Снежная Принцесса Для Дракона - Алекса Рид
Я села на низкую скамью рядом с ним. — Не знаю, — честно призналась. — Вроде бы всё хорошо, но внутри всё перевернулось. И страшно, и… интересно.
— Это нормально, — кивнул он, не переставая вязать. — Страх — хороший советчик, если не давать ему управлять тобой. Ты вчера очень хорошо себя показала. И в бою, и в созидании. Многие забывают, что истинная сила, не в том, чтобы разрушать, а в том, чтобы создавать и защищать созданное.
— Рони говорил что-то подобное, — заметила я. — Что его задача — защищать… ну тт таких, как я.
Нурак тихо рассмеялся. — Рони хороший солдат. Он видит угрозы повсюду, потому что привык к ним. Но мудрость в том, чтобы понимать: если нет насилия, то и защищаться не от чего. Твоя морозильная камера — это акт мира. Продолжения жизни. Это куда важнее, чем любой щит.
Его слова согревали изнутри. Я вспомнила Луниана, его тихие, отчаянные попытки заставить землю ожить. Ему бы здесь понравилось. Рядом с таким учителем, как Нурак. И Кассандре… ей, наверное, сейчас тяжело и одиноко. Мысль о ней уже не вызывала прежней ревности, скорее что-то вроде грустного понимания. Надеюсь, у них всё хорошо. Обоих.
— Вы знаете, — вдруг сказал Нурак, будто подслушав мои мысли, его спицы замерли. — Я всегда восхищался смелостью таких, как твой друг Луниан. И той девушки… Кассандры, кажется? На что только не толкает настоящая любовь. Рискнуть всем. Уехать. Начать заново. Это требует характера.
Лёд пробежал по моей спине. Я застыла, уставившись на него. Откуда? Никто не должен был знать о чувствах Луниана! И о том, что Кассандра уехала с ним… это же было тайной! — Мастер Нурак, я… я не понимаю, — выдохнула я, чувствуя, как холодеют кончики пальцев.
Старый маг снова рассмеялся, но на этот раз его смех был похож на шелест страниц. — О, дитя моё, не бери в голову. Старые стены многое помнят, а старые маги умеют слушать. Не только ушами. — Он подмигнул мне. — Расслабься. Всё идёт так, как должно идти. Всё будет хорошо. Твоим друзьям, тебе, всем нам. Доверься течению.
Он снова погрузился в вязание, явственно давая понять, что тема закрыта. Я сидела, ошеломлённая, пытаясь осмыслить его слова. Он знал. Но как? Было ли это магией, простой наблюдательностью или чем-то ещё? И главное, почему он сказал об этом мне? Не королю, не страже. Чтобы успокоить? Или чтобы предупредить? Может это угроза? Не похоже…
Мои размышления прервали шаги. В зал вошли Стейси, Рони и сияющий Элиос. Утренняя неловкость мгновенно сменилась деловой атмосферой. — А, вот и наша новобранка, — сказала Стейси, её алые глаза оценивающе скользнули по мне. — Отдохнула? Поздравления принимала?
— Вроде того, — смущённо пробормотала я, вставая. — Отлично. Тогда приступим к введению в курс дела, — Стейси жестом указала на большой стол, где уже были разложены карты, схемы и несколько странных приборов. — Королевские Маги — не просто украшение двора. Мы — нервная система безопасности и стабильности.
Последующие часы пролетели в водовороте информации. Рони, к моему удивлению, оказался блестящим стратегом. Он показывал на картах слабые места в обороне королевства, объяснял систему магических маячков и часовых, которые нужно периодически проверять и подзаряжать. Его речь была лаконичной и жёсткой, но теперь я слышала за ней не злобу, а ответственность.
Стейси рассказывала о внутренней защите замка: сложной сети магических барьеров, иллюзий и ловушек, вплетённых в самые старые камни. Она также курировала магические артефакты королевской сокровищницы и их периодическую диагностику.
— Твои непосредственные обязанности, — обратилась она ко мне, — пока будут связаны с поддержанием уже существующих систем. Проверка ледяных барьеров на северной стене (тут ты незаменима), помощь в диагностике артефактов, связанных со стихией воды и льда, и, конечно, развитие твоего собственного проекта с хранилищами. Со временем, когда освоишься, добавим больше.
Элиос, отвечавший за «жизнеобеспечение» — магические сады, чистоту воды в колодцах и общее благополучие растений в замке, — уже строил планы, как мы можем совместить наши способности для улучшения урожаев в оранжереях.
Я слушала, кивала, делала пометки в предоставленном блокноте, и внутри понемногу утихал хаос. Да, это было огромно. Да, страшно. Но это была не абстрактная угроза, а конкретные задачи. Чёткие, понятные, полезные. Я ловила на себе взгляд Рони — уже без прежней неприязни, а скорее с вызовом: «Справишься?». Взгляд Стейси, оценивающий, но справедливый. И добродушное подбадривание Элиоса.
«Я не справлюсь», — мелькнула паническая мысль. Но почти сразу же её сменила другая, твёрдая, как лёд: «А ты попробуй».
Когда совещание закончилось, и маги разошлись по своим делам, я осталась в зале одна. Передо мной лежали карты, схемы, список обязанностей. Мир сузился до этих конкретных, осязаемых пунктов. Было страшно. Но впервые за долгое время этот страх шёл рука об руку не с отчаянием, а с решимостью. Я сделала глубокий вдох и потянулась к первой схеме, плану северной стены. Работа начиналась.
Глава 44 "Ты откажешь, да?"
Моя новая жизнь была соткана из четких линий и холодного порядка. То, что казалось невыносимой клеткой, стало структурированным пространством, где каждая минута имела вес и значение.
Сегодняшнее утро началось с обхода северной стены. Моя стихия стала лучшим инструментом для её поддержания. Старинные барьеры, вплетенные в кладку столетия назад, требовали тонкой настройки. Их магия подобна спящему льду, мощной, но хрупкой. Я шла вдоль зубчатых парапетов, касаясь ладонью остывшего камня, и посылала внутрь импульсы собственной силы. Лёд отзывался, оживал, заставляя древние рунические узоры вспыхивать на миг голубым светом. Это медитативная, максимально успокаивающая работа. От меня зависела безопасность сотен людей, это нервировало, но заставляло чувствовать себя значимой.
Затем — встреча с Элиосом в оранжерее. Мой проект по созданию магических ледяных хранилищ для семян и редких растений набирал обороты. Мы стояли перед первым прототипом, изящной конструкцией из прозрачного, никогда не тающего льда, внутри которой в идеальном покое пребывали сотни семян.
— Температура держится стабильно, — заметил Элиос, сверяясь с хитроумным термоскопом собственного изобретения. — Влажность идеальна. Хлоя, это гениально. Ты не представляешь, сколько редких видов мы сможем теперь сохранить.
Я улыбалась, чувствуя странную гордость. Мой дар, источник стольких бед, теперь служил жизни. Луниану бы понравилось.
После обеда бумажная работа в маленьком кабинете, который выделили мне в крыле магов. Отчеты, заявки
