Отчет. Рассказы - Сьюзен Зонтаг

любит путешествовать. Разве это не ужасно? В его-то возрасте!

Нет, ему не приелось, точно. Все дети его поколения немного избалованы. Но это не так.

Он как будто злится.

Иногда кажется, что путешествовать не стоит. Никто из нас в детстве не имел такой возможности. Но ему просто это не нравится.

А вы много путешествовали, доктор? Кроме того, что родились за рубежом?

Когда?

Так скоро?

Вы, вероятно, надеетесь закончить работу с нами к тому времени?

Неважно.

Послушайте, мы тут подумали. Два сеанса в день, пожалуй, дороговато выходит. Давайте сократим сеансы до одного в день.

Нет, доктор Гринвич тут ни при чем. Мы решили сами.

Вы такого не ожидали?

Завтра?

Суббота

Насчет путешествий и жизненных наслаждений, пока можется…

Не помните? То, о чем толковали вчера.

Некоторым, как говорится, не в коня корм.

Речь не о вас, доктор. О Малыше.

Малыш думает, что будет жить вечно. Мы не хотим его разочаровывать.

Молодость и наивность – это так прелестно.

Кто бы сказал ему, что он не будет жить вечно.

Нет. Нам он не поверит. Пусть скажет кто-то старше, мудрее.

Если б он познакомился с кем-то похожим на вас, доктор. Вы могли бы ему сказать.

Скажите ему, что он не будет жить вечно. Скажите, что и мы тоже. Скажите, что один из нас умрет раньше и что мы составили новое завещание. Скажите, что не стоит нас ненавидеть. Скажите: мы всё сделали ради его блага. Скажите, что тут мы бессильны. Скажите, что мы не чудовища. Скажите, что он чудовищно относился к нам. Скажите: он не имеет права нас осуждать. Скажите, что нам необязательно жить вместе, если он не хочет. Скажите, что он свободен. Скажите, что он не может нас бросить. Скажите, что он нас убивает. Скажите, что ему это с рук не сойдет. Скажите, что он не наш Малыш, что он родился на Криптоне. Скажите, что мы его ненавидим. Скажите, что мы никогда не любили друг друга, а только его. Скажите, что уж так нас воспитали. Скажите, что мы уехали навсегда, дом и универсал принадлежат ему, а запасные ключи лежат под ковриком у двери, и что мы переписали завещание в его пользу и вычеркнули из него Берта. Скажите, что он нас не найдет. Скажите, что мы будем ждать его у фонтана во внутреннем дворике симпатичного домика в Сан-Мигель-де-Альенде. Скажите, что мы найдем ему репетитора по арифметике, чтобы он снова не провалился на экзамене за четвертый класс. Скажите, что он может взять себе собаку… маламута, старинную английскую овчарку. Лайку, сенбернара, любую, огромную и глупую, как ему нравится. Скажите, что мы пытались сделать аборт, но врач уехал в Акапулько. Скажите, что в прошлом году мы встретились со Стивеном Маккуином, но автографа не попросили. Скажите, что это мы отравили Лори. (Билли тоже, но не вышло, поэтому умерла одна Лори.) Скажите, что это мы – а не горничная – выбросили подборку старых журналов Rolling Stone и National Lampoon. Скажите, пусть наденет нижнее белье, потому что не носить его отвратительно. Скажите, чтобы принимал витамины, дрожжи и шиповник. Скажите, что мать Тельмы Де Лары – ■■■■■■■■■. Скажите, что он ничем не лучше нас. Скажите ему, что нам не следовало бы иметь детей, но мы посчитали, что нужно. Скажите, что мы не хотели бы, чтобы он был похож на нас. Скажите, что ребенка воспитать непросто, особенно единственного, он однажды это поймет, когда вырастет. Скажите, что молоко надо пить. Скажите, что с усами он смешон. Скажите, что брекеты на ночь не снимают, иначе его зубы не выпрямятся. Скажите ему, чтобы сморкался. Скажите, пусть собака гадит хоть на ковер в гостиной, нам всё равно. Скажите, что его надули, и вещество, которое он тайно хранит в баночке из-под арахисового масла, – это зерно для птичек и душица. Скажите, что однажды, когда у него будут свои дети, он нас поймет. Скажите, что мы родились на Криптоне и притворились его родителями, но устали скрывать свою силу под кроткой интеллигентной внешностью и улетели. Скажите, что он нас еще вспомнит, когда придется жить самостоятельно. Скажите, пусть ему будет стыдно. Скажите, пусть прекратит выпендриваться и прикидываться Суперменом. Скажите, что ему ни в жизнь не получить Нобелевскую премию, а если и удастся, то к тому времени он состарится и она ему будет совсем не нужна. Скажите, что мы всегда им гордились и гордимся. Скажите, как он нас пугал. Скажите, что мы знаем: деньги украл он. Скажите, чтобы убирал свою комнату. Скажите, чтобы поблагодарил тетю Рэй за роликовые коньки. Скажите, что ему необходимо продлить страховку машины и нельзя гонять на «тойоте» с одной фарой. Скажите, что мы его обманывали. Скажите, что нам очень жаль. Скажите, что мы жертвы, такие же, как он. Скажите, что наше детство было не лучше, чем его. Скажите, как мы плакали от радости, когда он родился. Скажите: когда он родился, мы начали умирать. Скажите, что мы пытались его убить. Скажите: мы понимали, что делаем. Скажите, что мы его любим.

О Господи, доктор, почему нашему Малышу пришлось умереть?

Доктор Джекил

DOCTOR JEKYLL

Перевод С. Силаковой

Джекил думает. Где-то вдали Габриэль Аттерсон просматривает личное дело Джекила – толстую, слегка замусоленную папку песочного цвета, на клапане лиловыми чернилами выведены печатными буквами фамилия доктора и инициал «Г.». Джекил лежит на покатом пляже, не слишком многолюдном для субботы в мае, водит языком по зубам, вычищая песчинки. Его маленький сын бродит, вихляясь вдоль кромки воды, жена пошла наверх к минивэну переодеться из сырого бикини в сухое. Вжимаясь спиной в раскаленный песок, втягивая живот под палящим солнцем, Джекил думает о войне; Аттерсон, восседая на высоком архитекторском кресле, старомодном (из тех, что не вращаются), думает о Джекиле, и между этими точками можно было бы провести линию – связующую нить между этими людьми, вполне материальную, наподобие длинной нейлоновой лески. Она могла бы протянуться от вульгарного ковбойского ремня (им Аттерсон опоясался сегодня, чтобы смутить умы своих безудержно преданных учеников в городе) прямо до правой щиколотки Джекила здесь, в Ист-Хэмптоне. Аттерсон в очках, бифокальных с тонированными стеклами. Если бы Джекил энергично потянул за свой конец лески или внезапно встрепенулся, Аттерсон сорвался бы со стула. При падении его очки запросто могут разбиться.

Джекил разглядывает бледные пальцы своих ног, шевелит ими. Можно ли передавать по этой леске словесные сообщения? Зашифрованные, само собой. Или транслируется