Богословие истории как наука. Опыт исследования - Михаил Легеев

того же порядка, «льют воду» на «мельницу» как раз того самого антихриста, которого столь страшатся, ускоряя и подготовляя его приход и власть над миром.

1669

То есть в значении естествознания, в значении естественных, эмпирических наук.

1670

Что обусловлено телесностью природы эмпирических наук, которая составляет низшую часть в иерархии сложной и многосоставной природы человека.

1671

Именно богословие, его научный и далеко не технический «прогресс» являет в некотором смысле «идеальную» модель, представляющую исторический процесс формирования науки как таковой в качестве педагогического процесса. Перманентно совершаемый процесс осмысления святоотеческой мыслью той или иной исторической проблемы богословского (прежде всего, догматического) характера представляет собой процесс постепенного возведения святоотеческой богословской мысли Педагогом-Христом от образов веры к совершенному знанию, осуществляется как путь, пролегающий от дел веры к теснейшему со-бытию со Христом и обладанию таинственными вершинами знания Богочеловека и богочеловечества. Этот процесс протекает по следующей парадигме. Опора на Предание Церкви, на опыт её отцов – педагогов и учителей прошлого, передающих живую ткань Предания, – является неизменным основанием этого процесса. Нащупывание слов и формул, выражающих знание о «началах», о Боге и человеке, представляет собой соборный, совместный процесс вызревания ипостасного богословия, где каждый не только имеет право на ошибку, но и реально выражает в своём опыте акцентуированный недостаток знания, равно как и недостаток способов его выражения. Важен не факт множества недостатков (в силу чего история имеет дело с временными разногласиями даже между святыми) – важна опора этого опыта, каждого их этих личных опытов, на устойчивое основание «веры и дел», заложенное Педагогом Христом. Факт этого основания и этой опоры (осуществлённой в непрерывной традиции живого опыта, именуемой Преданием Церкви и продолженной в этом пути) позволяет святым богословам – учителям и учёным Церкви – в конечном счёте прийти, несмотря на имеющиеся и сохраняющиеся разногласия акцентуаций, к созерцательному единению друг с другом, как в любви, так и в мысли, а следовательно, и в образе знания. Этот внутренний стержень педагогического и, одновременно, научно-богословского процесса Церкви обычно называется «согласием отцов» (consensus patrum). Именно согласие, в свою очередь, позволяет впоследствии им, богословам, преодолеть недопонимание слов, ограниченность частных и разнообразных формулировок и неполноту понимания, равно как и неполноту внешнего выражения своего внутреннего единства. Основываясь на словах Христа, consensus patrum (согласие отцов) приводит святых богословов к вершинам богословия Божественной и, вместе с тем, человеческой науки, приводит к единству прекрасных и совершенных, насколько это возможно, формул – выкристаллизованных и осмысленных людьми-богословами от лица всей Церкви, от лица Самого Педагога Христа и содействующего Ему Святого Духа, что даёт основание для традиционного соборного вступления, предваряющего эти формулы: «Изволися Святому Духу и нам». Этот путь есть путь всей Церкви, взятый нами в его высшем пласте исторического расширения ипостасного, богооткровенного, и, вместе с тем, богочеловеческого знания – наиболее наглядной педагогической модели всех прочих процессов, совокупно составляющих совершенную педагогику Христову. И именно поэтому (в силу принципиального и христоцентричного универсализма) данный путь богословия, изображённая нами его педагогическая модель, не замыкается исключительно на одной церковной жизни. Эта педагогика святых отцов возглавляет и направляет, или, по крайней мере, призвана возглавлять и направлять множество процессов, педагогических и научных, как бы далеко они не отстояли по своему характеру, области и затрагиваемой проблематике от научно-богословской сферы, и даже как бы далеко, по собственной их мысли, не простиралась от этой сферы их независимость.

1672

Мы не берём здесь псевдонауки, наподобие уфологии.

1673

Всякая вообще наука претендует на открытие нового в масштабе всего человечества с последующим «низведением» этого нового до современников и следующих поколений. Педагогика представляет собой тот же самый процесс, но взятый в его обратной перспективе: здесь «новое» открывается – и, одновременно, доводится – в масштабах отдельно взятого человека или группы лиц.

1674

Ипостасного – как по участникам, так и по характеру самого знания (в отличие от природного аспекта знания, в каковом плане оно всецело заключено во Христе, в Его единой и всецелой человеческой, и вместе с тем обоженной, природе, воипостасной Его Лицу).

1675

Подробнее об этом см. в следующей главе.

1676

Идея общего педагога всех людей, которым является Христос, с предельной яркостью и точностью выражена в произведении Климента Александрийского «Педагог».

1677

«Я на то родился и на то пришел в мир, чтобы свидетельствовать о истине» (Ин. 18:37), «Я есть Путь и Истина и Жизнь» (Ин. 14:6).

1678

Термин «перевозглавление» (греч. «ἀνακεφαλαίωσις») и другие, родственные ему, по отношению ко Христу Спасителю, восстанавливающему в себе и в миру иерархию творения, впервые употребляет свщмч. Ириней Лионский (См., напр.: Irenaeus Lugdunensis. Contra haereses // PG 7. Col.955. III: XXI:10:218:64; и др.). У него же этот термин (и близкие ему термины «совозглавление», греч. «συνκεφαλαίωσις» и др.) употребляется также и для обозначения противоположного процесса: «В грядущем звере будет перевозглавление («ἀνακεφαλαίωσις») всего нечестия и всякого коварства… Он перевозглавит («ἀνακεφαλαιούμενος») в себе самом всё смешение зла, бывшее перед потопом и происшедшее от ангельского отступничества… И он (антихрист) перевозглавит («ἀνακεφαλαιούμενος») всё бывшее после потопа заблуждение выдуманных идолов и убиение пророков, и сожжение праведных… (В нём) совозглавится («συνκεφαλαιούνται») всё 6000-летнее отступничество, неправда, нечестие, лжепророчество и обман» (Ibid. Col.1201–1203. V: XXIX:2:327–328:70–78).

1679

См., напр.: Афанасий Великий, свт. Слово о вочеловечении Слова… С. 114. Гл. 13.

1680

«Плоть желает противного духу, а дух – противного плоти: они друг другу противятся, так что вы не то делаете, что хотели бы» (Гал. 5:17).

1681

Процесс мистификации знания уже сегодня открыто предвосхищается и провозглашается не только в жанре фантастического творчества (прежде всего, фильмах и художественных произведениях), но и в научных проектах и даже целых направлениях, таких как «искусственная жизнь» и «искусственный интеллект», «сеттлеретика» («наука», занимающаяся поиском виртуализации личности человека – переселения человеческой души в цифровой, бессмертный, «нейрокомпьютерный мозг») и других т. п. Попытки создания «цифровой личности», равно как и оцифровки уже существующей личности, возвращают научно-техническое знание в наиболее «прогрессивных» его формах под духовное окормление Пифагора с характерным для его учения (и античной философии в целом) детерминизмом.