Сценарий - Арно Штробель
Она и вправду настолько наивна или только притворяется? — спросил себя Эрдман.
— Откуда у вас вообще взялся адрес электронной почты Хайке Кленкамп?
— Это было нетрудно — он указан на её странице в Фейсбуке.
— Госпожа Хансен, не могли бы вы рассказать, что делали в последние дни? Скажем, начиная со вторника?
Её глаза расширились.
— Вы хотите алиби, верно? Вы действительно думаете, что я причастна к этому похищению. Только потому, что я не смогла молча проглотить, как растоптали работу по-настоящему талантливого человека, который к тому же замечательная личность. — В её голосе зазвучало возмущение.
— Полегче. — Эрдману стоило усилий сохранять ровный тон. — Только что пропала женщина, которой вы несколько месяцев назад открыто угрожали в письме. Вполне естественно, что мы вас проверяем. Это не означает, что мы считаем вас причастной, — но из-за тех писем мы обязаны с вами поговорить. И да, нам необходимо знать, где вы находились в предполагаемое время преступления. В конечном счёте это в ваших же интересах.
— Хорошо. — Она уставилась в потолок, словно там было записано её расписание за прошлую неделю. — Со вторника, говорите?
Эрдман извлёк из внутреннего кармана пиджака небольшой блокнот и приготовился записывать.
— Всю неделю я была в магазине до половины седьмого — кроме вчерашнего дня, — потом заходила за покупками. Домой возвращалась чуть после восьми. В среду…
— Вы были одна дома?
— Да, я живу здесь одна.
— Вам кто-нибудь звонил или приходил во вторник вечером?
Она помолчала мгновение, потом покачала головой.
— Нет, никто.
Эрдман сделал несколько пометок и кивнул ей.
— Продолжайте.
— Среда… подождите… в тот день после работы я сразу поехала домой. Тоже одна. В четверг встретилась с подругой в половине восьмого, мы поужинали. Были в пиццерии — примерно до половины одиннадцатого. Пятница…
— Имя и адрес подруги? И номер телефона, если есть.
Она продиктовала, Эрдман записал.
— В пятницу я ушла из магазина раньше обычного — в половине четвёртого, потому что была записана к врачу.
— По какому поводу?
Она вопросительно взглянула на Маттиссен.
— Что? Что вы имеете в виду?
— Визит к врачу. К какому специалисту и по какой причине?
— Ах… Я была у своего дерматолога, доктора Горгеса в Эппендорфе. Хочу удалить несколько родинок на спине. — Эрдман продолжал писать. — Потом немного прошлась по магазинам. Домой вернулась к половине восьмого. — Она чуть помолчала и добавила: — Тоже одна.
— Вы сказали, что ушли в половине четвёртого. Магазин остался без присмотра?
— Нет, у меня две помощницы — студентки, работают почасово. Одна из них, Джессика, была в магазине в пятницу во второй половине дня.
Эрдман попросил имена и адреса обеих.
— У вас есть партнёр, госпожа Хансен?
— Нет, я… нет. Я одна.
— Давно?
Она не ответила сразу. Маттиссен мягко вступила в паузу:
— Это совершенно нормально. Я тоже одна — и, честно говоря, вполне довольна.
Эрдман бросил короткий взгляд на коллегу и подумал, что она только что доверила этой молодой женщине куда больше, чем когда-либо доверяла ему.
— Ну… довольно давно уже. Наверное, я слишком требовательна. Но… я жду подходящего человека.
Ненадолго воцарилось молчание — только скрипел карандаш в руке Эрдмана.
— Госпожа Хансен, дело, которым мы занимаемся, — похищение Хайке Кленкамп — это нечто… — Маттиссен явно подбирала слова. — Речь не только о похищении. Речь также об убийстве.
Эрдман внимательно наблюдал за Мириам Хансен. Она вдруг словно окаменела: подбородок медленно опустился, губы слегка приоткрылись.
— Убийство? — прошептала она. — Госпожу Кленкамп убили? О боже…
— Нет, не госпожу Кленкамп — о ней пока никаких сведений. Убита другая молодая женщина. Но мы убеждены, что это убийство напрямую связано с похищением.
Взгляд Мириам Хансен беспомощно метался от Маттиссен к Эрдману и обратно.
— Но… Я не понимаю.
— Госпожа Хансен, — снова взял слово Эрдман. — Вчера вы сказали нам, что четыре года назад в Кёльне кто-то инсценировал убийство по книге Кристофа Яна «Ночной художник».
— Да, но…
— Похоже, сейчас кто-то делает то же самое со «Сценарием».
— Что? Но это… Что произошло? Подождите… «Сценарий», вы сказали? — Эрдман молча кивнул. — О боже. Именно «Сценарий». Там ведь столько всего… Ещё женщин похитили? Это действительно как в книге? Посылки — такие посылки — приходили в газеты?
— Одна посылка уже появилась. Но не в редакцию, а к студентке — некой Нине Хартман. Вам знакомо это имя?
— Нет, я её не знаю.
— Вы уверены? Нина Хартман?
Она покачала головой.
— Бедный Кристоф. Он уже знает? Или мне стоит ему позвонить?
Она притворяется или и впрямь настолько не понимает происходящего? — снова спросил себя Эрдман.
— Разумеется, он знает, госпожа Хансен. Речь идёт об убийствах, совершённых по сюжету книги, которую он написал. Мы были у него ещё вчера. Когда вы последний раз виделись с господином Яном?
— Ровно две недели назад, в воскресенье. Он сам меня пригласил. Мы пили кофе и говорили о его новой книге. Он дал мне почитать несколько отрывков и спросил моё мнение. Я единственная, с кем он это обсуждает. Ну, не считая госпожи Йегер — но та будет позже.
— Госпожа Йегер? — переспросила Маттиссен.
— Да. Хельга Йегер, домработница Кристофа.
— Он обсуждает рукопись с домработницей? — Эрдман не скрыл удивления. — Это кажется мне довольно… нетривиальным решением. Я всегда полагал, что рукопись — это нечто сокровенное, что никто не должен видеть до её завершения. Впрочем, может, я это в каком-то фильме видел. Вас как книготорговца я ещё могу понять, но домработницу?
— Пока она ничего не читала — он ведь только недавно снова сел за работу. Но подумайте сами: кто читает книги Кристофа Яна? В основном женщины, многие — за сорок. Хельга Йегер — именно такой читатель, его целевая аудитория. Поэтому её реакция ему интересна. Он, конечно, не обсуждает с ней рукопись в творческом смысле — для этого ей недостаёт компетенции. Но он сказал, что когда закончит, даст ей прочесть и посмотрит, как она отреагирует.
— Понятно. Но вам-то он уже разрешил ознакомиться с текстом. И как?
Она растерянно посмотрела на Эрдмана.
— Что вы имеете в
