Адский Дом - Эдвард Ли
- Этот пистолет выглядит как кусок дерьма, - огрызнулась она.
- Да, но это все равно убьет Демона или Билетера.
- А зачем нам ремни? Мне нужно было полапать Демонов за пару паршивых ремней?
- На самом деле это высококачественные ремни, Рут. Они сделаны из липо-коровьей кожи. И, отвечая на твой вопрос, ты сама наденешь пояс с оружием. Из двух других ты сделаешь упряжь, чтобы нести меня на спине.
Рут ухмыльнулась.
- Не могу, блядь, дождаться, чтобы нести на спине торс священника, как гребаный рюкзак, пока мы будем вальсировать по Гнилому городу.
- Гнилой порт, Рут. И он приближается.
Взгляд Рут был прикован к приближающемуся побережью: зловонному портовому городу с его углами и линиями, закругленными губчатой мягкостью.
Она уже чувствовала его запах...
- А теперь выкинь тела за борт.
- Перестань мне приказывать! - взвизгнула она.
Священник был сыт по горло ее вспыльчивостью.
- Просто сделай это! Ты ведешь себя, как ребенок!
Честная сделка, напомнила она себе и пожевала нижнюю губу, имплантированную коллагеном. Что-то в ней есть для меня...
Она с плеском сбросила отвратительные тела Демонов за борт.
- Хорошая девочка! - обрадовался Александр.
Потом ее вырвало за борт.
И они вдвоем сидели в тишине, пока крошечная лодка качалась и качалась в сторону Гнилого порта...
Глава четвертая
- Я очень рада познакомиться с вами, мисс Барлоу, - сказала высокая женщина, глядя вниз. Она говорила тихим, но твердым тоном.
- Я тоже рада познакомиться с вами, миссис Ньюлвин, - сказала Венеция, на мгновение застигнутая врасплох ростом женщины, который был около шести футов. - И, пожалуйста, зовите меня Венеция.
- Миссис Ньюлвин – новая официальная экономка приората, - сказал отец Дрисколл.
Окинув Венецию небрежным взглядом, светловолосый священник провел ее в просторную кухню, похожую на ту, что можно найти в начальной школе, чтобы начать знакомство.
По прищуренным глазам и натянутой улыбке миссис Ньюлвин Венеция поняла, что она относится ко всем церковным делам очень серьезно. Черные с проседью волосы до воротника были стянуты на затылке заколкой; ей, вероятно, было чуть за пятьдесят, и из-за своего роста и отличной физической формы она напоминала Венеции некоторых из мрачных статуй, которые они только что видели в атриуме. На ней были джинсы, заляпанные краской, и такая же заляпанная блузка, свободно болтавшаяся на пышной груди.
Она говорила, смешивая что-то в миске.
- Я очень восхищаюсь усердием вашей юности, - сказала женщина. - Насколько я понимаю, вы собираетесь стать монахиней? В молодости я тоже этого хотела, но так и не добилась. Боюсь, что материнство, в конце концов, победило.
Венеция заметила, что на руке миссис Ньюлвин нет обручального кольца, только крестик на шее и такой же ключ.
- Вообще-то я подумываю о профессии, но пока не уверена.
- Вы могли бы немного подождать с этим решением, - сказал Дрисколл, но было странно, что он сделал это замечание, глядя на планшет, который взял со стойки.
Но прежде чем Венеция успела что-то сказать, миссис Ньюлвин обернулась и увидела, что вошла молодая женщина.
- А это моя дочь Бетта. Бетта, это Венеция Барлоу. Она приехала из самого Вашингтона, чтобы помочь нам в приорате.
Бетта казалась застенчивой: темные впалые глаза, волосы зачесаны назад, как у матери, и одета точно так же в потрепанные джинсы и блузку. У нее даже на щеке было несколько пятен краски. Венеция пожала ей руку и заметила робкую улыбку. "Она нервничает при встрече со мной?" - удивилась Венеция. Бетте, по ее прикидкам, было около тридцати; она была гораздо более хрупкого сложения, чем ее мать, с маленькой грудью, худощавая и на шесть дюймов ниже ростом.
- Приятно познакомиться, Бетта. Вы все готовы к этой большой операции по уборке? Я уверена, что я – нет.
Дрисколл сухо усмехнулся.
Венеция ожидала несущественного ответа, но тут миссис Ньюлвин объяснила:
- Боюсь, Бетта не обладает даром речи, но она прекрасно слышит. И да, мы обе вполне готовы к предстоящим задачам – мы с нетерпением ждем их. Не так ли, Бетта?
Молодая женщина с улыбкой кивнула.
- Мы уже некоторое время здесь работаем, - продолжала миссис Ньюлвин. - Не сомневайся, это грязная работа, но по-своему приятная.
Дрисколл пошутил:
- Посмотрим, как обрадуется миссис Ньюлвин примерно через месяц, когда мы закончим шпаклевать нижний этаж. Я думаю, к тому времени мы все будем по-настоящему сыты этим местом.
- Мы с Беттой никогда не устанем от приората, отец, - уверенно сказала миссис Ньюлвин. Ее глаза, казалось, блестели в щелочках – известная уверенность. - Теперь это наш дом.
- В таком случае, во сколько будет подан ужин?
- Ровно в семь.
Священник подтолкнул Венецию локтем.
- Я покажу Венеции ее комнату. Кстати, ты не видела Дэна?
Бетта указала наверх, что, как предположила Венеция, означало "наверху".
- Хорошо. Увидимся за ужином.
Она последовала за Дрисколлом обратно в атриум, к пустой лестнице.
- Эти ступеньки тоже выглядят ужасно, правда? - прокомментировал он. - Похоже на старую больницу или что-то в этом роде.
- Вы же сам сказали, что Богу все равно, если Его дом уродлив.
- Это хорошо...
- Кто такой Дэн?
- Он последний член нашей маленькой группы по уборке. Он семинарист – тебе понравится. Он может рассказать тебе о жизни в монастыре.
Венеция нахмурилась, поднимаясь вслед за священником по устланной тусклым ковром лестнице.
- Что вы имели в виду раньше?
- Что? Насчет шпаклевки? - Он вздохнул. - Ты видела некоторые из этих стен?
"Он нарочно уклоняется, - подумала она. - Но почему?"
- Нет, отец, не насчет шпаклевки. Вы предлагаете мне не становиться монахиней?
- Вовсе нет. - Его ботинки застучали по жесткой лестнице. - Нам действительно придется покрыть их ковром, как ты думаешь?
Бесит!
- Отец Дрисколл, что вы имели в виду, когда сказали...
- Все в порядке. Я только имел в виду, что решение стать монахиней очень весомое. Разве не думала, что ты, может быть, просто немного слишком молода, чтобы принять такое решение? Тебе всего двадцать.
- Мне двадцать один год, и я еще не приняла решение. Сначала я хочу получить магистра.
- Молодец. А потом, может быть, подождешь лет десять, прежде чем уйти в монастырь.
Это было странно.
- Это духовный совет, отец?
-
