В это время завтра - Тесса Бейли

её воспоминания об Элиасе прежнем были настолько яркими, что иногда казалось, будто можно протянуть руку и коснуться его. Инесса уничтожила бы его с яростным криком и снесла бы головы его друзьям заодно, раз уж оказалась поблизости. После года ежедневных, изнурительных тренировок и работы в полевых условиях, именно это задание она дала своей дочери.

Убей вампира, который убил твоих подруг. Забери его друзей в качестве дани. Око за око. Верни свою гордость.

Восемнадцать месяцев спустя Роксане нечего было показать за время, проведенное в Нью-Йорке. — Я уехала в отпуск вместо того, чтобы делать свою работу. Теперь с этим покончено.

Его шрам стал цвета хлопка. — Каковы последствия, Роксана?

Смерть. — Учитывая, что наказание выносит моя мать, она, вероятно, просто посадит меня под домашний арест. — Она изобразила американский акцент: — «Оу, ну блин, мам. Мне даже в Xbox нельзя поиграть?» — Она пожала плечами. — Вот это буду я, скорее всего.

— Ты превращаешь это в шутку, — сказал он, и его голос звучал так, словно он пытался сохранить ровный тон. — Думаешь, я не вижу?

— Мы можем закончить это обсуждение? Я хочу полистать журналы перед рейсом. Там есть двойной выпуск «Адски прекрасен», на который я положила глаз.

Она попыталась пройти мимо него, но он выставил руку, не давая двери открыться. — В какое время рейс?

Девять тридцать. — В одиннадцать сорок пять. А что? — Он не ответил, но его челюсть, казалось, была близка к тому, чтобы хрустнуть. Даже не думай о возможности, что ему не всё равно. Не смей. Она провела восемнадцать месяцев в чистилище, ожидая, пока он подаст ей знак, что чувствует к ней хоть что-то. Знак того, что он помнит. Хоть что-нибудь. Но он этого не сделал. Он не сохранил свою человечность, как Джинни и Джонас. Это было просто существо из нежити, которое любило контроль и осуществляло его как нечто само собой разумеющееся. Ни больше, ни меньше. И всё же сейчас он смотрел на неё сверху вниз так, словно она могла разрушить его по щелчку пальцев?

Оу. Оу, теперь она вспомнила.

Роксана закатила глаза и вздернула подол платья, выуживая маленький золотой предмет из своего пояса для чулок. — Ты ведь ждешь возвращения своей кредитки, да? Вот, держи. — Она вложила её ему в ладонь. — Те странные списания за порно — не мои.

Прикованный взгляд Элиаса всё еще был устремлен на её обнаженное бедро, обжигая чувствительную кожу.

Влечение.

Это была единственная область, в которой, как она знала, они соприкасались. Не то чтобы он когда-либо приближался к тому, чтобы действовать в соответствии с этим. И она бы ему не позволила! Нет, они даже за руки не держались с того самого поцелуя в Вегасе. Поцелуя, которого он не помнит, но который навсегда останется запечатлен в её памяти.

— Оставь кредитку себе, Роксана, — прохрипел он.

— Мне не нужно—

Он двинулся с безумной скоростью, меняя их позиции и впечатывая её спиной в дверь лестничной клетки так, что загремели петли. Ошеломленная неожиданным электрическим контактом — контактом, которого она жаждала годами, — она смогла лишь сдержать рыдание, когда Элиас перехватил её колено и дернул его вверх, обдавая её рот своим дыханием, пока заталкивал кредитную карту обратно в её подвязку. — Оставь. Её. Себе.

Поцелуй меня.

Сделай мне больно.

Займись со мной любовью.

Что угодно.

Пыточные мольбы, раздавшиеся в голове Роксаны, заставили её оттолкнуть его, хотя от потери его близости её колени подогнулись, а спина ударилась о дверь. Как он смеет? Как он смеет пользоваться её слабостью в эти последние мгновения? В финальные секунды, которые она когда-либо разделит с ним. Стыд, раздражение и горечь по поводу того, что могло бы быть, поднялись внутри неё, и кол материализовался в её руке без какого-либо осознанного намерения.

Она занесла его.

Элиас оставался совершенно неподвижен, опустив руки вдоль туловища.

Смотря ей прямо в глаза. Выискивая.

Она тоже всматривалась в него, пытаясь отыскать мужчину, который сделал себя жизненно важной частью её существования всего за одну ночь, а затем превратился в монстра—

Там.

Там? Неужели она его увидела? Был ли там проблеск чего-то похожего на… горькую тоску?

Нет, разум просто играл с ней в игры. И всё же, что если?

Что если?

Роксана выронила кол, толкнула дверь и побежала, ненавидя себя с каждым шагом. По крайней мере, к завтрашнему дню ей больше не придется жить с этими воспоминаниями.

 

ГЛАВА ПЯТАЯ

 

Лас-Вегас 2017 год

Элиас на мгновение задумался, не подсыпали ли ему чего-нибудь в пиво.

Было ли другое логичное объяснение тому зрелищу, которое встретило его, когда он открыл дверь своего гостиничного номера?

Женщина была на несколько дюймов выше Элиаса — а это о чем-то да говорило, учитывая его рост в метр восемьдесят восемь. Он не мог точно определить её возраст: ей могло быть от тридцати до пятидесяти лет. Довольно трудно разобрать, когда маска скрывает верхнюю половину лица, а взрыв светлых волос падает на плечи подобно занавесу.

На ней что, накидка?

Обычно подобный уровень вегасовского безумия оставался на улицах, но каким-то образом это фрик-шоу умудрилось подняться на лифте.

Элиас постучал костяшками пальцев по дверному косяку. — Прошу прощения, но, по-моему, вы ошиблись номером.

Уголки её рта поползли вверх, застывая в неестественной улыбке, от которой волоски на его руках встали дыбом. — Девятьсот пятьдесят шесть, верно?

Когда она задавала вопрос, её губы едва шевелились, так что он не мог разобрать акцент. Во всяком случае, точно. Но звучало это… по-русски. Не может быть, правда? Это было бы слишком огромным совпадением, учитывая, что он только что потерял голову из-за девчонки из той же части света. Из очень далекой части света.

Его взгляд переместился на номер на двери, просто чтобы убедиться, что он запомнил его правильно. Не дай бог, он назвал Роксане не ту комнату — он бы с ума сошел от злости на себя. Но нет, буквально секунду назад он видел на кровати свою брошенную рубашку, оставшуюся там с самого утра. Это было то самое место. А значит, отель либо сдал номер дважды, либо она неправильно запомнила номер своей комнаты, либо… либо что?

У него не было ни малейшего представления.

— Вы, э-э… не хотите подождать здесь, пока я звякну на стойку регистрации?

— Я в правильном месте, — промурлыкала