Нищая невеста - Денни Смит
Джозеф с досадой подумал, что уж слишком рано решил праздновать победу. Но кто бы мог подумать, что у этой маленькой, неказистой девчонки хватит решимости отказать ему? Проблема возникла там, где ее вообще не должно было быть. Но ее поведение невольно вызвало уважение.
Да нет! Никакая это не гордость, это просто глупость и упрямство! Был бы он баронетом, они бы уже были помолвлены и обсуждали предстоящую свадьбу. Перед глазами снова возникли четыре девушки, смеющиеся над ним на балу.
Какое-то время ничего было не слышно, потом до молодого человека донеслась брань, удары и сдавленный крик. Схватив трость, оставленную прежде у окна, он поспешил на звук борьбы.
В маленькой комнатке, служившей очевидно спальней, на кровати лежала Эмили, держась рукой за скулу. Волосы выбились из пучка и блеклым, жидковатым ручейком разметались по плечам. Платье сбилось. Рядом горой возвышался ее отец. Повинуясь скорей импульсу, чем рассудку, Джозеф подлетел к нему, перехватил занесенную для очередного удара руку, и оттолкнул к стене. Тот отлетел, ударился затылком и повалился на пол, но тут же вскочил на ноги, намереваясь поквитаться с обидчиком. Джозеф выставил вперед тяжелую трость. Секунду или две старик соображал, что происходит и кто перед ним, но опомнившись принял прежнюю угодливую позу.
— Вы зря вмешались, милорд, — подобострастно залебезил он, — в разговор между дочерью и отцом.
— Уходите прочь! — угрожающе рявкнул он старику. Тот побледнел и поспешил покинуть комнату.
Джозеф переключил свое внимание на девушку. Та пострадала не слишком сильно, но на скуле все же расплывался некрасивый подтек. По-видимому, старик совсем обезумел в своем желании расплатиться с долгами, раз дал волю кулакам. И хотя в этом не было ничего шокирующего, ребенком он видел вещи и хуже, следовало помнить, что перед ним не обитательница трущоб, привыкшая к такому обращению. Сейчас она расплачется, а он найдет способ ее утешить.
Несколько секунд они смотрели друг на друга.
— Я очень вам благодарна, сэр, — отстраненным тоном, в котором вовсе не чувствовалось никакой благодарности, сказала девушка, — но вам нельзя здесь находиться.
— Что? Почему это?
Эмили вскинула на него свои невозможно синие глаза и с удивлением проговорила.
— Неприлично вам находиться в моей комнате.
— Это все, что вас волнует сейчас?
— Да, — она пожала плечами и опять пронзительно посмотрела на него, — так не могли бы вы покинуть мою комнату?
— А что насчет моего предложения? Отцу не удалось переубедить вас?
— Нет, — коротко ответила девушка.
Постояв еще некоторое время, Джозеф вышел. Оставаться здесь дольше не имело никакого смысла. Нужно было признать, что женитьба на этой девице становилось долгим и не таким уж легким предприятием, как ему казалось вначале. Как это вообще возможно? Он рассчитывал от маркиза сразу ехать в редакцию, чтобы дать объявление о своей помолвке и прочитать об этом завтра утром за чашкой кофе. Теперь же все пошло прахом. В мечтах он уже воображал, как за мгновение из изгоя становится желанным гостем в самых аристократических семьях, как весь этот титулованный сброд, еще вчера высокомерно отталкивающий его, выстраивается в очередь, желая обрести в нем друга. Свою злость он выместил на так некстати подвернувшемся маркизе.
— Скотина, — он притянул его к себе, взяв за грудки, и хорошенько встряхнул, — пришить бы тебя, да не охота руки марать, — от закипающего гнева он снова перешел на кокни, хотя думал, что навсегда избавился от него. — Хоть пальцем ее тронешь — сдохнешь в тюрьме.
По ужасу, застывшему на лице старика, он понял, что тот, если и не понял каждое слово, то общий смысл уловил. Оттолкнув его и хлопнув напоследок дверью, он сбежал вниз по темной лестнице и вышел на улицу.
7
Дни потекли своим чередом. Джозеф вернулся к своим обычным занятиям, стараясь погрузиться в дела с прежним рвением. Но работа стопорилась, внутри он кипел от гнева и досады, нет-нет да вымещая раздражение на слуге или секретаре. Он злился на дурака-маркиза, испортившего одной глупой выходкой все дело, на девушку, не желающую уступить его желаниям, и на себя самого.
Вернувшись в тот день в особняк, он сидел перед камином, пробегая глазами письма, переданные секретарем, и размышлял. По-видимому, он с самого начала неправильно оценил мотивы упрямой девицы и избрал неверную тактику. Она рассчитывала поймать в свои сети рыбешку покрупнее, а не какого-то там простолюдина. Маркиз уже давным-давно праздновал бы помолвку, но девица оказалась куда как честолюбивее. Даже на пороге нищеты, в шаге от долговой тюрьмы она не желает пятнать себя браком с угольщиком.
Просматривая стопку листов, исписанных мелким, аккуратным почерком поверенного в Шотландии, и ни слова не понимая из написанного, мужчина прокручивал в голове события прошедшего дня, раздражаясь все больше. Уже глубокой ночью, швырнув документы клюющему носом секретарю, он проследовал в свои покои.
Ворочаясь с бока на бок, он все думал и думал о произошедшем.
Женитьба на Эмили становилась навязчивой идеей. Ему бы переждать несколько месяцев, дождаться, когда в столицу набьется дебютанток всех мастей, как и обещал ему Чарли. И уж тогда неторопливо приступить к ухаживаниям за подходящей девицей. Но нет. В мечтах он уже мнил себя маркизом Крэмби, он — сын простого просеивателя грязи, смог бы добиться таких высот, о которых его родители даже и помыслить не могли. Мелкие проволочки лишь возбуждали интерес. Если бы он каждый раз отступал, когда возникали проблемы, то сейчас бы просеивал ил со дна Темзы или лазал по трубам, как делал это, бывало, подростком.
Как приятно будет одержать верх над ней, сковав брачными кандалами и обетами. Он ни на секунду не сомневался, что так и произойдет. И хоть этот раунд остался за ней, это еще не окончательная победа. Джозеф умел ждать. И случай скоро представился.
* * *
С замирающим сердцем Эмили читала коротенькую записку, которую передала ей Мина через лакея. Со стороны казалось, что девушка абсолютно спокойна, изможденное лицо выглядело бесстрастно, но более внимательный зритель заметил бы, как слегка подрагивает бумага в руках. Прошло уже несколько дней с памятного вечера у полковника Монро, когда состоялась помолвка Мины, и Эми боялась, что та отвернулась от нее.
Будущей герцогине пристало вести жизнь респектабельную и тщательно подбирать друзей. И уж Эмили в нынешнем ее положении плохо вписывалась в эти рамки. Мало того, что она бедна как церковная мышь, так
