В машине с бывшим - Марго Олейник
— Почему это место твое секретное? Ты тут раньше был? Глэмпинг ведь совсем недавно открылся.
Игорь улыбается, и в его глазах мелькает что-то теплое и знакомое.
— Да потому, что это место построил мой старый друг. Я помогал ему здесь, когда все только начиналось. Знаешь, бревна таскали, фундамент заливали. — Он делает паузу, словно вспоминая что-то приятное. — А потом я предложил Игнату с Алиной это место. Решил, что оно отлично подойдёт под их свадьбу.
Я чувствую легкий ветерок на коже и потягиваю терпкий чай.
— То есть, ты уже, считай, местный житель? — поддразниваю я, ощущая, как поднимается настроение.
— Вроде того, — смеется он. — Это место я знаю как свои пять пальцев.
И я не замечаю, как проносятся часы. За разговорами о жизни, о работе, о планах, время летит незаметно. Спрашиваю про его мотоциклы, он — про мои увлечения. Кажется, что мы виделись только вчера. Только легкий холодок начинает пробирать, как я замечаю, что солнце уже давно скрылось за горизонтом.
— Ой, я совсем замерзла, кажется, — говорю, кутаясь в шарф.
— Намёк понял, — Игорь встает. — Пойдем, я провожу тебя до шале.
Поднимаюсь с лавочки, и мы медленно идем по освещенной фонариками тропинке. Снег приятно хрустит под ногами, и я чувствую его руку у себя на спине.
— Спасибо, — шепчу я.
Подходим к моему шале. В окнах темно.
Андрей и Игнат, наверное, еще не вернулись, или уже спят.
— Спасибо, что проводил, — говорю я, чувствуя легкое покалывание на щеках от мороза.
Игорь кивает:
— Спокойной ночи, Мира. Рад был встрече.
Замираю на секунду, глядя в его темные глаза.
— Я тоже, Игорь. Очень.
В шале царит приятный полумрак, только лунный свет пробивается сквозь неплотно задернутые шторы. Снимаю сапоги, иду дальше. Курток парней не видать, как и их ботинок. Значит, не вернулись еще.
Напевая себе под нос, кружусь по гостиной, направляясь к кухне. Нужно согреться. Пока чайник закипает, я успеваю забежать в спальню. Сбрасываю одежду и надеваю любимую футболочку. Возвращаюсь на кухню, где уже свистит чайник. Не хочется делать чай. Сейчас организм требует просто горячей воды.
Когда допиваю, ставлю кружку на край раковины. Подумать только! Завтра 31 декабря, свадьба Алины и Игната. Новый год, новая глава. В груди разливается приятное тепло. Искренне радуюсь за друзей. Как же долго они шли к этому дню! И я рада, что мне посчастливилось оказаться рядом.
Иду в свою комнату, умываюсь прохладной водой, стирая остатки косметики. Затем забираюсь под теплое одеяло. Сквозь сон слышу, как открывается входная дверь, а затем что-то с грохотом падает на пол. Резко просыпаюсь, сердце колотится. Подрываюсь с кровати и бегу в гостиную. Что же случилось?
Глава 17
Сердце колотится где-то в горле, заставляя меня сорваться с места. Пулей вылетаю из комнаты, надеясь понять, что случилось. Гостиная пуста, но дверь в комнату Андрея распахнута настежь, и оттуда доносится звук рвоты. Ноги сами несут меня в спальню бывшего.
Осторожно заглядываю в комнату. Звук спускаемого бачка разрывает тишину, а затем — шум льющейся воды. Андрей выходит из ванной, бледнее мела. Он не смотрит на меня. Просто тяжело опускается на кровать, не говоря ни слова.
Мое сердце все еще стучит как бешеное, но я стараюсь взять себя в руки.
— Тебе принести воды? — спрашиваю я, стараясь говорить как можно спокойнее.
Андрей едва заметно пожимает плечами, даже не поднимая на меня взгляда. Кажется, ему все равно. Не теряя ни секунды, иду на кухню, наполняю стакан прохладной водой и возвращаюсь в спальню.
Андрей лежит на кровати, совершенно обессиленный. Аккуратно присаживаюсь рядом и осторожно приподнимаю его голову. Он кажется таким хрупким сейчас. Поднеся стакан к его губам, слежу, как он делает несколько маленьких глотков. Вода стекает по подбородку, и я нежно вытираю ее тыльной стороной ладони.
— Что случилось? Отравился чем-то? Что ты ел? — спрашиваю я, стараясь уловить малейшие изменения в его лице.
Он снова пожимает плечами, словно ему трудно говорить.
— Сегодня весь день был в городе… смотрел объекты… с одним из… потенциальных партнеров… перекусили… в ресторане. — Его голос звучит слабо и сбивчиво. — Салат… с красной рыбой… и сыром.
Не успеваю я ничего ответить, как его лицо искажается гримасой боли. Он едва успевает встать с кровати и, шатаясь, направляется снова в ванную. Снова этот тошнотворный звук рвоты, пронзающий тишину. Я сижу на кровати, чувствуя беспомощность.
Андрей возвращается спустя пять минут, шатаясь. Никогда ещё не видела его таким бледным.
— Тебе нужно в больницу, — говорю твердо. — Я вызываю скорую.
— Нет, — хрипит он, отмахиваясь слабой рукой. — Все пройдет. Просто отравление.
Что-то в его взгляде и в этой неестественной бледности, не дает мне покоя. Подхожу ближе и тянусь рукой к его лбу. Мои пальцы касаются его кожи, и я вздрагиваю. Он просто ледяной.
— Андрей! — хмурюсь я и беру его за руку. Его пальцы, словно сосульки.
— Я… я просто замерз. Пока шел от машины, — шепчет он, отстранясь. — Все нормально.
— Не нормально! — мой голос дрожит то ли от раздражения, то ли от волнения. — Ты весь дрожишь. Я вызываю скорую.
Тянусь к телефону, но он вдруг резко дергается, хватаясь за живот. Не успевает дойти до ванной. Я отшатываюсь, когда его снова рвет, на этот раз прямо в мусорное ведро, которое удачно оказалось рядом. Стою, глядя на него в растерянности, и вижу, как его тело сотрясают спазмы.
Волнение комкает горло. Я застываю, не в силах оторвать взгляда от Андрея, согнувшегося над мусорным ведром. Тошнотворный запах кислоты заполняет комнату, ударяя в нос.
В этот момент в шале врывается свежий воздух и энергичный голос:
— Мира, поздравь меня! Катя меня посылала из-за того, что она сотрудник глэмпинга, а я гость, и тогда я пошёл договариваться с её руководителем, и он дал до…
Егор замирает посреди гостиной и в упор смотрит на нас.
— Что тут у вас?
— Андрею плохо. Сильное отравление, кажется. Я хотела вызвать скорую, но эта падла белобрысая со мной спорит.
Чувствую, как мои пальцы судорожно сжимают телефон.
Егор подходит ближе, окидывая Андрея внимательным взглядом.
— Мира права. Тут без вариантов, скорая нужна.
Андрей что-то несогласно овтечает.
— Старик, не упрямься. Это не шутки.
Андрей поднимает на нас усталый взгляд:
— Не хочу… свадьба же… не надо никого тревожить.
Его голос — еле слышный шепот. Егор качает головой.
— Брось, Андрей. Сейчас главное — ты. Гораздо хуже будет вместо
