Я (не) твоя, дракон! - Елена Солт

шагом прохожу мимо. Выйдя из пещеры, оказываюсь на каменной галерее, возвышающейся над ущельем. Задираю голову и понимаю, что это и не ущелье вовсе, а ещё более огромная пещера. Наверху виднеется узкое отверстие, сквозь которое просматривается звёздное небо.

Это место мне незнакомо. Справа, слева внизу сколько хватает глаз, разворачивается битва. Стискиваю пальцами ткань платья в области груди, где болезненно колет. Внутри разливается горечь.

Неужели, опять всё по новой? Сколько можно уже?

— Дхарраса и правда освободили? — спрашиваю бесцветным голосом, ища глазами в гуще сражений смертоносного монстра.

— Нет. — Отвечает Нортан. — Он не успел.

С облегчением прикрываю глаза. Нортан сразу понял, о ком речь, а значит, моральной дилеммы предавать друга или нет передо мной не стоит.

Да, он опустился до предательства первым, и я не должна испытывать к нему жалости, но, несмотря ни на что, перед глазами до сих пор стоит другой Юэн. Верный друг. Отважный крылоборец.

В какой момент всё свернуло не туда?

Нортан останавливается у меня за спиной, чувствую лопатками тепло его тела.

— Ты знала? — спрашивает бесцветным голосом.

Будто невзначай задан самый важный вопрос.

— Нет, — мотаю головой. — Конечно же нет!

Напряжённо всматриваюсь вниз. Тьма тьмущая гарпий только на первый взгляд кажется непобедимой, но, присмотревшись как следует, я понимаю, что к этой схватке готовились не только они.

Сотни самых лучших крылоборцев сошлись с тварями в последней битве.

Стискиваю пальцами холодный шероховатый камень природного ограждения, опираюсь на него, усилием пытаюсь побороть внезапно накатившую слабость. Сейчас… Кажется, отпускает.

Я должна восстановиться как можно скорее. Принять обратно и переварить собственные насильно отнятые силы. Глубоко дышу. Немного лучше, вот так.

В гуще сражающихся ищу глазами Юэна и не нахожу.

— Как он умудрился провернуть всё это в одиночку? Уму непостижимо.

— О, он был не один, Ханни. Дроу лишь пешка в паутине самого высокого уровня. Большего не скажу, оно тебе ни к чему. Просто знай, что у твоего дружка были весьма влиятельные покровители среди магов. Собственно, это одна из причин, по которой он так быстро продвинулся по карьерной лестнице и так долго оставался вне подозрений.

А ведь и правда. Юэн уже был командиром отряда. Невероятно рано для его возраста. И в той, прошлой жизни, тоже. Раньше я как-то не заостряла на этом внимание, а теперь всё совпало? Выходит, и тогда всё было нечестно и нечисто? Как теперь узнать наверняка? Никак. Вот только если хотя бы на мгновение допустить мысль, что всё это случилось в том, другом мире, где нет феникса и не будет, то от неё становится истерически не по себе.

— Что с ним теперь будет? — массирую виски, пытаясь как можно скорее усвоить возвращённые силы и восстановить концентрацию.

— Его ждёт суд и Рархан, — отрезает Нортан ледяным голосом, затем проходит к ограждению и останавливается справа от меня на расстоянии пары шагов. Держит дистанцию.

Мигом улавливаю эту перемену. Думает, стану просить за друга? Не стану. Я приносила присягу крылоборца, поклялась защищать невинных. Ничто и никогда не станет для меня важнее, чем эта высшая цель.

Рархан — самая строгая тюрьма-крепость на отвесной скале в горах. Из неё невозможно сбежать.

Дхарраса невозможно убить, пока жив пробудивший его хозяин.

Но если уничтожить этого змея, возродится следующий, и всё начнётся по новой. Поэтому дракон нашёл вариант получше, который я и озвучиваю вслух:

— Юэна не казнят, потому что так безопаснее. Хозяин Дхарраса, который надёжно заперт. И сам змей, погружённый в магический сон. Оба не живы и не мертвы по большому счёту и оба не представляют угрозы.

Дракон медленно поворачивает голову. Смотрит на меня сверху вниз с нескрываемым удивлением, от которого мне даже немного обидно. Усмехается и снова отворачивается. Смотрит вперёд:

— Всё так. А теперь, будь добра, вернись обратно в укрытие и жди меня. Проводите мисс Бонс, — роняет сухо кому-то и я только сейчас замечаю два молчаливых силуэта в серебристых доспехах с красными плащами. Личная императорская стража.

Мужчины медленно движутся ко мне с двух сторон. Растерянно смотрю на Нортана:

— Ты шутишь? Вернуться в укрытие? Сейчас?! Когда я всем нужна?

— Ты слаба, — отбивает невозмутимо мой выпад. — И прежде всего нужна мне. Целой и невредимой.

— А как же они? — показываю рукой вниз на тех, кто прямо сейчас бьётся с тварями в неравной схватке, противостоя им без магии.

— Всё под контролем, Ханни, — устало уверяет Нортан. — Мы справимся.

— Но какой ценой? — шепчу тихо и начинаю медленно пятиться назад и в сторону.

Отхожу от дракона и стражников подальше, пячусь в сторону.

— Ханни! — рычит угрожающе Нортан, глядя на меня в упор. — Иди сюда, кому говорю!

Хочет запереть меня? Заставить отсиживаться, пока гибнут люди?

— Я феникс, Нортан! — шиплю обвиняюще. — А не какая-то канарейка, и сидеть в клетке не буду!

Всё это время я отступала назад, в сторону многочисленных пещер. Стражники тоже. Нортан внимательно следит за всеми нашими перемещениями, взгляд хмурый из-под сдвинутых бровей. Руки спрятаны в карманы брюк, весь его вид обманчиво расслаблен.

Я стараюсь незаметно смотреть по сторонам, оценивая сокращающееся расстояние между мной и стражниками и перебирая в голове варианты. Дракон хитро прищуривается:

— Мне плевать, кто ты, Ханни. Феникс, крылоборец, драконица, да хоть пустышка! Всегда было плевать, и ты это знаешь. Прежде всего ты моя женщина, если ты до сих пор этого не поняла. В прошлый раз я ошибся, доверив твою безопасность тебе. Получилось хреново. Больше этого не повторится. Что…

Перекошенное в бессильной ярости лицо Обертона — вот последнее, что я вижу, когда в доли секунды оказываюсь рядом с ограждением в той его части, где оно ниже всего. Все были уверены, что я драпану в пещеры и никто не ожидал, что — к обрыву.

Шаг, шаг, прыжок и — пустота под ногами. Настал момент истины узнать, хватит ли у меня сил призвать Феникса, правильно ли я рассчитала магический резерв? Или, как выразился бы дракон, сделала это хреново?

Четыре, три, два… Чёрная земля стремительно приближается…

Глубокий вдох. Успокаиваюсь. Обращаюсь к внутренней силе, и она тут же отзывается. Окутывает тёплым золотистым коконом и уносит наверх, на ослепительных золотых крыльях.

Знакомые ощущения, от которых чуть закладывает уши, щекочет лопатки и в груди. Сколько раз я чувствовала это, и всё равно каждый раз как первый раз. Я парю под самым потолком пещеры, под отверстием, в котором виднеется звёздное небо.

Сладкая эйфория. Я на своём месте, там, где должна быть, где полезна людям.

Кажется, это и есть счастье?