В машине с бывшим - Марго Олейник

этот поцелуй всю свою любовь, благодарность и предвкушение предстоящей поездки. Андрей отвечает на мой поцелуй с не меньшей страстью, крепко сжимая меня в объятиях, словно боясь, что я могу исчезнуть, растаять, как утренний туман. Я чувствую его тепло, его силу, его любовь, и мне кажется, что в этот момент мир вокруг перестает существовать, есть только мы двое.

Но наши объятия обрываются так же внезапно, как и начались, когда на кухню с диким восторженным криком врываются наши дети. Первой прибегает Амелия, размахивая в руках моим фотоаппаратом, который она еле удерживает в своих маленьких ладошках. За ней, словно маленькая комета, влетает Лео, покрытый с ног до головы золотыми блестками. Они сияют в его волосах, на щеках, на ресницах, на одежде. Он похож на маленького ангела, спустившегося с небес.

— Мы все сделали! Готово! Готово! — кричат они в один голос, перебивая друг друга, их глаза светятся от гордости за проделанную работу.

Андрей отстраняется от меня и, смеясь, аккуратно забирает из рук Амелии фотоаппарат, чтобы тот не разбился. Он бережно кладет его на мраморную столешницу кухонного острова. Затем, словно молния, подхватывает обоих детей — и Амелию, и Лео — на руки и, хохоча, начинает кружить их по кухне. Их визги, полные восторга, наполняют комнату звонким эхом.

Я стою, прислонившись к столешнице, и с улыбкой наблюдаю за этой картиной. Их смех, их счастье — это бальзам на мое сердце. Я поднимаю со стола фотоаппарат — тот самый подарок Андрея на одну из годовщин нашей свадьбы — и украдкой делаю кадр: счастливый Андрей с нашими детьми в объятиях. Свет льется из огромных окон, освещая их смеющиеся лица. Получается просто идеальный снимок.

Я закусываю губу, чтобы не расплакаться от переполняющих меня чувств, и нежно улыбаюсь, глядя на свою семью. Как же я счастлива!

Внезапно Андрей останавливается, хватается за голову и говорит с притворным стоном:

— Ой, все, у папы закружилась голова! Больше не могу!

Он осторожно ставит детей на пол, и они тут же, словно маленькие энерджайзеры, начинают бегать вокруг него.

Лео, с сияющими от счастья глазами, подбегает ко мне, хватает за руку и тянет за собой.

— Мама, пойдем! Пойдем скорее! Я тебе кое-что покажу! — говорит он взволнованно.

Я позволяю ему увлечь меня за собой, и мы вместе направляемся в мастерскую. Переступая порог, я вижу, что все слова Андрея — чистая правда. Пол буквально засыпан мерцающим ковром из золотых блесток. Они переливаются в лучах солнца, проникающих сквозь окно, создавая сказочную атмосферу.

Мой взгляд сразу же приковывают поделки, которые Андрей и Лео сделали для меня и Амелии. В центре комнаты стоит самая настоящая игрушечная карусель, сделанная из дерева. Лошадки и единороги, правда, выглядят немного неказисто, но от этого они кажутся еще более трогательными и ценными.

— Это я сделал! — с гордостью говорит Лео, показывая рукой на эти фигурки.

— Молодец, сынок! У тебя отлично получилось! — хвалю я его, искренне восхищаясь его стараниями. Амелия тоже в восторге от карусели и пытается дотянуться до нее своими маленькими ручками.

Оторвав взгляд от карусели, я окидываю взглядом мастерскую. За последние пару лет она стала для Андрея настоящим убежищем, местом, где он может реализовывать свой творческий потенциал. Здесь он делал различные изделия на заказ, проявляя себя не только как успешный бизнесмен, перепродающий и сдающий в аренду недвижимость, но и как талантливый ремесленник.

На стенах висят фотографии — мои работы. Мои снимки украшают не только стены мастерской, но и раскрученные мировые глянцевые журналы, а иногда даже попадают на выставки.

И вдруг мой взгляд останавливается на одном снимке. На нем — милый, уютный деревянный дом, с зеленым лужайкой и яблоневым садом. Тот самый дом мечты, в котором я теперь живу со своей семьей. Дом, наполненный любовью, счастьем и золотыми блестками. На его фоне мы с Андреем стоим в обнимку ещё не зная, что через восемь месяцев я рожу Лео.

В этот момент, когда я стою, погруженная в воспоминания и накрытая волной нежности, ко мне вновь подходит Андрей. Его глаза сияют любовью, и он притягивает меня к себе, накрывая мои губы страстным поцелуем. Меня захлестывает волна эмоций: воспоминания о нашем прошлом, благодарность за настоящее и предвкушение счастливого будущего. Я отвечаю на его поцелуй с не меньшей страстью, прижимаюсь к нему всем телом, ощущая его тепло и силу. Мои руки невольно закидываются на его сильные, мускулистые плечи, и я чувствую, как его мышцы напрягаются под моими пальцами.

Внезапно мы слышим звук.

— Фууу! — раздается смущенный голос Лео. Он, видимо, не в восторге от проявления нашей любви на глазах у всех. Но Амелия, наоборот, хлопает в ладоши, заливаясь звонким смехом.

— Еще! Еще! — кричит она радостно, словно наблюдает за забавным представлением.

Я слегка отстраняюсь от Андрея, с улыбкой глядя на наших детей.

Усмехнувшись, я отстраняюсь от Андрея и перевожу взгляд на детей, нежно улыбаясь.

— Ну что, мои сладкие, кто у нас тут будет медовый торт? — спрашиваю я, лукаво глядя на Лео и Амелию.

Не успеваю договорить, как Лео и Амелия, словно сговорившись, наперебой кричат:

— Я! Я буду медовый торт!

Мой смех разносится по всей мастерской.

— А вот и неправильно! — говорю я, поддразнивая их. — Медовый торт сегодня буду я!

С этими словами я срываюь с места и, смеясь, выбегаю из мастерской. Лео и Амелия, подхваченные порывом веселья, тут же бросаются следом за мной. Их звонкий смех эхом разносится по дому.

Оглядываюсь назад и вижу Андрея, прислонившегося к дверному косяку. В его глазах — любовь и нежность. Я показываю ему язык, шутливо пригрозив:

— А тебе, дорогой, медовика сегодня точно не достанется!

Счастливые дети продолжают преследовать меня, а Андрей остается стоять в дверях мастерской, с улыбкой наблюдая за нашей игрой. В этот момент я понимаю, что это и есть абсолютное счастье. И как же замечательно, что когда-то давно я нашла в себе силы справиться с отчаянием и довериться судьбе.