Гнилые Мхи - Елена Ликина
— Не лотошите, Лидия Васильевна! Всё с вашей причёской в порядке. А Варваре всего лишь кошмар приснился. Ничего страшного не случилось.
Варвара всхлипнула и ошалело огляделась:
— Со мной Пеструха разговаривала! Только что здесь была. Звала по имени, просила отозваться.
— Да не было никого, Варя. — Лидия Васильевна кое-как справилась с причёской. — Тебе всё приснилось! Он верно говорит. Только взбаламутила всех своими криками. До сих пор сердце колотится!
— Во сне она и приходила, — подтвердил Бородач. — И ты отозвалась. Я прав? — он внимательно посмотрел на Варвару.
— Кажется да, что-то такое сказала. Не вспомню сейчас, что. А Пеструха как закричит: «Вижу, вижу» и курицей запрыгала! Ужас просто! Вся в перьях, крыльями машет и квохчет.
— Так уж и квохтала? — изумилась Лидия Васильевна.
— Да! Тело куриное, на голове гребень! Только лицо прежнее осталось, но вместо носа — клюв. Вцепилась им в курточку и потянула. А я ни шевельнуться, ни дёрнуться не могу! Так и заскользила за ней.
Варвара сморщилась от переживаний и, вздохнув, пробормотала:
— Кошмар! Кошмар!.. И, знаете, меня будто удерживал кто-то! Мешал Пеструхе!
— Это был сон. В реальности никто тебя не тащил.
— Нет, не сон! Меня на самом деле тащили! Клянусь!
— Слышь, Варь, может, мокруша тебя удержала? — предположила старушка.
— Это вряд ли. Мокруха кур боится до одури. — усмехнулся бородатый.
— А кто ж тогда мне в волосы вцепился? Разве не она?
— Из мелкоты кто-нибудь. Сюда часто нечистики забредают, любят пустые строения. Они безвредные. По мелочёвке пакостят. Похоже, и они курицы испугались.
— Час от часу не легче! — Лидия Васильевна машинально коснулась причёски. — Ещё и нечистиков приплёл до кучи!
— Они сами куда хочешь приплетутся. — мужик вздохнул и взъерошил бороду. — Значит, не сон то был. Вон как все взбаламутились. Да уж, хитра Пеструха…
— Но как она меня нашла? — поразилась Варвара.
— По голосу. Зря ты отозвалась. Молчать нужно было. Пеструха теперь обязательно вернётся. Или пришлёт за тобой кого-то из своих. Уходить вам нужно отсюда. И поскорее.
— Шутишь? Куда уходить?
— Куда-нибудь. Хоть в лес.
— В лес? Разбежались! — вознегодовала Лидия Васильевна. — К лешему нас посылаешь? Или к болотной? Лучше к себе пригласи, там и спрячемся.
— Куда — к себе? — опешил бородатый.
— Как это куда? Домой. В деревню.
— Ко мне нельзя.
— Соврал значит?
— О чём соврал? Вы про что?
— Про жену твою, что дома поджидает.
— Нет у меня жены.
— Если нет, так веди к себе! Почему отказываешься?
— Во Мхи к одной Фисе можно. — вдруг заявил Бородач. — Только очень вы обе приметные. Ещё и Пеструха караулит. Давайте так, я сейчас за мёдом пойду, и вы со мной. В лесу перебудите, по светлому это не страшно. А я тем временем к Фисе отправлюсь, разведаю, что во Мхах происходит. Заодно и про вас спрошу.
— Бросить хочешь? Беззащитных женщин одних оставить? На съедение тварям лесным? — Лидия Васильевна метнулась вперёд и вцепилась бородатому в рукав. — Я не Пеструха! От меня так просто не вывернешься!
— Да вы совсем ополоумели? — возмутился мужик, тщетно пытаясь освободиться от захвата.
Пока они пререкались да дёргались, Варвара приметила на полу что-то блестящее. Наклонившись, подняла тонкую золотистую ленту, пропустила её меж пальцев. Шелковистая полосочка скользнула змейкой да обвила запястье, пребольно впиваясь в кожу. И оказалось, что не лента то вовсе, а тонкая и прочная лоза!
