар». Эти слова предполагают факт жалобы. Но от кого она исходила? На это нет указаний, и остается делать на этот счет предположения. Татищев, а за ним и другие предполагают, что жалоба исходила от св. Александра. Между тем если сопоставить другие события того времени, то все данные побуждают дать на это иной ответ. В 1250 году Андрей сел на Владимирское княжение, на котором до этого времени был его дядя Святослав Всеволодович. Суздальская летопись (ПСРЛ. Т. I. С. 202), говорит об этом: «Прогна Андрей Святослава, а сам седе». В 1250 году Святослав поехал в Орду. Князь, управляющий своим княжеством, мог ехать в Орду за льготами или по вызову хана. Князь, лишившийся удела, мог ехать только с жалобой. Единственной целью поездки Святослава в Орду могла быть жалоба на племянника и попытка получить ярлык. По всей вероятности, у Святослава были сторонники в самом Владимире, которые и могли донести хану о замышляемом Андреем при поддержке Даниила Галицкого восстании, чтобы этим помочь своему князю вернуть княжение. Суздальская летопись относит смерть Святослава к 1252 году, т. е. как раз к году нашествия Неврюя. Таким образом, если Святослав и добился ярлыка на Владимирское княжение, то после бегства Андрея он не мог стать великим
