Статус: студент. Часть 3 - Андрей Анатольевич Федин
– Две главы? – удивилась Зайцева. – За один раз? Короткие?
– Обычные, – ответил я. – Чуть больше сорока трёх тысяч знаков в сумме.
– Сколько?!
– Сорок три тысячи. Сам в шоке.
Наташа покачала головой.
– Такими темпами ты скоро и книгу допишешь, – сказала она.
– Очень скоро, – согласился я.
Зайцева вздохнула и сообщила:
– У меня в последнее время текст совсем не идёт. На месте топчусь.
Она развела руками.
Я не заметил в её взгляде печали или разочарования. Подумал о том, что через пять месяцев расплачусь за Наташино бездействие головной болью и потерей десяти очков опыта (пять штрафных очков и пять тех, которые я уже считал своими: за выполнение задания «Помочь Наташе Зайцевой, 4 часть»). Так будет, если Зайцева снова не заскучает и не окунётся в работу над книгой.
* * *
В ночь с пятницы на субботу я не выдержал прежний темп работы – набил только полторы главы. Проанализировал причину своей медлительности – решил, что меня сегодня отвлекали рубившиеся в компьютерные игрушки первокурсники: они перекрикивали и шум волн, и шелест листвы в лесу. Я запоздало погрузился в работу – придуманные и расписанные в виде плана ещё на лекции по высшей математике полглавы остались лишь в моём воображении. Утром я распечатал текст на бумаге, сбросил его в электронном виде на дискету. Пообещал себе, что допишу главу ночью в кафе: там меня от работы отвлечёт разве что храп бармена.
Новые главы я на компьютере журналиста не оставил – безжалостно удалил свой файл. Решил, что не испорчу Запарину впечатление от книги моей безграмотностью, принесу ему в следующий раз уже исправленную Наташей версию текста. Уложил ещё тёплые после встречи с принтером страницы в папку, сунул в карман дискету. Сам себе сказал, что полторы главы за ночь – это хороший результат. И всё же я вернулся в общежитие в скверном настроении. Потому что не любил, когда срывались мои планы. Долгожданное слово «конец» в финале сороковой главы вчера виделось мне уже совсем близким – теперь оно стало на полглавы дальше.
Хорошее настроение ко мне вернулось уже в кафе «Виктория», когда я услышал голос Тани Высоцкой.
– Вот и наш Джеймс Бонд пришёл! – воскликнула Татьяна. – Сегодня, Максик, продегустируешь моё новое блюдо. Я сама его придумала. Только попробуй сказать, что оно тебе не понравилось!
Глава 9
Очередная смена в кафе «Виктория» прошла спокойно… после того, как завершились «детские часы». Утром я понял, почему бармены и официантки так ненавидели субботы. Видел, как Вадим и Женя, взмыленные и недовольные, прибегали на кухню. Они высказывали поварам своё недовольство «паршивым субботним утром» и жаловались на «детишек». Сам я с юными гостями кафе столкнулся лишь на полминуты – когда выпроваживал из бильярдной (сам толком не понял, как они просочились туда сквозь задвинутую перегородку между залами). После их визита я заново вымыл украшенные детскими отпечатками пальцев деревянные части бильярдного стола, отскрёб щёткой пятна с ещё сегодня утром идеально чистого зелёного сукна, расставил будто бы сорванные со стены ураганом кии.
До окончания «детских часов» я просидел в бильярдной в относительной тишине. Потому что заблаговременно отключил висевшие в углах зала колонки – звуки детского пения в караоке доносились лишь со стороны большого зала, хорошо приглушённые стенами. «Сигналка» во время этих детских выступлений порадовала меня молчанием. Хотя я не сомневался, что бармен и официантка сегодня днём просто мечтали, чтобы я пришёл к ним на помощь. Они улыбались детишкам – я преспокойно ел в бильярдной пиццу и запивал её источавшим аромат земляники чаем (его я получил от поваров – Татьяна и Костик посоветовали мне не соваться до ухода детей к барной стойке). Мне показалось, что «детские часы» порадовали только директрису: та сегодня выглядела весёлой и счастливой.
Об окончании «детской осады» меня известил Вадим.
Бармен заглянул в малый зал со стороны кухни, устало вздохнул и поинтересовался, не хочу ли я капучино.
Заодно он мне и пожаловался:
– В следующую субботу опять моя смена. Представляешь, Макс? Этот Борька – халявщик!
В бильярдной снова зазвучало постукивание шаров, когда ушли дети. Одиночек среди игроков сегодня почти не было. До темноты я отыграл только две игры – с пышногрудой блондинкой лет тридцати, которая больше тёрлась о меня своими телесами, нежели била кием по шарам. Уже вечером явился Левон Каренович. Погосян выглядел весёлым (но пока не навеселе). Сыпал шутками, продул мне три партии – выиграл лишь одну, но порадовался своей победе, точно завоевал золотую медаль на Олимпиаде. Вместе со мной он попробовал Танино новое блюда: говядину с бананами и с черносливом. Левон Каренович сразу прочувствовал ситуацию: прожевал жестковатый кусок мяса и рассыпался в комплементах поварихе. Я тоже говядину похвалил: сказал, что вкус у неё… необычный.
В полночь я попрощался с директрисой и с её мужем. Запер входную дверь, отгородил большой зал от малого. Шумевших в кафе гостей сегодня интересовало пение – не игра в бильярд. Меня это обстоятельство порадовало: стук шаров мне сегодня поднадоел. Я покинул рабочее место. Наблюдал за голосившими в микрофон гостями, стоя с чашкой кофе около барной стойки. Ближе к часу ночи кафе покинули тётя Галя, Наташа и официантка Женя. «Шеф» Костик и бармен Вадим свои посты не оставили, смирились с грядущей ночёвкой в кафе. Мы выпроводили гостей ровно в три часа ночи. Последнюю едва стоявшую на ногах парочку (тридцатилетнего мужчину и двадцатипятилетнюю женщину) я проводил до такси. Женщина улыбнулась и сунула мне в руку клочок салфетки.
Я запер дверь, взглянул на полученную от посетительницы записку (имя и номер телефона), покачал головой.
Скомкал салфетку и бросил в мусорную корзину под барной стойкой.
– Всё, – объявил Вадим. – Финита ля комедия. Чур я сплю сегодня на диване в офисе!
Усатый Костик принял сто пятьдесят грамм крепкого снотворного и завалился на раскладушку в бильярдной. Бармен улёгся в офисе на диване. Я разместился на стуле около компьютера, открыл текстовой редактор.
– Макс, что это ты там делаешь? – поинтересовался Вадим.
– Книгу пишу.
– Серьёзно?
– Серьёзно.
– О чём?
– Фантастика.
– Фантастику я люблю. Читал. Раньше.
Бармен выдержал паузу и сонным голосом поинтересовался:
– Как книга-то называется?
– «Наследник древнего клана», – ответил я.
– Хорошее название, – заявил Вадим и примерно двадцать секунд спустя захрапел.
Я загрузил с дискеты файл, прочёл последнее предложение: «Мрачная и неприступная Вердская крепость преградила войскам завоевателей путь в Тихое ущелье». Бармен вновь громко
