Линда Нагата
Первый свет
Информация
Привет! Это фанатский перевод, выполненный для ознакомления. Все права принадлежат авторам, поэтому, удалите файл после прочтения.
Все, что происходит в книге осуждается переводчиками.
Прошу не быть строгим к переводу!
И пожалуйста, не распространяйте русифицированные обложки.
Если вы хотите выложить перевод, то указывайте обязательно ссылку на телеграмм канал.
Переводчики:
mercenary files
и
DreamTeam
Приятного чтения, шалунишка, проверь, что никто за тобой не подглядывает;)
Ищите нас также в ВК!
https://vk.com/mercenaryfiles
https://m.vk.ru/dreamteambooks
СВЯЗАННЫЙ БОЕВОЙ ОТРЯД
ЭПИЗОД 1: ТЁМНЫЙ ПАТРУЛЬ
— Где-то должна идти война, сержант Васкес. Такова жизнь. Без конфликта приличных масштабов слишком многие международные оборонные подрядчики останутся не у дел. Так что, если на горизонте не маячит естественной войны, можете не сомневаться: ОП соберутся и придумают ее.
Моя вводная лекция не соответствует армейским стандартам. Я читаю ее в обнесенном стеной дворе форта Дассари, пока мой LCS — связанный боевой отряд (linked combat squad) — готовится к ночному патрулированию. С захода солнца температура упала до 95 градусов по Фаренгейту (35 по Цельсию), за что мы все благодарны, но все равно чертовски жарко, да еще и с липкой влажностью сезона дождей. Янтарный свет отбрасывает блестящие блики на гладкие, черные, блестящие от пота щеки сержанта Джейн Васкес, которая прибыла на вертолете вместе с провизией на неделю всего четыре часа назад.
Как и все мы, Джейни Васкес одета в боевую форму, бронежилет и серые титановые «кости» своего экзоскелета. Ее красиво очерченные брови изогнуты в скептическую дугу, пока она разглядывает меня из-под козырька своей коричневой шапочки LCS. Подозреваю, ее предупреждали обо мне — пресловутом лейтенанте Джеймсе Шелли из армии Соединенных Штатов — ее новом командире здесь, в форте Дассари.
Не проблема. Предупрежден — значит вооружен.
— И как же ОП придумывают войну? — спрашиваю я ее.
Она отвечает в практичной манере опытного сержанта: — Не моего ума дело, сэр.
— И все же стоит подумать об этом. Я представляю себе это так: все крупные оборонные подрядчики — те самые ОП, которых мы так любим ненавидеть, — собираются вместе. Не физически, а на виртуальном совещании. Сначала они немного холодны — такова природа оборонных подрядчиков, — но потом один из ОП говорит: «Ну же, давайте. Нам нужен кто-то, кто примет у себя следующую войну. Есть добровольцы?»
— Да, сэр, — с ухмылкой говорит специалист Мэттью Рэнсом, подходя ко мне для обязательной проверки снаряжения.
— Это серьезно, Рэнсом.
— Извините, лейтенант.
Я все равно начинаю проверку, проводя инвентаризацию его снаряжения и убеждаясь, что каждый ремень на его экзоскелете надежно закреплен, одновременно продолжая свою историю:
— «Есть добровольцы?» Понимаете, в чем шутка? Потому что ни один ОП никогда не допустит войны в своей собственной стране. Правило первое: не убивайте своих налогоплательщиков. Война — это то, что вы обрушиваете на других людей.
— Истинная правда, сэр, — говорит Джейни с горечью в голосе, начиная проверку снаряжения рядовой первого класса Яфии Йебоа.
Может быть, мне удается до нее достучаться.
— В любом случае, шутка заходит, лед сломан, и идеи начинают сыпаться одна за другой, пока один из ОП не говорит: «Эй, я придумал. Давайте устроим войну в Сахеле. Это хорошая, открытая местность. Никаких мерзких джунглей. Не совсем пустыня, и у нас уже есть марионетка в лице Ахава Матуго». Всем это кажется отличной идеей, и они соглашаются: следующая региональная война, которая обеспечит их бизнесом еще на три-четыре года, или даже на десятилетие, если все пойдет хорошо, состоится прямо здесь, в африканском Сахеле, между экваториальными тропическими лесами и Сахарой.
Я добираюсь до последней точки осмотра, сидя на корточках в грязи у левого ботинка Мэтта Рэнсома, пристегнутого к плавающей подножке экзоскелета. Все выглядит отлично, поэтому я хлопаю его по бедренной стойке и говорю:
— Порядок.
Каркас моего собственного экзоскелета прогибается, когда я встаю. Раздается слабый вздох суставов, когда стойки вдоль моих ног поднимают меня без каких-либо усилий с моей стороны, несмотря на вес моего восьмидесятифунтового (36 кг) рюкзака. Механические суставы испускают слабый стерильный запах минеральной смазки, едва различимый на фоне органической вони грязи и собак.
Я поворачиваюсь к Джейни. Она прерывает проверку снаряжения и спрашивает:
— И теперь оборонным подрядчикам нужно начать войну, так?
— Сначала им нужно выбрать стороны, но бросок монеты с этим справится. Китай становится главным спонсором Ахава Матуго, а арабский альянс встает на защиту статус-кво...
— Лейтенант, — перебивает Рэнсом, — хотите, я проверю вас?
— Да. Давай. — Я провожу рукой в перчатке по своей шапочке, пока он начинает дергать за ремни и проверять уровни заряда. Я вспоминаю подготовку к этой войне, наблюдая за ней, пока отбывал свою первую боевую командировку в самом конце боливийского конфликта. Я изо всех сил стараюсь, чтобы мой голос звучал спокойно. — Так вот, мы, американцы... мы не вмешиваемся сразу. Сначала нам нужно завершить другую войну, поэтому мы обещаем вмешаться, когда этого потребуют гуманитарные соображения — но мы не обсуждаем, на чьей стороне выступить, потому что это не имеет гребаного значения. Все знают, что мы не понимаем местную политику, да нам, в общем-то, и плевать. В этом регионе нет ничего, что нам было бы нужно. Единственная причина, по которой мы ввязываемся, — это чтобы наши оборонные подрядчики могли радовать своих акционеров. Американские налогоплательщики послушают свои ура-патриотические пропагандистские СМИ и раскошелятся, виня либералов в плохой экономике, в то время как утечка мозгов будет загонять низшие классы в армию, потому что, эй, это работа, и даже ОП не могут убедить Конгресс тратить десять миллионов долларов на каждого боевого робота, когда можно получить полностью квалифицированного солдата из плоти и крови с высоким IQ всего за двести пятьдесят тысяч.
Рэнсом отступает на шаг.
— У вас порядок, сэр.
Я не обращаю на него внимания.
— И именно поэтому, сержант, мы здесь, в форте Дассари: сидим на корточках в стране, где мы никому не нужны и где нам не место; и именно поэтому мы идем в поход сегодня ночью и каждую ночь по враждебной территории, давая шанс убить нас другим людям, которым здесь тоже не место. Мы здесь не ради славы — ее тут нет, — и на кону ничего не стоит. Наши цели: остаться в живых, избежать жертв среди
