Мой любимый Наставник + Бонус - Эва Лун
Кайден издал глухой стон, чувствуя мою реакцию. Его руки собственнически скользнули по моей спине, опускаясь на талию и с силой прижимая мои бедра к своим. Я почувствовала каждый дюйм его желания, твердого и недвусмысленного, и от этого осознания по низу живота разлился сладкий, тяжелый жар.
— Моя невыносимая проблема, — прорычал он мне в губы, отрываясь лишь на секунду, чтобы глотнуть воздуха, и тут же переходя поцелуями на мою шею. Его губы обжигали кожу, оставляя влажные, горячие следы. Я выгнулась навстречу, путаясь пальцами в его волосах, когда он прикусил мочку моего уха.
Вокруг нас затрещал воздух. Магия вырвалась из-под контроля - мелкие золотые искры моей силы закружились вперемешку с его темными, бархатными тенями. Кайден подхватил меня под бедра, заставляя обхватить его ногами за талию. Я крепко прижалась к нему, пока он нес меня вглубь комнаты. Стеклянные двери террасы захлопнулись за нами от небрежного взмаха его руки, отрезая нас от всего мира.
Полумрак спальни встретил прохладой, но нас обоих уже снедало пламя. Кайден опустил меня на край огромной кровати, застеленной темным шелком, и навис сверху. Его глаза горели лихорадочным блеском.
Он не стал тратить время на долгие прелюдии со шнуровками. Его магия мягко, но настойчиво скользнула по моему летнему платью, расстегивая пуговицы за секунду. Ткань соскользнула с плеч, оставляя меня лишь в тонком кружевном белье. Взгляд Кайдена, скользнувший по моей открытой коже, был осязаемым, обжигающим, словно физическое прикосновение.
Дрожащими руками я потянулась к его рубашке. Пальцы путались в пуговицах, пока он, потеряв терпение, не стянул ее сам, отбрасывая в сторону. Мое дыхание перехватило. Широкие плечи, рельефные мышцы груди и живота, пересеченные несколькими старыми, белесыми шрамами - он был пугающе красив, идеален в своей смертоносной грации.
Я провела ладонями по его груди, чувствуя, как бешено колотится его сердце, и подалась вперед, касаясь губами одного из шрамов над ключицей.
Кайден содрогнулся.
— Элиана… — прошептал он мое имя, и в этом звуке было столько неприкрытой нежности и страсти, что у меня защипало в глазах.
Он опрокинул меня на шелковые простыни, накрывая своим тяжелым, горячим телом. Его руки были повсюду - гладили, сминали, исследовали каждый изгиб моего тела, заставляя выгибаться дугой и тихо, прерывисто стонать. Когда его губы спустились к моей груди, дразня языком чувствительную кожу сквозь тонкое кружево, я вцепилась в его плечи до побеления костяшек. Наслаждение накатывало волнами, затапливая разум.
Белье полетело на пол вслед за остальной одеждой. Соприкосновение обнаженной кожи вызвало новый сноп искр. Кайден прижался своим лбом к моему, тяжело, рвано дыша. Его белые волосы щекотали мне щеки.
— Ты уверена? — хрипло спросил он, заглядывая в мои глаза, пытаясь найти там хотя бы каплю сомнения. — Потому что если мы перейдем эту черту, назад я тебя уже не отпущу. Никакой дистанции, Спарк. Ты будешь моей.
— Я думала, мы уже выяснили, — выдохнула я, обхватывая его лицо ладонями и притягивая к себе, — что я ненавижу правила.
Мой ответ сорвал последние тормоза. Когда он вошел, соединяя нас в единое целое, я вскрикнула, запрокидывая голову. Боль была мимолетной, мгновенно растворившись в заполняющем, абсолютном чувстве правильности происходящего. Кайден замер на мгновение, давая мне привыкнуть, целуя мои дрожащие веки, виски, губы, слизывая выступившую слезинку.
А затем он начал двигаться. Сначала медленно, глубоко, доводя меня до исступления каждым толчком, заставляя цепляться за его спину, оставляя полумесяцы следов от ногтей на его коже. Темп нарастал, становился отчаянным, диким. В этой страсти не было места наставнику и ученице - только мужчина и женщина, сгорающие в пламени друг друга.
Его белые пряди смешались с моими на подушке. Я слышала свое имя, которое он шептал, срываясь на стон, чувствовала вкус его кожи, жар его тела, слившийся с моим. Когда экстаз накрыл меня с головой, рассыпаясь ослепительными вспышками золотой магии под веками, я выкрикнула его имя. Секундой позже Кайден с глухим рыком прижался ко мне всем телом, содрогаясь в мощном спазме разрядки.
Он рухнул рядом, тяжело дыша, но тут же притянул меня к себе, зарываясь лицом в мои волосы. Комната все еще слабо мерцала остатками нашей смешанной магии, а я лежала на его плече, слушая, как постепенно успокаивается его сердце, и понимала, что первый курс в академии действительно изменил мою жизнь навсегда.
Глава 2
Мы выехали на охоту рано утром. Кайден, облаченный в темный охотничий костюм из плотной кожи, сидел на своем массивном вороном жеребце с такой небрежной грацией, что я то и дело ловила себя на том, что пялюсь на него, совершенно забыв о цели нашей поездки. В лесу, вдали от интриг Академии, с запечатанной Скверной, он казался другим - расслабленным, почти умиротворенным. Ветер играл его ослепительно белыми волосами, собранными в небрежный хвост, а на губах то и дело мелькала легкая, дразнящая полуулыбка.
Я ехала следом на покладистой гнедой кобыле, честно пытаясь высматривать в зарослях обещанную дичь. Но мои мысли были очень далеки от охоты - они то и дело возвращались к прошлой ночи, заставляя щеки пылать.
Вдруг краем глаза я заметила у корней поваленного дуба россыпь мелких, пульсирующих фиолетовым светом соцветий.
Лунная мята! И редчайший сумеречный корень! Инстинкт зельевара сработал быстрее, чем здравый смысл. Начисто забыв про Кайдена, охоту, лук за спиной и правила приличия, я резко натянула поводья. Кобыла возмущенно всрапнула, когда я кубарем скатилась с седла и, путаясь в подоле амазонки, на четвереньках бросилась к заветной поляне.
— Мои хорошие, — заворковала я, падая на колени прямо в мягкий мох. Пальцы бережно, чтобы не повредить магические артерии растений, начали подкапывать корни. — Какие же вы красавцы… Идите к мамочке.
Я даже сама не заметила, как от восторга и предвкушения идеальных зелий начала издавать звуки, подозрительно похожие на довольное кошачье урчание.
Позади раздался хруст веток, а затем - глубокий, бархатистый смех, от которого по моей спине мгновенно побежали мурашки. Кайден спешился и теперь стоял в нескольких шагах, скрестив руки на груди. В его льдистых глазах плясали откровенно веселые искорки.
— Глядя на твой
