Код Ордела - Александра Европейцева
Внезапно на периферии основного экрана, в секторе, обозначенном как «Заброшенный геотермальный коллектор в Секторе 4-Gamma», мелькнул крошечный, почти незаметный всплеск. Короткая серия жёлтых отметок, показывающая микросбои в энергосети. «Хранитель» автоматически помечал такие события низким приоритетом: старое оборудование, фоновые помехи. Но не в этот раз...
Нами наклонился ближе.
— Увеличь сектор 4-Gamma. Энергосеть, последние две минуты.
Оператор выполнил команду. На экране выстроился график. Три резких, коротких скачка напряжения. Пауза. Два скачка. Пауза. Один скачок.
Сердце Нами сжалось, а потом рванулось в бешеной скачке, залив всё тело ледяным адреналином. Он узнал этот паттерн. Это был старый, примитивный аварийный код ордельских шахтёров, которым пользовались ещё во времена его деда и отца. Сигнал «жив, в беде». Этому коду его научил Савентин, рассказав истории о завалах и спасениях. Он показал его и Агес однажды вечером, рассказывая о традициях города, когда они разглядывали старые схемы в архиве. «На всякий случай», — сказал он тогда шутя.
Кажется, случай представился.
«Хранитель, — отдал Нами мысленную команду. — Фокус на сектор 4-Gamma, сеть Г-12, старый вентиляционный комплекс «Геотермал-4». Все датчики движения, акустики, тепла. Всё, что есть. Ищи аномалии.»
«Выполняю, — отозвался безличный голос. — Анализ данных с упомянутых датчиков. Обнаружены слабые тепловые следы, не соответствующие фоновым показателям. Три источника. Движение в направлении старого внешнего коллектора «Дельта-Ветвь». Акустические датчики фиксируют металлический скрежет, предположительно — попытку вскрытия механической заслонки.»
Тишина в Центре управления стала звенящей.
— Это… — начала женщина-оператор, всматриваясь.
— Код, — прошептал Нами, и в его голосе прозвучало что-то среднее между надеждой и яростью. — Старый полевой код. «Жив, в беде». Три-два-один.
Он выпрямился, и его фиолетовые глаза загорелись холодным, хищным пламенем.
— Координаты источника сбоя. Точные.
— Устанавливаем… Это старая распределительная подстанция ВШ-7, — отчеканил мужчина-оператор. — Заброшена пятнадцать лет назад. Физически отключена от основной сети, но резервная линия… да, она всё ещё под напряжением. Сбой произошёл там.
— Покажи мне все пути, которые ведут от переулка В-12 к подстанции ВШ-7. Под землёй.
На карте мгновенно высветился призрачный, сложный лабиринт из старых канализационных коллекторов, вентиляционных шахт, сервисных тоннелей для роботов. Один из маршрутов шёл почти прямой линией, упираясь в… в старый вентиляционный канал, выходящий к внешнему периметру недалеко от геотермального поля.
— Они ведут её к границе, — выдохнул Нами, выстраивая картину. — Через заброшенные тоннели. У них есть схема, но она неполная. Они застряли. Агес нашла способ дать сигнал. Значит, у неё есть хоть какая-то свобода действий. Или… её заставили.
Последняя мысль заставила его сжаться внутри, но он отогнал её. Не сейчас. Сейчас нужно собраться.
Нами повернулся от экрана. Фиолетовые глаза горели нечеловеческим светом, в котором смешались облегчение, безумная гордость за неё и яростная решимость.
— Я выхожу с группой, — его голос прозвучал как удар хлыста, заставив операторов вздрогнуть.
— Господин, — осторожно начала женщина-оператор. — Вам как наследнику… Может, стоит координировать отсюда? Риск…
— Риск — это моя жена в руках у тех, кто уже раз пытался её убить, — оборвал он её, и в его взгляде не было места для дискуссии. — Координировать будет «Хранитель». Я буду на месте. Передайте отцу. И оповестите медиков в больничных отсеках на случай, если… если она ранена.
Он уже разворачивался к выходу, когда его взгляд упал на карту. Его пальцы на секунду сжали край консоли.
— И ещё. Поднимите в воздух два разведывательных дрона с тепловизорами. К внешнему периметру, к предполагаемому месту выхода из канала. Если они прорвутся туда раньше нас я не хочу, чтобы у них был шанс уйти в пустыню.
Через десять минут центре зала уже собралась группа из шести человек в маскировочной броне ордельского спецназа. Амиг проверяла заряд импульсного карабина. Рядом с ней стоя Кел, коренастый и молчаливый, с лицом, изрезанным шрамами от осколков породы. Зенн, мастер по взлому и тонкой механике, её тонкие пальцы перебирали набор отмычек и сканеров. Бракс и Венн, братья-близнецы, лучшие следопыты Ордела, почти неразличимые в одинаковой тёмной экипировке, только шрамы у них были на противоположных щеках. И Лиро, молодой, но хладнокровный медик, упаковывавший в компактный ранец набор для неотложной помощи.
— Координаты поступили, — голос Нами звучал низко. — 4-Gamma, коллектор «Дельта-Ветвь». Три цели. Одна из них наша. Действуем тихо и быстро. Основная задача — изоляция и обезвреживание без летального исхода, если возможно. Но если её жизни будет прямая угроза — вы сами знаете, что делать.
Он посмотрел на каждого из них, встречаясь взглядом.
— Лиро, ты замыкаешь. Как только она будет в безопасности — сразу к ней. Они могли использовать химикаты. Амиг, ты со мной на острие. Кел, Зенн — взлом и инженерное обеспечение. Бракс, Венн — фланги, не даём уйти в боковые ответвления. Вопросы?
Вопросов не было. Только короткие, кивки.
— Тогда пошли. У нас есть пятнадцать минут, чтобы добраться до точки входа через вентиляционную шахту. «Хранитель» уже готовит маршрут и глушит все возможные каналы связи в районе.
Они двинулись к выходу из центра быстрым, почти бесшумным шагом. Нами шёл впереди, и каждый его шаг отмерял тиканье невидимых часов. В его ушах всё ещё звенел тот примитивный код: три… два… один.
Он сжимал рукоять карабина, и мысленно молил: "Держись, любимая. Я уже иду."
Глава 27
Адреналин плохой спутник в долгой погоне. Он сжигает силы, затуманивает разум, заставляет сердце колотиться так, будто пыталось вырваться из груди. Агес почти не чувствовала ног. Её волокли, подталкивали, тянули вперёд по бесконечному лабиринту ржавых труб и сырых тоннелей. Воздух с каждым шагом становился суше, пахнул не сыростью и озоном, а пылью и горячим металлом — они приближались к внешнему периметру, к границе между жизнью города и безжалостной пустыней.
Её маленькая победа висела над ней дамокловым мечом. Гарн больше не угрожал напрямую, но от его молчания по спине бежали мурашки. Его холодный, оценивающий взгляд не отпускал её спину, словно он уже решал, какую именно часть её тела отправить Идагу в качестве доказательства «несчастного случая», если что-то пойдёт не так. Малк же, наоборот, нервничал всё сильнее. Он проклинал «эту проклятую крысиную нору», Вербета за «гнилые карты» и Идага, который «сидит в своём дворце, пока мы тут ползаем в говне».
Наконец, после ещё одного крутого подъёма по аварийной лестнице, упёршейся в тяжёлую бронированную плиту, они оказались у цели. Малк, сопя, с помощью мощного гидравлического домкрата из своего снаряжения приподнял плиту на несколько
