Не смотри в мои глаза - Анара Саган

направился в приемную и заперся изнутри с очередной ассистенткой, поэтому сейчас мне нужно как можно быстрее и как можно дальше бежать от приемной и от одной конкретной ассистентки. Адреналин бьет по венам и я заставляю себя свернуть и направиться к парковке.

Айдар всегда говорил, что настоящий друг — не тот, кто подкидывает советы, а тот, кто подкидывает перчатки.

Через сорок минут я уже в его баре. Здесь — как всегда: на входе гремит музыка, за стойкой — какая-то знакомая девушка, с которой я когда-то точно флиртовал, а может, и больше, но ни лица, ни имени уже не помню. Они все слились в одно, в прошлое, которым я не горжусь. Она кивает, молча, и указывает на дверь, ведущую в зал для своих.

Спортивная зона внизу пахнет потом, кожей и сосредоточенностью. Здесь никто не спрашивает "как дела", здесь вообще мало кто разговаривает. Сюда приходят выпустить мысли, облекая слова в удары.

Айдар спрыгивает с ринга с мокрой спиной, хватает полотенце с подставки и вытирает шею. Подойдя ближе и увидев мое лицо, присвистывает, он как всегда считывает все за секунду.

— Штангу или грушу? — без лишних слов уточняет друг.

Я выбираю грушу. Айдар включает музыку громче и молча кидает перчатки.

Первые удары — глухие, яростные. Дыхание прерывистое. Перед глазами встает лицо Валькова. Потом я думаю об Ане и успокаиваюсь. Я должен побороть себя. Но потом в воспоминаниях всплывает Алексей, как он подаёт ей плед, как она улыбается. Черт. Глупо, но слишком больно колет внутри.

Когда я выдыхаюсь, напряжение спадает и я поворачиваюсь к другу, который внимательно разглядывает меня. Бросает бутылку воды, которую я осушаю парой глотков.

— Кто на этот раз? — просто спрашивает он.

— Инвесторы. Один из них решил, что имеет право обсуждать Ану, как реквизит. И отпускать пошлые шуточки в ее адрес, — у меня снова сжимаются кулаки. Бросаю бутылку с расстояния в урну в углу, в меткости мне не откажешь.

Айдар усмехается, будто и не удивлён.

— Ну... ты же сам знаешь, какие они. Бабки, связи, дипломы — но внутри как хищники. Только не настоящие, а цирковые. Всегда голодные. — Айдар замолкает, сузив глаза: — Ты его в лицо?

— Сдержался. Пока.

Айдар молчит, присаживается на скамейку под стеной и смотрит на меня внимательно. Как человек, который слишком многое видел в жизни и слишком хорошо меня знает.

— Ты сам понимаешь, да? — наконец говорит он.

— Что?

— Что ты уже по уши. Даже если в это не веришь и не хочешь признаваться хотя бы самому себе.

Я молчу.

— Арс, ты никогда не злился из-за кого-то просто так. Только если за своих. За семью. — Айдар поднимает брови. — Что между вами? Она стала «своей»?

— Я не знаю, — отвечаю честно, вытирая пот со лба. — Я не понимаю, что это. Она... будто вошла в мою жизнь, тихо, через щель в сердце… — замолкаю, чтобы перевести дыхание. — И теперь я её слышу в каждой тишине.

Айдар кивает. Потом вдруг мягко говорит:

— Тишина — она громче крика. Только не все умеют слушать.

Мы оба молчим. Я опускаюсь на скамью рядом с ним, сбрасываю перчатки. Плечи пульсируют от усталости, но внутри становится чуть легче.

— Она боится меня, Айдар.

— Нет, брат. Она боится, что ты боишься её. Боишься впустить и потому не понимает причин, почему ты отталкиваешь ее, — тяжело вздыхает и качает головой. Потом поворачивается и пристально смотрит мне в глаза. — Но если ты её не собираешься отпускать — не отпускай наполовину. Сломанный или нет — будь с ней честен. Только это работает.

Я поднимаю на него взгляд. Он говорит так, словно сам проходил через что-то подобное. Словно в его жизни было что-то, что я упустил. Черт, а я тот еще мудак и хреновый друг.

— Пойдем, выпьем. За счет заведения. — говорит Айдар, хлопнув меня по плечу, а потом разражается смехом. — Давай, разберись уже со своими демонами, а то вы меня разорите такими частыми визитами.

Улыбаюсь. Ощущаю легкость и плетусь следом за Айдаром наверх к бару. В груди что-то поднимается. Наверное, надежда.

POV Ана

— Нужно будет уточнить подтверждённый список гостей до конца недели, — Арсен говорит, не отрывая взгляда от планшета. Его голос ровный, чуть приглушённый, и, как ни странно, больше не режет по нервам. — Учитывая, кто из партнёров приглашён, ошибки быть не должно.

Я киваю и быстро записываю в блокнот. Пальцы чуть дрожат — не от страха. Просто он слишком близко. И слишком спокоен. А я не могу понять, почему это так выбивает меня из привычного ритма.

— Цветы на столах. Минимализм, никаких загромождений. Лучше что-то нейтральное, максимум пастель, — он на секунду смотрит вбок, будто пытается представить это. — И без резкого запаха. Выбери неаллергенные. Там будут дети.

Я обращаю внимание на то, что он помнит о детях и беспокоится об их комфорте . Я почему-то удивляюсь этому. Обычно он всегда говорил о мероприятиях как о задачах, как о цифрах и строках в бюджете. А тут вдруг забота о деталях. Незаметная, но настоящая.

— Поняла, — я пишу дальше. Страницы шуршат. Он не перебивает, даже наоборот — ждёт, пока я закончу. Не спрашивает, почему мне проще с бумажным носителем, а не так же — на планшете.

— Ещё по кейтерингу, — продолжает он, мягче, чем раньше. — Скажи, если нужна будет помощь в переговорах. С теми, с кем тяжело — я могу подключиться.

Я поднимаю взгляд. Арсен по-прежнему смотрит в планшет, но в голосе — ни тени раздражения, ни укола. Я не узнаю его.

— Я уже договорилась с «Ла Дольче» на фуршет и десерты. Остались напитки и сервировка, — осторожно говорю я, ожидая его реакции.

— Хорошо, — кивает он. — Это разумно.

Я чуть не улыбаюсь, потому что раньше он бы сказал: «Проверь, справятся ли они с объёмом» или «Не рано ли ты решила, что всё согласовано?». А теперь — «разумно».

Что с ним произошло? Вчера после совещания с инвесторами он вылетел из офиса, не сказав ни слова. Мне казалось, он готов разнести тут все. Интересно, что случилось там, когда я уже ушла? Неужели кто-то из гостей сказал что-то не то или отказался от участия? Я вспомнила липкий взгляд одного из инвесторов, как неприятно мне было, когда во время презентации он смотрел и облизывал губы. Мерзко.

— Ана? — его голос возвращает меня в реальность. — Всё нормально?

— Да, — выдыхаю я. — Просто… думаю о логистике.

Он снова поворачивается к окну и смотрит