Варвара только и успела шепнуть:
— Помогите!..
А потом исчезла.
— Варя! Варя! — запричитала Лидия Васильевна. — Ты где, Варюша? Подай нам знак!
— Бесполезно. Ваша Варюша уже у Пеструхи. Придётся, и впрямь, вести вас в деревню. Пусть баба Фиса со всем разбирается. А я пас.
На входе во Мхи столбом торчал из земли ствол старого дерева без веток. Вокруг него толклись местные, что-то возбуждённо обсуждая. Среди обычных с виду людей мелькали безобразные хари, одна выразительнее другой.
На широких потемневших спилах-пнях, громоздившихся неподалёку, раскладывали неаппетитные куски рыхловатого заваленного сала, чёрный хлеб с дорожками белёсой плесени, варёную сморщенную картошку, что-то мелко наструганное и буроватое в глубоких плошках.
Горбатая старуха в сером тряпье замахивалась клюкой на крутившегося вокруг угощения уродца, норовила попасть по лапам, да тот ловко уворачивался и не отставал.
Кивнув в её сторону, Бородач быстро прошёл мимо. Он не остановился поговорить, когда некто, смахивающий на аиста, густо поросшего шерстью, пощёлкал призывно клювом и поманил его к себе.
Лидия Васильевна едва поспевала за мужиком, но недовольства не выказывала, терпела. Длинная мягкая шаль укрывала её с головой, делая невидимой для деревенских. Шаль, которую потеряла Варвара, притащила из леса мокруша, и та снова пригодилась.
До домика Фисы добрались без приключений.
Бабка встретила гостью приветливо, посокрушалась по поводу пропавшей Варвары, посочувствовала, что всё так обернулось.
Взбудораженная произошедшим Лидия Васильевна повела себя невежливо — довольно грубо перебила бабку и потребовала начать поиски.
— Я своих на разведку заслала. — спокойно ответила Фиса. — Теперь только ждать.
— Действовать надо! Идти в наступление!
— Действуйте, — разрешила Фиса. — Вон дверь. Я вас не держу.
— Лидия Васильевна просто в шоке, — примирительно заметил бородатый. — Не обращай внимания, баб Фис. Спасибо, что приняла нас и согласилась помочь.
Баба Фиса кивнула и показала на стол:
— Я вам перекусить собрала. Присаживайтесь да поешьте.
Лидия Васильевна скептически оглядела большой чугунок в центре и миску крепеньких солёных помидоров с налипшими семенами укропа на боках.
Перехватив красноречивый взгляд гостьи, Фиса развела руками:
— Уж не взыщите. Чем могу. Не до разносолов сейчас.
— Да что ты оправдываешься, баб Фис, — удивился бородатый. — У тебя всегда так вкусно и сытно!
Прихватив ложку, он навалил на тарелку приличную порцию рассыпчатой каши и с жадностью принялся есть.
Гречневая каша с кусочками мяса выглядела так аппетитно, что Лидия Васильевна не выдержала и присоединилась к трапезе.
— Вкусно как! — пробормотала она чуть погодя. — Вы сюда тушёнки добавили?
Довольная Фиса кивнула:
— Протушила мясцо с лучком да перчиком, лаврушки положила. После в чугуне крупой засыпала и выставила в печь.
— Очень вкусно! Можно мне ещё?
— Ешьте сколько захочется. И с помидорок пробу снимите, они в этом году особенно удались.
Повторять снова не пришлось, Лидия Васильевна положила себе новую порцию каши, а потом потянулась к помидорам.
Часть 7
Пока гости ели, бабка подошла к окошку, заглянула за занавеску.
— Эти уже готовиться начали. Видали столб, когда до меня шли?
— Я больше под ноги смотрела. — призналась Лидия Васильевна. — Чтобы лишнего не увидеть. Уж очень страшно у вас.
— Что есть, то есть, —
