В долине всё спокойно - Юрий Павлович Валин
… Кто главный? Одежда и оружие одинаковое. Динка фыркала: «штурмовые винтовки — старье, исключительно за простоту и надежность взяты». Ну да, сейчас как прочешут очередью снежок у площадки, выйдет вообще бесславно…
… Но с точкой «лежки» засада почти не ошиблась: место выхода угадали, малость левее ворог на опушку выскочил, сектор обзора сузился, но ничего…
… Третьим у них главный бежит. Не факт, конечно, но такое впечатление создается, наблюдаем, просчитываем…
… Эх, а вот тут не угадали — центр стартовой площадки с лежки просматривается, но один из диверсов оказался заслонен мусорной кучей. Лица двоих видны: упали на колени, стволы в сторону леса. Лица в утепляющих масках, закрыты, заметно что не европейцы… в смысле, не очень белые, тьфу, забылось как это правильно называется… Нервишки, Гр, соберись, рукавицы пора снимать…
… Точно третий — старший, уже занялся рюкзаком, вскрывает небольшой контейнер. Лицо не разглядишь, склоненное, ага, вот… тоже нервный, и нос, похоже, слегка обморожен. Нет, сам нос нам ничего не дает, это не довод. Собственно, время уже иссякло…
… сейчас он активирует прибор. Видимо, тоже что-то вроде маяка. Напридумывали всякой дряни. Но ценная вещь, ценная. Для них так и вообще бесценная. Вот оглянулся, потянулся к «разгрузке», вынимать-сбрасывать магазины с патронами. Но вся группа оружие сразу точно не бросит…
— Стоять! Вы окружены! — гаркнул из леса Рыжий-Центральный.
Момент выбран безупречно верно, ну, от Центрального иного и не ожидалось.
Мгновенно застучали винтовки — сыплют «короткими» в сторону леса, бледное пламя пляшет на тонких стволах. Экая реакция и щедрый расход последних патронов…
…Падение гранаты, закинутой с другой стороны опушки, уловил лишь один из диверсов, — его Гр как раз и не видел за группой упаковок. Что-то крикнул — непонятное, но резкое. «Гости» мгновенно упали, превратились в неочевидные горки чуток загаженного снега. Гр и сам сунулся носом в подтаявшую снег… запах прелой травы, весны… ноги пора подтянуть.
…Грохнуло…
…Осколки ударили по груде упаковки, вздыбились и взлетели в воздух полосы драгоценной нанопленки, разлетелись пластиковые канистры, долей секунды позже на ногах оказался и Гр, проскочил сквозь пленочную пургу, почти наугад нашел острием копья старшего диверса. Через древко передалось упругое сопротивление пронзаемой живой плоти; на бедре, конечно, никакой кевларовой или иной брони нет, словно окорок дикого кабанчика и прокалываешь…
…закричать диверс не успел, он только голову начал поворачивать. Да и вряд ли кто услышал бы, гранатным разрывом все малость оглушены…
…Топорик в левой руке Гр продолжил движение — обушок нашел диверсантский шлем, хоть и упрятанный под капюшон камуфляжа, но вполне очевидный. Удар вышел глухим, ну, шлем-то мы в руках держали, легкая композитная штуковина…
…Вот! Теперь этот тип не только взрывом оглушен, но и понадежнее схлопотал…
С чувством выполненного долга и ожиданием немедленной пули в бок, Гр кувыркнулся назад в мусор. Груду здорово разворошило осколками, так себе баррикадная кучка осталась. А диверсы уже прочухались — разом три ствола разворачивалось в сторону мужественного, но опрометчивого засадчика. Ой, слишком близко получается…
…Загремели выстрелы, но как-то странно. Это издали, с опушки.
— Врауууууу! Работает артспецназ! Второй взвод, краууууу с фланга! — гнусаво взвыли там и выпустили изрядную, патронов в пятнадцать очередь…
Гр, лежа на спине, наконец, добрался до собственного огнестрела. Револьвер слегка запутался в застежках куртки, но поддался. Теплая увесистая ручка заполнила ладонь…
… Приподнял голову, одновременно вытягивая руку с оружием… стрелять было не в кого. Подколотый и оглушенный диверс послушно лежал, второй «гость» еще конвульсивно дергался: одна стрела с рыжим опереньем до половины ушла в его пах, вторую, вонзившуюся под шлем, в судорогах уже обломил. Вот еще раз изогнулся, ослаб…
… Двое оставшихся диверсов, пригнувшись, убегали к холмику-высотке. Один без штурмовой винтовки, бросил тут у вешек, видимо, отказала, на ходу рвет из набедренной кобуры револьвер. Вот упал как подкошенный — ух, ловко залег, его напарник сделал зигзаг, сбивая прицел. Слаженно это у них выходит…
Гр пальнул вслед, не особо надеясь попасть. Револьвер подгоняющее бухнул, а вот второе нажатие отметилось лишь скупым клацаньем… осечка…
— Враууу! Сопротивление бесполезно! — выл опытный Мин, шустро перебирая снегоступами напрямую через поляну. — Второй взвод, огонь по моей команде!
Гр подумалось, что это самое странное что виделось за последние дни: коротышка с винтовкой — которая с него ростом — наперевес, скачет по снегу с неимоверной быстротой. Вроде в масккостюме, но выглядит дико вздыбленным, да еще на голове здоровенный диверсантский шлем, завешенный по принципу вуали куском кольчужного плетения…
Мин мгновенно припал на колено и выпустил в сторону беглецов трехпатронную очередь. Попал — диверсант выронил винтовку, сделал шаг в сторону и рухнул. Второй, наконец, выхвативший пистолет, быстро полз, стремясь под защиту бугорка.
— Ничего, того живьем возьмем, нам «язык» пригодиться, — заверил Мин, лежа на снегу и пытаясь удобнее пристроить винтовку. — Мне магазин сменить надо. Что за ужасное оружие⁈ Что тут с центром тяжести⁈ Хотя бы сошки могли привинтить, криворукие.
— Ты прекрасно управляешься, — заверил Гр, наблюдая за бугорком. — Благодарю!
— Слушай, Гр. Пока мы тут вот наедине, если не считать мертвяков. Какого демона⁈ Трудно было сказать⁈ Что вы сбежали? Я считался главным артиллеристом Долины, и для этого имелись некоторые основания. Я в отставку отправлен, что ли⁈ Почему я должен был вас догонять как опозоренная и брошенная девица из пошлой сказки?
— Боги, какая еще девица⁈ — ужаснулся Гр. — Просто мы выступили срочно, тебя не было. К тому же от вашей семьи был откомандирован Сашка. Нельзя же парня зажимать, только потому что у него опыта маловато…
— К Александру у меня претензий нет! — отрезал Мин. — А вот Аше я уже сказал, и еще скажу. И тебе вот сейчас говорю: главный артиллерист это вовсе не почетный титул, а должность, обязывающая принимать участие в сражениях. И вот эта логика «ты же теперь молодой отец!» вообще оскорбительна!
— Да я так, не то что не говорил, даже и не думал.
— Не о тебе речь… — обозленный коротышка не успел договорить…
За высоткой грохнул взрыв, в снеговой пыли мелькнуло что-то темное.
— Это вот
