Эва Лун, Ирис Вельс
Мой любимый Наставник
Глава 1
Грохот заложил уши. Массивные дубовые створки кабинета не просто открылись - они разлетелись в стороны от чудовищного магического удара, с треском ударившись о стены. Зазвенели стекла в старинных шкафах, а парочка артефактов на столе ректора испуганно мигнула и погасла.
В дверном проеме стоял Кайден де Валь.
Он был абсолютно спокоен. Ни сбитого дыхания, ни растрепанных волос - лишь идеальная, ледяная собранность хищника, вышедшего на охоту. А вот за его спиной маячил Роуэн. Парень тяжело дышал, его глаза были расширены от ужаса, словно он только что привел в кабинет не наставника, а разъяренного дракона.
Кайден сделал шаг внутрь, небрежно отмахнувшись от стражей, которые инстинктивно потянулись к оружию. Невидимая сила просто вмяла их в стену.
— Что здесь происходит? — голос наставника прозвучал тихо, но от этого ледяного тона температура в кабинете упала на несколько градусов.
Лорд Вейн, багровея, резко развернулся к вошедшему.
— Де Валь! Твоя девка перешла все границы! — взревел он, брызгая слюной и указывая на меня трясущимся от гнева пальцем. — Она посмела поднять руку на мою дочь! Использовала энтропию! Завтра же она будет болтаться в петле на площади!
— Господа, прошу вас, давайте не будем делать поспешных выводов... — засуетился ректор Корнелиус, промокая лоб платком. — Мы во всем разберемся, назначим комиссию...
Кайден даже не посмотрел на ректора. Он медленно, тягучим шагом хищника подошел к столу.
— Вы вызвали Инквизицию к моей личной ученице, лорд Вейн? — Кайден склонил голову набок. На его губах заиграла легкая, почти вежливая улыбка, от которой у меня по спине побежали мурашки. — Как... смело. И невероятно глупо.
— У меня есть доказательства! — лорд ударил кулаком по столу. — Мои личные лекари осмотрели Изи! Они зафиксировали следы некротической магии!
Кайден перевел насмешливый взгляд на Изи, которая при его появлении перестала всхлипывать и вжалась в кресло, побелев как полотно.
— Ваши лекари, лорд, очевидно, купили свои дипломы в ближайшей подворотне. Энтропия оставляет не царапины. Она оставляет серый пепел и мертвую плоть. Ваша дочь выглядит на удивление живой для человека, пережившего атаку истинной Тьмы. Немного помятой и напуганной тем, что кто-то наконец дал ей сдачи, но не более.
— Ты смеешь защищать эту нищенку?! — задохнулся лорд Вейн. Его грудь ходила ходуном. — Да кто она такая?! Мой род стоял у истоков основания Академии, а ты...
— Она носит герб рода Де Валь на своем учебном контракте, — ледяным шипением перебил его Кайден. Тень от его фигуры словно накрыла всю комнату. — А теперь послушайте меня очень внимательно, Вейн. Вы сейчас же заберете свою жалкую кляузу. И отзовете вестника из Канцелярии. Если он вообще был отправлен, в чем я сильно сомневаюсь.
— Да как ты смеешь угрожать мне, щенок?! — лицо лорда пошло пятнами, но он инстинктивно сделал полшага назад.
Кайден выпрямился. Его улыбка исчезла, уступив место пугающей, бездушной жестокости.
— Если вы, лорд, считаете, что можете допрашивать, пытать или отчислять моих адептов без моего ведома, то завтра же род Де Валь отзовет финансирование южных гарнизонов.
В кабинете повисла звенящая, мертвая тишина. Корнелиус поперхнулся воздухом. Лорд Вейн побледнел так резко, словно из него разом выкачали всю кровь. Финансирование Де Валей было основой безопасности половины Империи.
— Тех самых гарнизонов, что стоят между вашими родовыми угодьями и дикой землей, — вкрадчиво уточнил Кайден, наслаждаясь произведенным эффектом. — Посмотрим, как громко ваша дочь будет рыдать, когда к вам в поместье придут голодные тролли.
Лорд открыл рот, закрыл его, снова открыл. Вся его спесь лопнула, как мыльный пузырь. Политика и деньги оказались страшнее любых заклинаний.
— Это... это недоразумение, — сглотнув, прохрипел лорд, отводя глаза. — Возможно, лекари действительно поспешили с выводами. Я... я забираю свою жалобу.
Кайден пренебрежительно хмыкнул, окончательно теряя к нему интерес. Он повернулся ко мне, и его взгляд скользнул по стражникам, которые все еще стояли рядом, хоть и отпустили мои руки. Те торопливо попятились к стенам, опуская глаза.
— Идем, Спарк, — бросил мне Кайден, разворачиваясь к выходу. — Адепт Воздуха, — он бросил короткий взгляд на застывшего в дверях Роуэна, — возвращайтесь в свое общежитие. Дальше я сам.
Роуэн лишь молча кивнул, бросив на меня ободряющий, но всё еще испуганный взгляд, и растворился в коридоре.
Я на ватных ногах пошла вслед за наставником. Путь до Северной башни прошел в гробовом молчании. Мои мысли метались, как вспугнутые птицы. Адреналин отступал, уступая место жгучей, неконтролируемой обиде.
Как только за нами щелкнул замок нашей гостиной, меня прорвало.
— Вы решили свести меня с ума переменами своего настроения?! — выпалила я, бросая сумку на пол. Голос дрожал от пережитого страха и гнева. — Почему вы то защищаете меня, то унижаете при всех?! Испортить мое зелье, втоптать в грязь моего друга, а через полчаса угрожать лорду войной ради меня?! Вы вообще нормальный?!
Кайден медленно снял плащ и перебросил его через спинку кресла. Он повернулся ко мне. Его лицо было непроницаемым.
— Наказывать тебя имею право только я, — ровным, абсолютно непререкаемым тоном ответил он.
Я подавилась воздухом. Просто захлебнулась от возмущения, не в силах вымолвить ни слова от такой наглой, эгоистичной собственнической логики. Я набрала полную грудь воздуха, чтобы высказать этому высокомерному тирану всё, что я о нем думаю, но не успела.
Кайден вдруг сделал плавный шаг вперед, вторгаясь в мое личное пространство.
Я инстинктивно замерла. Он нахмурился, его взгляд, до этого прикованный к моему лицу, скользнул ниже. Только сейчас я почувствовала, как горят запястья.
Его пальцы - прохладные, сильные и до одури осторожные - перехватили мои руки. Он чуть приподнял их к свету. На бледной коже проступали багровые, наливающиеся синевой следы от грубой хватки стражей и тяжелых металлических наручей.
Морщинка между его бровями стала глубже. Кайден провел большим пальцем в миллиметре от синяка, даже не касаясь его, но я почувствовала, как по коже пробежала волна успокаивающего холода.
— Больно? — тихо спросил он, и в этом коротком слове вдруг прозвучало столько скрытого, темного напряжения, что у меня перехватило дыхание.
Глава 2
