В это время завтра - Тесса Бейли
— Теперь всё в порядке, — прохрипел он, и его рука плавно скользнула обратно по её позвоночнику, остановившись на пояснице, прямо под подолом её свитера.
— Элиас, — сказал он, прижимаясь щекой к её виску. — Так меня зовут. Повтори.
— Элиас, — прошептала она. — Я… Роксана.
В его груди раздался рокот.
— Добрый вечер, народ, — раздался мужской голос слева от них. Это был коп, и он достал фонарик, светя им под ноги. — Вы случайно тоже не застали то маленькое представление? Может, видели, в каком направлении побежали те девушки?
— Нет, сэр, — ответил Элиас с бесстрастным выражением лица. — Извините, ничем не можем помочь.
— Вы точно в этом уверены? — Коп наклонил голову, мазнув взглядом по Роксане, и пальцы Элиаса крепче сжались на её пояснице. — Паре людей показалось, что ваша спутница могла принимать в этом участие.
— Уверены, — сказал Элиас, свободной рукой залезая в свой карман и доставая оттуда…
Жетон?
— Она всё время была со мной. — Роксана успела уловить только слова «Лос-Анджелес» и аббревиатуру S.W.A.T., прежде чем Элиас снова спрятал жетон. — Но мы будем рады сообщить вам, если что-нибудь выясним.
Офицер покачался на пятках. — Моя ошибка, брат. — Он кивнул и пошел своей работой. — Приятного отдыха в Вегасе.
— Спасибо.
Роксана моргнула, пытаясь совместить этого принца тьмы со своими представлениями о правоохранительных органах. Разве они не должны быть по разные стороны баррикад? Более того, в мире, где она выросла, те, кто обеспечивал соблюдение человеческих правил, были препятствиями, которых следовало избегать. Она никогда не вступала ни с одним из них в сколько-нибудь значимый контакт. — Можно мне одолжить этот жетон?
Он прищурил один глаз. — Как думаешь, устроительница разгромов?
— Похоже на «нет».
— Значит, твой английский идеален.
Смех вырвался у Роксаны, удивив её саму. Обычно она смеялась над мужчинами, а не вместе с ними, над этими бедными идиотами. Уж они-то точно никогда не заставали её врасплох более одного раза, как этот человек умудрился сделать меньше чем за час. — Мне пора возвращаться к подругам. Скоро. — Она потянулась между ними и застегнула три средние пуговицы своего кардигана. — Я решила, что ты можешь повосхищаться мной еще недолго, temnota moya.
Победа в его выражении лица была смешана с облегчением, но ей позволили увидеть лишь мимолетный намек на это, прежде чем он взял свои эмоции под контроль. — Напиши своим подругам. Отправь им мою фотографию и скажи, что я веду тебя в «Encore».
Ничто не могло смутить Роксану, но по какой-то причине то, как этот мужчина заботился о её безопасности, заставило её почувствовать себя так, словно она слишком быстро падает в лифте, оставляя желудок на верхнем этаже здания. Она сделала, как он просил, тихо рассмеявшись, когда он даже не удосужился улыбнуться для фотографии, и скользнула телефоном обратно в карман юбки.
Его пальцы переплелись с её пальцами, и он потянул её в сторону более дорогой части Стрипа. — Temnota moya. Ты назвала меня так уже дважды. Что это значит?
— Это значит: «тот, кто покупает выпивку», — солгала она.
Его смех был глухим, но настолько искренним, что он, казалось, обнял её —
Покалывание пробежало по затылку — гораздо более холодное, чем то, что она почувствовала в казино, когда Элиас подошел к ней, — и она, споткнувшись, остановилась, высвобождая руку Элиаса, чтобы обернуться. Осторожность шептала ей на ухо, но она не могла разобрать слов. Ничего подозрительного не было видно. Просто гуляки, наслаждающиеся ночным отдыхом. Никаких машин, едущих быстрее или медленнее обычной скорости.
— Что такое? — спросил Элиас, и его глаза цвета виски принялись сканировать пространство в поисках угрозы.
— Ничего, — пробормотала она, снова протягивая ему руку, успокоенная её теплом. — Пошли.
Но покалывание никогда не лгало.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Элиас обычно не занимался подобным дерьмом.
Он не приглашал женщин на свидания спонтанно. Особенно женщин, которые нарушают закон и сверкают задницей перед половиной Стрипа. Эта девчонка, Роксана, была сумасшедшей на всю голову. Это было очевидно. Если бы они не находились в этом городе иллюзий, он, скорее всего, вышиб бы её входную дверь тараном и защелкнул на запястьях наручники, а не сопровождал её через этот элитный бар в «Encore», как делал сейчас.
И все же, его собственное благополучие словно зависело от того, улыбнется она или нет.
Он почувствовал это еще до того, как она пронзила его своими синими глазами в казино.
Уж точно после того, как она посветила ему своим светящимся лифчиком.
Но и до этого. Тоже.
Она посмотрела на него как скептический ангел, и он подумал: блять.
Блять.
В кармане он почувствовал вибрацию телефона и проигнорировал её. Он не винил Кенни и Латте за то, что они разволновались, когда он поднялся из-за покерного стола, словно в трансе, чтобы пойти за русской Золушкой. Но они провели вместе бесчисленное количество рейдов по всему Лос-Анджелесу, и, следовательно, его товарищи по команде прекрасно знали, что он может о себе позаботиться. Если бы он мог оторвать взгляд от Роксаны хоть на две секунды, возможно, он бы набросал им смску. Но что, чёрт возьми, он мог сказать?
«Извините, что веду себя совершенно не в моем вкусе, но нутро подсказало мне не отходить от этой девушки ни на шаг».
И… «Я и не хочу отходить».
В нескольких футах впереди него Роксана запрыгнула на один из мягких белых огромных барных стульев и, пока сосед не видел, сорвала за плодоножку вишенку из его бокала, отправила её в рот и одарила Элиаса заговорщическим взглядом.
Кто вообще эта девчонка?
Элиас занял соседний стул, автоматически ухватившись рукой за его нижнюю часть, чтобы пододвинуть ближе к ней. Она захлопала ресницами, её щеки залил румянец, но, к счастью, она не стала подвергать сомнению его неосознанное дерзкое поведение. Держи себя в руках, чувак.
— Что ты пьешь?
— М-м-м. Что-нибудь с шоколадным вкусом, я думаю, — промурлыкала она, и её происхождение сквозило в каждом слове. — Похоже на молочный коктейль, только для взрослых.
Бармен подошел как раз вовремя, чтобы услышать это пожелание. — Прошу прощения, мне нужно взглянуть
